мертвеца остался только кусок гнилой палки. Но костям от магии не было никакого вреда.
Водный кадавр. Ожидаемо ничего не произошло, но я пытался. Мир тихонько вывесил текст, сначала о том, что для этого заклинания нужно тело, а после второй попытки, видимо из жалости к моему скудоумию, система вывела текст, что для анимации трупа, от которого остались одни только кости, мне потребуется больше маны, чем у меня есть даже с полным запасом, и ещё какое-то дикое число сил для поддержки заклятия.
Вместо того, чтобы прикончить моего подопытного, пилигрим рванул к лишенному оружия лучнику и одним ударом перерубил его пополам. Он что, не сдержался и все же начал применять проклятую стихию?
— Фью, — резюмировал я. — По крайней мере, это убиваемо.
— Если здесь водится нежить, — не поддержал друг моего оптимизма. — То парой калек мы не отделаемся.
— Это да, — согласился я. — Кстати, что за новый навык с мгновенным убийством?
— А слайм его знает, — пожал друг плечами. — Меч как сквозь масло прошёл. Щи, Сион, ещё один! Вон там!
Последний мертвец поднимался прямо из серого песка, скалясь в вечной улыбке. Вынырнув, он потянулся за спину и снял лук. Еще один скелет-лучник, при чём в отличии от своего почившего коллеги, действовал он нечеловечески быстро, мгновенно натянув тетиву и выстрелив. Должно быть, сказывался уровень на десять выше, чем у первой пары.
Скелет-лучник, уровень 78.
Стихия: тьма.
Только вот стрела ушла мимо, лишь слабо чиркнув по укрытому за металлом колену. Пожалуй, выстрелить хуже не смог бы даже я сам.
Пилигрим быстро сократил расстояние и вонзил меч в голову. Вот только этот враг оказался не таким хрупким, и Терми пришлось несколько раз хорошенько заехать по нему клинком, прежде чем тот все же согласился стать грудой костей.
Я подошел к дважды мертвому лучнику и присел рядом. Мда, с таким оружием не удивительно, что он мазал. Лук был треснут и к тому же, почти утратил всякую силу натяжения. Стрелял-то может, он и правильно, да вот оружие сильно его подвело. Система чётко давала понять в инфо, что предмет даже не поврежден, а полностью неисправен.
Однако скелету было на это просто плевать. Интересное наблюдение.
— Слушай, Сион, а кастани ка на него свой пар.
Пожав плечами, я направил посох на поверженного врага и применил магию. Как и прежде ничего не произошло, но друг, подождав окончания действия заклинания, легонько пнул склет по рёбрам.
Кость оказалась мягкой и легко надломилась. Я довольно ухмыльнулся. Урона нанести скелету я магией не могу, но зато температура пара свыше двух сотен градусов превращала нежить в ходячий суп. Только стоит держать заклинание дольше.
— Вот и способ быстро их убивать, — обрадовался я. — Отлично, Терми! Как ты догадался, что это сработает?
— Если честно, вспомнил что после хорошей варки кости в супе становятся мягче. А у тебя температура пара повыше будет. Только я бы сильно не радовался. Пустота их не чует, — пожаловался друг, но я и сам уже это уже заметил.
Моё чутьё тоже не сработало ни на одного из костлявой троицы. Пустота ощущает источники эмоций вокруг, а какие эмоции могут быть у груды костей? Если они там и есть, вряд ли работают по тем же принципам, что и в разуме живых.
Не вставая с места, я призвал туман, медленно ощупывая пространство.
— Попробую ощутить их приближение с помощью воды, — пояснил я.
— Тогда веди ты, — пилигрим уступил свое место логиста отряда. — Кстати, а опыт за них капает нехило так. Разница всего в дюжину уровней, но при желании можно даже качаться без применения читерной пустоты. Лишь бы они только не сбивались в группы больше двух-трёх штук.
— Ага, и желательно, лучников, — я призвал слово силы и глянул на подросшую шкалу опыта до следующего уровня. — Если будут ещё такие группы по пути, можем повторить. Что скажешь?
Друг поднял большой палец, но особого оптимизма в его взгляде я не услышал.
Пришлось немного подождать, пока туман распространится достаточно далеко и покроет собой большую часть пути ко входу в крепость. Хотя идея идти прямо в ворота мне резко перестала нравиться после встречи с врагом. По ту сторону стены может находиться целый сонм нежити.
Вторая группа мертвецов была найдена нами почти случайно. Скелет с остатками кирасы, ржавыми поножами и длинной алебардой, покрытой узорной растительной вязью тускло горящих лазурью символов, был самым сильным в четверке новых противников. Лучник отряда тоже был здесь куда посмышлёнее двух предыдущих, и имел исправное оружие. Ещё один мечник с круглым щитом в размер туловища и некое недоразумение с надрубленной бедренной костью, от чего мертвяк немного хромал и отставал от своих товарищей.
Однако справились мы с ними легче. Теперь я лучше понимал воздействие своей магии на новый тип угрозы, и после замедляющего инея насылал гниль и ржавчину. Экипировка нежити нам все равно была ни к чему. Даже та алебарда, явно когда-то бывшая артефактом, была слишком тяжела и был покрыт ржавчиной еще до моего заклинания. Теперь же древнее оружие надломилось и рассыпалось в прах.
Третьим ходом была молочная пелена. Работая на скелетах она как проклятие, размягчая кости достаточно, чтобы легко поддаваться рубящим ударам острого меча. Я помечал магией пара, снимая иней, только одного противника за раз — того, кто являлся целью клинка Терми, так что снятие замедления наступало лишь в самый последний момент перед второй смертью покойник.
Так же мы расправились и с третьей группой, получив повышение уровня. Я поднял пятидесятый, получив свободную единицу характеристик. Долгожданный бонус я собирался потратить на интеллект, но после снятия снижающего разум дебафа, спешить с этим нужды уже не было. Прошлую единицу я тоже не тратил, хотя и на счёт неё по началу был уверен, что сразу же повышу свой интеллект. Но что в прошлый раз, что в этот, я почему-то не мог решиться на это простое, логичное и правильное для мага действие.
На этом наше везение закончилось.
В четвертом бою нас ждал очень неприятный сюрприз. Настолько, что все наши планы по спокойному качу на нежити моментально пошли прахом.
Призрак, уровень 62.
Стихия: тьма.
Тантал, зачарованный холодом, прошел сквозь тело противника, не нанося ему никакого урона. Даже эффект замедления, который прежде ложился абсолютно на любую цель, не смог
