Читаем без скачивания Прекрасная Зелёная - Вячеслав Дегтяренко

За семь лет столичной жизни мы не посещали Сергиев Посад, со знаменитой Троице-Сергиевой Лаврой. Сколько приглашал меня коллега по работе, сколько рассказывали о ней паломники, приезжающие из глубин и весей, а всё недосуг. Ведь, казалось, чего проще, сел на электричку и начни свой круиз по Золотому кольцу России. На ночь глядя ознакомился на викискладе с достопримечательностями подмосковного городка, на сайте tutu.ru – с расписанием электричек, и утром, собрав походный рюкзак, всей семьёй оказались на Ярославском вокзале. Примечательно, что с декабря РЖД повысил стоимость проезда. Не катастрофически, но всё же. Сегодня дешевле путешествовать по trenitalia чем на rzd, а что же будет дальше, этак лет через пять мы и db перегоним. И опять же, почему сделана градация на «детский» и «школьный» билеты? Странное положение.

Несмотря на повышение стоимости проезда, тройную охрану турникетов, качество поездки временами оставляет желать лучшего. Символичная чистота салона, прокуренные тамбура, коробейники-торгаши, отдельно дурно пахнущие пассажиры всё же ещё встречаются. На их фоне выделяются красными модными пальто контролёры с автономными портативными кассовыми терминалами, которые ходят стайками с вневедомственными охранниками. Армия последних дрожжеподобно растёт, что не отражается на повышении сознательности сограждан.

Семьдесят километров, час двадцать в пути со всеми остановками – и нас дружелюбно встречает Сергиев Посад, выделяющийся современным зданием железнодорожного вокзала. Терминалы на выход здесь ещё не установили, охранников не ввели, и пассажиры гуськом уходят в город. Нет ни навязчивых таксистов, ни продавцов карточек сотовых операторов, ни тётушек с пришёптыванием: «сдаю комнату-квартиру».

На выходе с вокзала помятые моссельпромовцы торгуют с земли домашним молочком, ряженкой и сметаной.

– А творожку, бабулька, не найдётся? – осторожно спрашиваю у дамы без возраста с алкогольным габитусом, торгующей молоком в пластиковых бутылках из-под колы.

– Нет, не бывает. На рынок сходи!

– А где он?

– Да рядом, у автовокзала, вон вывеска «Маяк» виднеется!

По пути на рынок, сверкающий красным облицовочным кирпичом, прошли мимо хлебобулочного киоска «Каравай» и открыли рты. Такого разнообразия в Москве не встретишь. Как в хорошей булочной Парижа, только здесь и чиабатта, и круассаны, и немецкие бретцели, и русские пирожки с черникой, голубикой, конверты с грибами. Всего ассортимента и не перечислить – под полторы сотни наберется. И почему мой друг ни разу не упомянул о том, что в их городе такой хлебный клондайк имеется. Решили, что перед отправлением в столицу закупим местного хлеба в домашние закрома. А пока за творожком. Любим мы его, особенно после эмбарго, когда и сыров всяких там заморских не сыщешь. Одна подделка то под Маскарпонэ, то под Рикотту, я уж не вспоминаю краснодарский бри за две тысячи за килограмм продукта. Видел такой в Ашане, так на прозрачную пластиковую коробку с ним электронную сигнализацию навесили.

Перед рынком на облезлом тротуаре, напоминающем курятник, идёт бойкая торговля. Сало, соленья, домашнее варенье, молочко, творог. Всё аккуратно разложено на газетах, расстеленных на подмёрзшей земле. Кто в переднике, кто так по-свойски в чём пришёл, в ватнике и валенках расхваливает свой товар. «Холод убивает любу заразу!» – говорила моя прабабушка, пережившая Голодомор в Харьковской области.

– Почём, милая, творожок у тебя? – спрашиваю у бабули, торгующей на коляске из 60-х годов прошлого века.

– Двести двадцать рублей за кило!

– Попробовать можно?

– Конечно, давай руку.

Пробуем по очереди с женой, но вкус подозрительный. Да и смущает цена. Дешевле трёхсот рублей домашнего творога на российских рынках не бывает. Но вроде как в тряпочке-марлечке молочко рядом стоит, бабулька жалкая, всё лицо, как борозды на пахоте. Ладно, обойдём молочные ряды, а там и решим.

К сожалению, то, что принято называть рынком, у нас утрачено в большинстве своём. Один товар, один хозяин, разные продавцы из братской Азии на разных прилавках и относительно разные цены. Да и продукты не с полей и огородов Подмосковья. Сомневаюсь, чтобы на рынке, например, Мадейры, Турции или Израиля чернокожие гастарбайтеры продавали российские яблоки или украинскую свеклу. Я там был, и не видел.

Молоко и творожок магазинные на рынке, поэтому вернулись к точке на тротуаре, возле которой собралась очередь из двух человек – домохозяек раннего пенсионного возраста. Продавщица ловко управляется с ржавыми весами и упаковывает. Так и мы стали обладатели трёх килограммов творога. Проблема с завтраками на текущую неделю решена, а при оказии можно и чиз-кейк сделать. Забегая вперёд, скажу, что утром я с опаской смешивал его с мёдом и уходя, наказал проверить его домашними методами на содержание крахмала и растительных трансгенных жиров. Интуиция не подвела!

На автовокзале сели в маршрутку до Лавры. Странный у нас народ. Спрашиваешь, как в Лавру проехать, удивляются. Садишься в салон с детской коляской, а двери перед носом закрываются. Если в первом случае понятно – не привыкшие горожане к туристу, то во втором, оказывается, пассажиры должны отгадать мысленно желание водителя поскорее выехать в рейс. И конечно же никто не объявляет об остановках ни на каком языке. Молча он телепортирует нам, что пора выходить и я ловлю его сигнал, отвечая благодарностью. Эта особенность «отгадай, что у меня на уме» не раз и не два «радовала» нас за короткий период тутошнего пребывания.

Надо сказать, что Сергиев Посад в честь прошлогоднего семисотлетнего юбилея заметно преобразился и сверкал, как начищенный кафтан. Везде указатели-стрелки, да на двух языках. Только вот незадача, некоторые стрелки какой-то шутник взял, да и перенаправил, как душе угодно. Но как говорится: «язык и до Киева доведёт!!»

И вот она Лавра – красавица перед нами! Выделяется интеллигентного вида колокольней и золотыми луковичками церквей, да в обрамлении белоснежной крепостной стены. Красота то какая, и практически под боком! Народ торопится куда-то по рыжему от песка снегу, свалявшемуся на тротуарах. В руках несёт пластик под водичку. Кто с пятилитровой канистрой, кто с двумя. Как будто от количества выпитого что-то может измениться. Завтра Крещение и человек становится ближе к воде, как внешне так и внутренне. По пути встречаются многочисленные трапезные на всяк вкус и карман. Название нынче модное и потому притягательное. Тут и сбитень, и морс, и глинтвейн, и кофе по-монастырски, и блины с икоркой. Нередкие нищие да бездомные ненавязчиво просят мелочь. Тут же торговля пластиковыми колбами от двадцати до сорока рублей. На площади магазин монастырских продуктов, кофейня и информационно-экскурсионное бюро. Всё новенькое и блестящее. Перед входом в Лавру подробная схема-указатель. Вход бесплатный. На территории также множество трапезных и церковных лавок. Всё спокойно, без толчеи, несмотря на то, что многие посетители пришли-приехали за крещёной водой. Атмосфера в храмах настраивает на определённый лад. За этим ведь и приехали. Невольно сравнивал её с Киево-Печорской и Псковско-Печорской. Другая она, что и говорить.

Купили в монастырском магазине ржаной муки да костромской пастилы. Шоколадных конфет местной фабрики не нашли. Лишь коробки с фотографией Лавры, изготовленные по заказу на Бабаевской фабрике, булочки да монастырский чай с мёдом выделяли его аутентичность.

В советское прошлое город Загорск славился игрушками. Считается, что здесь родина матрёшки, а местное село Богородское знаменито своей особой игрушкой – с так называемым балансом. Поэтому, не обращая внимания на торговые ряды, мы заглянули в салон матрёшки на центральной городской артерии – улице Красной Армии. Цены-то одинаковые, зато в тепле и ассортимент побогаче. Если у вас есть друзья за границей, то непременно следует зайти сюда за сувениром. К сожалению, с упаковкой у них хромает, как и с приёмом банковских карточек.

По пути в музей игрушек полакомились здешними булочками с маком, голубикой и пирожками с грибами, а также прикупили вкусностей – и домой. Обращало внимание количество и любовь загорцев к магазинам обуви и ювелирным украшениям. Первое-то понятно – вещь нужная, а вот, что делать-то со златом-серебром в таких масштабах.

В музее, основанном свыше ста лет назад, собрана самая большая коллекция игрушек, которую доводилось осматривать – сто пятьдесят тысяч экспонатов из разных эпох и стран. Входной билет сто пятьдесят рублей, детский – восемьдесят рублей, по выходным проходят кукольные спектакли в дневные часы. Атмосфера доброжелательная, несмотря на дежурившего при входе полицейского. Для взрослых много пояснительной информации, и временами кажется, что переносишься то в своё детство, то в родительское. Из нюансов – фото платное – сто пятьдесят рублей и в гардеробе требуют надеть синие пакетики на ноги, как в больницах-школах. Сей атрибут последней десятилетки именуют бахилы. Однако к хирургическому облачению они никакого отношения не имеют и лишь поддерживают отечественного производителя и относительность чистоты.