предстояло создать новое гражданское общество».
Митинг на Дворцовой площади в 1917 г. после Февральской революции
Официальную позицию Временного правительства к войне с Германией теперь выражал лозунг «Война до победного конца!». Поэтому в городе, в том числе и на Дворцовой площади, одна за другой проходили демонстрации в поддержку продолжения войны. Правда, на патриотизме солдат в окопах это не очень-то сказывалось.
В 1917 г. в России прошло первое легальное празднование Дня международной солидарности трудящихся — 1 Мая. Ранее этот праздник носил в России сильно политизированный характер. Сопровождавшие его стачки и демонстрации, именовавшиеся «маевками», разгонялись с применением полиции и казаков. После Февральской революции 1 Мая было объявлено государственным праздником.
Как ни странно, но этот праздник поддержали и иерархи Русской православной церкви. В результате из праздника рабочих он превратился в праздник всенародный и праздновался по всей стране под лозунгом «Всемирного праздника труда и братства народов». Временное правительство, по воспоминаниям А. Ф. Керенского, объявило этот день «днем национального торжества. Не работали заводы, фабрики, правительственные учреждения и магазины. На улицы вышли тысячи рабочих, солдат, служащих, людей самых различных профессий, несших над головами флаги и поющих под звуки оркестров русскую „Марсельезу“. По всему городу шли многочисленные митинги: то был действительно большой и радостный праздник».
Одно из самых массовых празднований 1 Мая прошло в Петрограде, на Дворцовой площади. На улицы столицы вышли десятки тысяч людей (транспорт в этот день, кстати, не работал). Правда, из-за разницы в календарном стиле со странами Европы оно состоялось не в мае, а 18 апреля. Никуда не делась и политическая окраска праздника. В своих целях, для пропаганды собственных идей, его использовали как Временное правительство, так и оппозиционные ему партии.
Несмотря на смену власти, война продолжалась по-прежнему. Аграрная реформа так и начиналась, блокируемая большинством членов Временного правительства. Не удалось ввести и либеральное к рабочим трудовое законодательство. Попытки внедрить 8-часовой рабочий день заканчивались локаутами со стороны промышленников. Все это создавало благоприятную почву для антиправительственной агитации со стороны большевиков. Именно они стали контролировать почти все Советы рабочих и солдатских депутатов, являвшиеся мощным противовесом официальным органам Временного правительства.
К началу июля обстановка обострилась до крайности. На улицы вышли многотысячные демонстрации рабочих и вооруженных солдат и матросов Балтфлота с лозунгами «Вся власть Советам!» и «Долой министров-капиталистов!». На улицах зазвучали выстрелы. Наибольший резонанс получил обстрел колонны демонстрантов на углу Невского проспекта и Садовой улицы. Временное правительство вызвало с фронта верные ему войска. Начались аресты. Рабочие дружины, подчинявшиеся Советам, разоружили. Разоружены были и солдаты 1-го пулеметного полка, наиболее активно участвовавшие в июльских антиправительственных выступлениях.
Эти действия поставили пользовавшиеся большим влиянием Советы в еще большую оппозицию Временному правительству.
Тогда А. Ф. Керенский обратился к главнокомандующему русской армией Л. Г. Корнилову, чтобы тот направил в Петроград надежные воинские части. На город двинулись части 3-го казачьего корпуса и «Туземная» («Дикая») дивизия под командованием генерал-лейтенанта А. М. Крымова. Теперь Керенский испугался уже того, что Корнилов, опираясь на казаков, совершит переворот и сместит его с поста министра. Генерал отказался уходить в отставку, после чего Керенский объявил его мятежником.
Для борьбы с мятежным главнокомандующим Временное правительство было вынуждено вновь вооружить рабочих. Наступление корниловских войск на Петроград было остановлено практически без единого выстрела. Вскоре на Дворцовой площади демонстрировали захваченные бронемашины.
А вскоре, вновь имея под своим началом значительные вооруженные силы («красную гвардию»), Петросовет принял решение о переходе власти к Советам. В течение нескольких дней аналогичное решение приняли сотни местных Советов и Совет рабочих и солдатских депутатов в Москве. Солдатские собрания расквартированных в Петрограде полков приняли резолюцию о неподчинении Временному правительству и переходе на сторону Петросовета. А в октябре Петросовет принял решение об образовании Военно-революционного комитета (ВРК), на который возлагалась работа по подготовке вооруженного восстания.
Временное правительство спешно начало стягивать к Зимнему дворцу немногочисленные воинские части, на которые оно могло рассчитывать. Помимо юнкеров и небольшого количества казаков вызвали и роту стоявшего под городом Петроградского (2-го) женского ударного батальона. Когда они прибыли к Зимнему дворцу, на площади состоялось торжественное построение «ударниц», после чего их разместили в дворцовых помещениях.
Но и это невеликое число защитников стремительно таяло. Сначала Зимний дворец покинули находившиеся в нем две сотни казаков. Временное правительство их очередной раз обмануло — раскиданные по городу сотни так и не были сведены обратно в полки, а вместо обещанной пехоты прибыли «бабы с ружьями». Затем из дворца ушла большая часть юнкеров, которых не только не снабдили патронами, но даже не накормили. Следом уехали броневики, у которых не было бензина, и орудия Михайловского юнкерского училища. К вечеру 25 октября во дворце оставались 137 ударниц 2-й роты женского батальона, 2–3 неполные роты юнкеров, 2 бронеавтомобиля и 40 инвалидов, георгиевских кавалеров.
Собравшаяся около Зимнего дворца беспорядочная толпа солдат, красногвардейцев и матросов дважды пыталась проникнуть в здание. Первая попытка произошла в 10 часов вечера и оказалась неудачной. В течение часа дворец обстреливался из ружей и пулеметов. Ответным огнем атакующие были отогнаны. Впрочем, назвать это настоящей атакой было затруднительно. Историк С. П. Мельгунов в своей работе «Как большевики захватили власть» приводит слова секретаря Петроградского ВРК В. А. Антонова-Овсеенко: «Беспорядочные толпы матросов, солдат, красногвардейцев то наплывают к воротам дворца, то отхлынывают».
Вторая атака произошла в 23 часа и увенчалась успехом. Но и здесь говорить об атаке трудно. Во-первых, дворец оборонялся только со стороны выходящего на площадь фасада. Со стороны набережной двери даже не были закрыты, и через них вооруженные рабочие и матросы совершенно беспрепятственно проникли в здание. Во-вторых, со стороны площади во дворец вошли парламентеры во главе с членом Петроградского ВРК Г. И. Чудновским. На время их прохода огонь со стороны защитников прекратился. Пытавшихся оказать сопротивление юнкеров попросту задавили массой.
Данных о потерях с той и другой стороны нет. Точно известно только, что погибло шестеро солдат и одна «ударница». Зато документально установлены факты грабежа и вандализма со стороны «революционных масс», штурмовавших дворец. Специальная комиссия Городской думы, осматривавшая Зимний дворец спустя 5 дней после произошедших событий, отметила, что у портретов штыками выкалывались глаза, с диванов и кресел срезалась кожаная обивка, коллекционный фарфор разбивался, ценные книги, иконы, миниатюры и пр. были разбросаны по полу и затоптаны сапогами.
Уже при советской власти захват Зимнего дворца и арест членов Временного правительства начали обрастать мифами и легендами. Он стал именоваться не иначе как штурмом, в котором участвовали тысячи охваченных революционным энтузиазмом красногвардейцев, солдат и матросов. 7 ноября 1920 г. режиссер Н. Н. Евреинов и музыкант
