мне могло понадобиться? Я знаю, что последние пару десятков лет отношения у нас с тобой не очень гладкие, но всё-таки?
— Да потому что ты сам метил на трон, вот поэтому, — Елена же спокойствием не отличалась, а теперь вовсе перешла на крик. — Устранял конкурентов поэтому.
Юрьевский хмыкнул, прошёлся взад-вперёд по палате, превращённой в кабинет Воронцова, а затем вернулся и встал перед сестрой.
— Если честно, — проговорил он, спокойно глядя на неё, — большего бреда я давно не слышал. Спрашивается, зачем мне трон, когда меня и так всё устраивает? Мне все эти перипетии межвластия совершенно не нужны. Да и потом, хлопотно это, царствовать.
— Но тогда кто? — внезапно успокоившись, спросила Елена. — Мы что, зря с тобой не общались все эти годы? Но получается, что…
Она затихла, видимо, осознав нечто такое, что до этого ей даже в голову не приходило. Василий Иванович тоже задумался. Судя по всему, брат и сестра впервые адекватно разговаривали за долгое-долгое время, и это вызвало у них ступор. Зная, что их магия связана с работой мозга, я мог предположить, что они могли отличить правду от лжи. Но сам я в этот момент наращивал защиту вокруг своего разума. На всякий случай.
— Получается, что нас постоянно кто-то стравливал, — Юрьевский закончил мысль за своей сестрой. — И вот это уже пахнет государственной изменой.
— Ты понимаешь, что нам сейчас нужно спешить, чтобы восстановить доброе имя моей дочери и моё в том числе? — поинтересовалась Елена Ивановна у брата, чуть ли не заглядывая ему в глаза. — Я только для этого Владимира Юрьевича и хотела заполучить на разговор.
— То есть это вы меня планировали похитить? — вмешался в разговор Воронцов. — Посредством порталов?
— Да, — Елена Ивановна виновато развела руками. — Хотела я этот грех на душу взять. Но вы поймите, мне нужно действовать быстро и решительно. А словами вас уговорить не получалось. Извините, пожалуйста. Но когда всё летит к чертям…
— Не надо извиняться, — остановил её Воронцов жестом руки, а затем двумя пальцами почесал подбородок. — Мне всё ясно в ситуации. Давайте думать, как можно всё исправить.
— Полагаю, что вы вместе с Алексеем Сергеевичем, — значительно проговорил Василий Иванович, глядя в упор на Владимира Юрьевича, — могли бы провести исследования и доказать, что Андрей Волконский — отец Марии.
— Конечно, — кивнул Воронцов и похлопал Пирогова по плечу. — Это не особо сложная процедура. Вот только на это уйдёт время, которого, полагаю, у нас нет.
— Полагаете? — переспросила его Юрьевская, и в её взгляде появилась ещё большая тревожность. — Или уверены? Чего вы опасаетесь, я не совсем понимаю.
— Кто бы не стоял за тем, что сейчас происходит, — задумчиво проговорил Воронцов, отходя к огромному окну палаты. — Но он очень многое вложил в то, чтобы события развивались именно так, а не иначе. Поэтому он в любом случае не отступится от того, что задумал, а будет действовать до конца. Сегодняшнее выступление императора — точка невозврата, после которой всё покатилось по отвесному склону. Соответственно, счёт идёт на часы, если не на минуты.
— Вот даже как, — задумчиво проговорил Юрьевский. — Но это же не значит, что нужно просто ждать сложа руки, не так ли?
— Вы нам поможете? — с надеждой спросила Елена Ивановна у Воронцова. — Нам бы сейчас хоть малейшую зацепку. Хоть намёк на доказательство, что кто-то подменил моей дочери магию.
— Да, мы сейчас же отправимся в одну из моих лабораторий, — кивнул на это Воронцов, подходя к рабочему столу и выискивая нужные бумаги и артефакты. — И проведём необходимую экспертизу. Мы постараемся выяснить, что это такое: порча или действительно изменение магии у человека. Если честно, мне и самому интересно, как такое возможно. В любом случае, по результатам мы дадим официальное заключение. Конечно, хорошо бы наблюдателя из императорской семьи… — он пожевал губу. — Ладно, попробуем организовать. А вы, пожалуйста, попросите, чтобы дочь прибыла к нам вот в эту лабораторию, — он ткнул в точку на карте, — под Казанью.
События приобрели действительно лавинообразный масштаб, поэтому я оказался немного озадачен. Совсем недавно перед нами стояли совершенно иные цели, и вдруг всё поменялось с головокружительной скоростью.
Одновременно с этим я понимал, что не интересуюсь данной задачей. Мне гораздо интереснее, кто за всем этим стоит. Кто смог стравить родных брата и сестру так, что они так долго не могли поговорить друг с другом. Почему-то мне подумалось, что это Анна. Вот уж кто подходил на роль интриганки.
— То есть действительно можно поменять человеку свойства магии? — переспросил я то самое, что больше всего поразило меня в разговоре Воронцова и Юрьевских. — Или это всё-таки обманка?
— В том-то и дело, — ответил на это Владимир Юрьевич, с таким серьёзным выражением, какого я у него давно уже не видел. — Если мы докажем, что Марии подменили вид магии, то получится, что это вообще возможно, понимаешь? Это же тот самый компонент, которого нам так не хватало все эти годы. Тут не только заговор можно раскрыть, но и нашу с вами деятельность продвинуть можно.
В это время Юрьевская подошла к телефону и позвонила дочери, попросив ту прибыть в означенную Воронцовым лабораторию. Сразу после этого она достала портальный артефакт.
— Ну что, все готовы? — спросила она, сама уже явно желающая действовать как можно быстрее. — Открываю портал?
— Подождите, — попросил я, оборачиваясь к левому плечу и через Лимб глядя на живоглота. — Путешествия через портал не безопасны. За изнанкой пространства следят.
— Всё в порядке, — махнул мне Воронцов, направляясь ближе к Елене Ивановне. — Та опасность исходила от нашей гостьи, как я понимаю. Она хотела заполучить меня для этой самой экспертизы, на которую мы сейчас и отправляемся. Правильно я понимаю? — он обернулся к Юрьевской.
— Всё так, — кивнула она и всплеснула руками. — Очень вспыльчивая натура. Хотелось всё скорей-скорей.
— Ну вот, — снова обратился ко мне Владимир Юрьевич. — Опасаться больше нечего.
Но я с ним был категорически не согласен. Раз была разработана система похищений прямо из портала, она могла использоваться не только Еленой Ивановной, но и тем самым лицом, которое стояло за интригами внутри их
