- Иду… - оглянулась – Каплан ковырялся, точно черепаха:
- Мы дети? - бубнил недовольно.
- Нет, - шикнула, оправдываясь, - но тебя родные не знают. А я… веду себя как шлюха.
Аргумент веский, ситуация щекотливая… Фатих кивнул и быстро надел джинсы.
Сильно теребя замок, отворила дверь. Папа вошёл и замер. Взгляд проехался мимо меня. Каплан остановился позади, нависнув горой – ощущала его мощь. Блин, узкий коридор с низкими потолками стандартной девятиэтажки не для него. Бугай заполонил собой проход.
- Па, - откашлялась. – Это… Фатих Каплан. Фатих, - повернулась к турку, ещё раз отметив, насколько мала в сравнении с ним. - Это мой отец – Петр Владимирович…
Фатих протянул руку. Отец, после секундного колебания ответил, но, с убийственным спокойствием сняв куртку, прошёл на кухню – его любимое место.
Каплан нахмурился. Я приблизилась и уперлась кулаком в его накаченный пресс:
- Ты должен понять, я - его любимая дочь, а веду себя неподобающим образом.
- Понимать, – мягко отозвался Фатих. - Будь ты - мой дочь, убить любовника и выпороть тебя.
- Даже так? – воздела на него глаза.
- Да! – коснулся губами моего лба.
- Когда зажимал в воде, я бы так не сказала.
- Быть мужчиной и отцом - разный вещь!
Глубоко и верно…
- Пошли, - подтолкнула его. – Нужно старшего забрать из школы и заодно младшего из сада. Познакомишься... Скоро мамка приедет с работы.
Глава 10.
Благо школа рядом, а то Каплан оказался неприспособленным ходить по гололёду, когда в лицо бросалась мерзкими «колючками» метель. Падал, ругался, на чем свет стоит, но злости не было – радовался и смеялся будто ребёнок.
- Никогда в жизнь не видеть такой, - хохотал, поднимаясь после очередного знатного шлепка и скольжения по льду. – На лыжный курорт не так. – Убеждал, словно отчитывала за неумелость. Подала ему руку – дёрнул и я, не удержавшись, завалилась на него. Сомкнул объятия и впился жгучим поцелуем: - Я неуклюж точно слон. Как вы ходить?
- Привыкли, - нашла силы для ответа, ощущая на губах пьянительную сладость Каплана. - Обычно песком посыпают, по нему проще… Ты ещё не видел нашей настоящей зимы и полноценной полярной ночи.
- Это что?
- Темно, как ночью, - подыскивала верные слова, - круглые сутки. Сугробы по первый этаж…
На лице Фатиха застыло изумление:
- Такое бывать?
- Да! Только не спрашивай, а ходят ли у нас белые медведи?
- А что, ходить? – выпученные глаза подтверждали: не шутил.
- Ты хуже нерадивого школьника! Прекрати, - шикнула смеясь. – Конечно, нет. Мурманск – цивилизованный город. Медведи на северном полюсе.
- Жаль, - протянул Каплан. – Быть неплохо такое увидеть.
Барахтаясь, встали и, держась за руки, пошли за Денисом. Он уже ждал на первом этаже. Пацан, есть пацан, но мой - пижон с рождения. Весь в отца. Шапка перевернута, зато одета аккуратно. Куртка распахнута, но потому что не застегивалась – на шее по моде намотан шарф. Рюкзак на одной лямке, сменка на честном слове – последней веревке. Динька прямой и очень общительный ребёнок.
- Денис, это Фатих, - подтолкнула старшего к турку.
- Привет, - сын по-мужски протянул руку. Каплан усмехнулся, пожал:
- Слышать, ты хорошо плавать.
Пока мы шли, вкратце рассказала, о детках. Самое главное – ёмко и точно.
- Мама говорит, я – бегемот. Ещё - дельфин, - кивнул Диня, улыбаясь полубеззубым ртом. – Еще, я – птица-говорун. Ещё люблю в комп играть и телек смотреть, но мама ругается. Бла-бла-бла, - закатил большие голубые глаза и как всегда в своём репертуаре, продолжил балаболить. Я поморщилась, а Фатих взял его за руку, присел рядом.
- Она правильно делать! Ты быть мужчина, а не сиделка за техникой бездушный. Учиться и быть сильный и умный.
- Но игры тоже классные…
Я поняла, дискуссия может стать бесконечной – переговорить старшего дано не каждому. Терпение заканчивалось быстро, чаще прерывала болтовню: «Молчать, Денис! Больше не спорим». Он ещё бубнил, а я окуналась в прострацию, потому что выдержать весь пустотрёп – невозможно.
- Всё, заканчиваем! – отрезала вновь. - Нам ещё за братом шуровать.
- Что? - протянул Денис с округлившимися глазами. - Мы его сейчас заберём? Ма, это нечестно, пусть в саду сидит.
- Денис, - скривилась, поправив его одеяние. – Я не спрашиваю, что делать с братом, а говорю: «Мы идём за ним!»
Сын, продолжая пыхтеть, нацепил удобнее рюкзак и пошёл на выход. Фатих улыбнулся:
- Хотеть такой же болтливый, - прижал к себе и нежно коснулся губ.
- Я не работаю по заявкам, - вырвавшись из объятий, последовала за сыном. - К тому же, уже что-то зародилось, ничего не изменить.
В саду всё прошло так же гладко:
- Ма, а сто зя дядя? – Стас ещё проще Дениса. Говорить толком не может, точнее, словарный запас большой, а вот озвучивание оставляет желать лучшего. Учиться не хочет, стихи надоедают. Его конек – драки. Уже надоело оправдываться перед воспитателями: «Он не со зла! Такая игра. У нас четверо детей. Кто сильнее - тот и прав. Привык давать сдачу… заранее, чтобы другим было неповадно лезть».
Познакомила. Стас вжался в мои объятия и оттуда взирал на Фатиха. Ему в руки не дался, хмурился, улыбался, стеснительно зарывался в куртку. Каплан не мог отвести взгляда. В нем читалось: «И такого!» Боясь разреветься, в считанные секунды одела малого, будто рядом стоял командир с зажженной спичкой и подгонял. Вытолкала на улицу. Денис, усердно пыхтя, лепил снеговика.
- Динь! – окликнула сына. - Пойдем. Снег не липкий, ничего не получится. К тому же ветер сильный. – Вместо ответа в меня летел комок-ледышка. Увернулась, чуть не упав в застывший сугроб возле лестницы. Малой разрядился задорным смехом и, поскальзываясь, наклонился. Подхватил другую ледышку и кинул в брата. Началась потасовка и мои увещевания: «Ребята, будет больно!» – никого не останавливали. Фатих уворачивался с улыбкой, но когда в лоб ударился очередной промерзлый комок, состроил злобную гримасу и тоже принялся откидываться от пацанов. Нужно отдать должное, не рассердился – его веселила игра. Вскоре бросал мальчишек в хрустящие сугробы, а пацаны, радостно вереща, гонялись за ним и пытались избить. Я морщилась. Метель, гололёд, редкие прохожие на нас поглядывали с недоумением, а мы игры затеяли. Благо, Каплан понял, что пора заканчивать – подхватил обоих под мышки и потащил со двора детского сада. Они брыкались, скулили, но Фатих был неумолим. Вдохнув с облегчением, взяла вещи Дениса и побежала следом. Каплан уже разбирался, где мы находились. Шёл к дому, но свернул к магазину. В нем начался фирменный беспредел. Купи! Первое слово, которое произнесли мои детки и, причём не картавя ни буквы. Все нижние полки их. Гениальные супервайзеры знали, где размещать самое лакомое. Фатих под стать ребятам сметал, что они желали. Мы еле распределили, кто, что понесёт и со всем богатством поплелись домой.
