Читаем без скачивания Чемодан с видом на Карибы - Наталья Александрова

Валентин вскочил в салон. Пассажиры смотрели на него с недоумением, кое-кто постарался отодвинуться подальше, но кассир, потертый дядечка пенсионного возраста, пересчитав мелочь, оторвал билет и ничего не сказал. Должно быть, он в своей богатой событиями жизни видел и не такое. Худощавая женщина средних лет с бледным изможденным лицом окинула Валентина печальным взглядом и проговорила, ни к кому в отдельности не обращаясь:

— Это как же народ пьет! Это просто страшное дело, как народ пьет! Это просто уму непостижимо!

К счастью, автобус шел почти до самого дома, и Валентину не пришлось пересаживаться: денег в кармане украденного в ординаторской халата оказалось как раз на один билет.

Выйдя на своей остановке, он крадучись, перебежками добрался до подъезда, к счастью, не встретив никого из соседей. Правда, на этом сложности не заканчивались. Нужно было еще попасть в свою квартиру.

Собственная связка ключей осталась в больнице, но предусмотрительный Валентин Марленович оставлял запасные ключи у своей соседки, милой старушки Айседоры Лукиничны. В далекие двадцатые годы родители назвали ее в честь революционной балерины Айседоры Дункан, почему соседка считала своей обязанностью посещать балетные спектакли. Правда, в последнее время у нее очень испортилось зрение и пришлось с балета переключиться на оперу.

Именно на слабое зрение соседки и рассчитывал сегодня Валентин Марленович.

Подойдя к ее двери, он нажал на кнопку звонка. За дверью тут же раздался заливистый лай: это подал голос фокстерьер Айседоры Лукиничны Корвалан, обязанный своим необычным именем некогда популярному в нашей стране чилийскому коммунисту.

— Иду, иду! — прокричала в глубине квартиры старушка и, подойдя к самой двери, осведомилась:

— Кто здесь?

— Это я, Валентин, ваш сосед! — сообщил Кулик. — Пришел за ключами!

— Ах, Валечка! — старушка загремела замком и распахнула дверь. — Заходи, я как раз чай пью…

— Мне некогда, Айседора Лукинична, — Валентин старался держаться в тени за дверью, — мне бы ключи…

Корвалан, который сначала приветственно залаял, разглядев соседа, настороженно замолк, а потом попятился и издал угрожающее рычание.

— Что ты, Корик, — пристыдила фокстерьера хозяйка, — Валечку не узнал? Вы же с ним друзья! Хотя немудрено, — она прищурилась, вглядываясь в соседа. — Ты сегодня во что-то очень уж модное нарядился.., хотя я никогда не осуждаю молодежь. Ну, вот твои ключи! Может быть, все-таки выпьешь чаю?

Кулик поблагодарил соседку и поскорее распрощался с ней. Корвалан проводил его сердитым ворчанием.

Наконец Валентин Марленович попал в собственную квартиру. Невзгоды и неприятности остались за порогом. Прежде всего он с отвращением скинул воняющий больницей халат и тапочки, потом принял душ и переоделся в чистое. Теперь, закрывшись на все замки в собственной квартире, Валентин Марленович почувствовал себя значительно лучше. Следовало срочно заняться решением важной проблемы. К счастью, заветная бумажка с телефоном лежала у него в футляре от очков и была при себе. Вот написано: Надежда Николаевна Лебедева и телефон.

Валентин Марленович положил перед собой измятый клочок бумаги. Сейчас он позвонит той женщине, которой отдал вчера чемодан, и договорится с ней о встрече. Валентин Марленович упорно не хотел думать о том, что женщина может оказаться нечестной и не отдать ему чемодан. Возможно, она сразу же сказала ему не свое, а первое попавшееся имя и назвала первые попавшиеся цифры. Но нет, вроде бы похоже на номер телефона. Возможно также, что женщина попыталась открыть чемодан и преуспела в этом, несмотря на кодовый замок. В таком случае дела Валентина Марленовича плохи. Но нужно надеяться на лучшее, ведь вчера эта женщина произвела на него такое приятное впечатление. В голову тотчас полезли непрошенные мысли о том, какое приятное впечатление произвела на него в свое время Лариса. И как же теперь все изменилось.. Ведь она надругалась над его чувствами, использовала его в своей нечестной игре, и если следовать логике, то именно она подослала к нему в больницу убийцу… Но нет, такие ужасные вещи нельзя утверждать, не имея на руках неопровержимых доказательств.

Валентин поймал себя на том, что невольно оттягивает звонок, и рассердился. Сколько можно прятать голову под крыло, нужно звонить той женщине и выяснить все!

Он решительно протянул руку к трубке, и тут телефон сам зазвонил. Валентин Марленович отдернул руку и поглядел на телефон с испугом, как будто это был не старый телефонный аппарат, отбитый и заклеенный скотчем, а свернувшаяся кольцами гадюка. Телефон звонил и звонил, и Валентин Марленович решился ответить, хотя и понимал уже в глубине души, что лучше бы ему этого не делать.

— Да! — хрипло сказал он в трубку. — Слушаю!

— Дорогой, — раздался где-то рядом голос Ларисы, — дорогой, как же я рада, что отыскала тебя!

Валентин Марленович мгновенно покрылся потом от страха. Как глупо он попался, ведь чувствовал же, что нельзя снимать трубку! Теперь она знает, что он жив, теперь она будет преследовать его!

— Что ты молчишь, дорогой? — проворковала Лариса, и Валентин Марленович совсем скис.

Она никогда не называла его дорогим, она вообще никак его не называла! Она вообще мало думала о его существовании и вспоминала о нем только тогда, когда нужно было срочно выполнить какое-нибудь несложное поручение. И только вчера она проявила к нему какое-то внимание, поглядела ласково, когда просила отвезти чемодан. Нет бы насторожиться, так он еще расчувствовался, чуть слезу не пустил!

— Дорогой, ты ушел из больницы… — напомнила о себе Лариса, — это так неожиданно, ты ведь еще не поправился…

— Я здоров! — сухо сказал Валентин Марленович, — просто вчера ушибся…

— Я так волновалась… — прошептала она.

— Вероятно, ты хочешь получить назад свой кейс? — прервал ее Валентин. — Надеюсь, ты не считаешь, что я хотел присвоить его со всем содержимым?

Он тут же пожалел о своих словах. Было бы гораздо лучше, если бы Лариса считала его, как и раньше, полным идиотом и не ждала с его стороны никакого подвоха. Но хотелось крикнуть ей в лицо, что он все знает, что у нее ничего не получилось, что он жив вопреки всему. Он еле сдержался. И все ожидал, что она спросит его про ту женщину, попросит сказать ей номер телефона. Валентин Марленович очень не хотел этого делать. Он и так чувствовал себя немного виноватым за то, что вместо него убили другого, совершенно постороннего человека, какого-то Укропова. Вообще-то мужик сам виноват, не стал бы задираться и лезть в коммерческую палату, сейчас был бы жив.

— Ты не переживай, — говорила Лариса, — и умоляю, не предпринимай никаких необдуманных действий. Когда ты полностью поправишься, мы встретимся и поговорим обо всем. Я все тебе расскажу, все объясню.

«Какая трогательная забота о моем здоровье!» — подумал Кулик.

— Ты ведь мне не чужой, — ответила Лариса, как будто прочитав его мысли.

Валентин Марленович вздрогнул. Вдруг она и вправду настолько его контролирует, что даже способна читать у него в душе? То есть раньше, конечно, это не составляло никакого труда, он был весь на виду со своей трепетной великой любовью и верой в светлые романтические идеалы. Как же он будет с ней общаться теперь? Валентин поймал себя на мысли, что он вообще не хочет больше видеть Ларису. Просто забыть о ее существовании, как будто и не было встречи у театра десять лет назад… Однако он размечтался. Она не оставит его в покое, пока не получит назад свой чемодан с деньгами или что там у нее лежит. Вернее, не свой чемодан, а краденый. И пока он отсутствует, будет считаться, что его украл он, Валентин Кулик. А это уж никуда не годится, в жизни он вором не был!

Идиотом — да, был, но вором — никогда. Так что срочно нужно искать проклятый чемодан, чего бы это ему ни стоило.

— Куда ты пропал? — в голосе Ларисы слышались недовольные нотки. — Что ты все время молчишь?

— Я неважно себя чувствую, голова болит, соврал Валентин Марленович.

— Ты сейчас ложись спать, а утром мы поговорим, — предложила Лариса и отсоединилась.

Валентин с недоумением уставился на пикающую в его руке трубку. Зачем она звонила? Ах, ну да, наверное, она уже выяснила, что в больнице умер не тот человек, и испугалась. Хотя уж его-то Лариса точно не боится. И отчего тогда она не стала пытать его насчет пропавшего чемодана и координат той женщины?

Валентин Марленович встрепенулся и бросился к телефону. Нужно же срочно звонить этой самой Надежде Николаевне, главное — это найти кейс, а уж потом он решит, что с ним делать!

Надежда чистила зубы и накладывала косметическую маску, поэтому трубку взял ее муж.

— Надя, тебя к телефону! — постучал он в дверь ванной.

— Кто там? — спросила Надежда рассеянно.