– Так. Подброшу Акимова до Капиков и через полчаса буду у транстайма.
– Главный Второму. Вас понял.
Вяльцев выключил радиостанцию.
– Экскаватор. Невидимая дверь. Тоня… Тоня-то тут причем?!
9
Командированные, построенные в колонну по два, были готовы к дальнейшему исполнению служебных обязанностей. Полуденное солнце палило нещадно, а на небе ни облачка. Но Акимов уже начал привыкать к такой температуре. Он стоял в одних плавках и кедах. Возле ног лежал рюкзак, в котором находились джинсы, рубашка, кокосовые орехи и каменное командировочное удостоверение. Вяльцев стоял рядом и в последний раз убеждал:
– Зря ты не берешь хотя бы пневматический пистолет. С оружием всегда чувствуешь себя увереннее, особенно среди чужих.
– Ничего со мной не случится.
– Ведь мы и помощь тебе не сможем оказать в случае чего.
– Не беспокойся, Виктор. Мне кажется, что дзяпики заинтересованы в наших жизнях. Ведь еще не было ни одной попытки нападения или просто даже случая враждебности.
– Ладно. Иди. Ох и нагорит мне в нашем СКБ за такие действия. А иначе поступить нельзя. В общем, я сейчас лечу к транстайму. А тебя будет сопровождать Чекин. Он же и встретит тебя. Договорились?
– Договорились. Двигай. Сейчас, кажется, начнется отправка. Ну, всего хорошего!
Вяльцев сел в глайдер, и машина рванулась вверх, растаяв в лучах ослепительного солнца.
– Толя, – сказала дзяпичка Тоня. – Я хожу быстро, так что не буду вам обузой. И стрелять умею. – Дзяпичка похлопала рукой по колчану со стрелами. – На областных соревнованиях я выбила пятьсот восемьдесят очков из шестисот. По-моему, неплохой результат?
– Отличный результат, Тоня, – хрипло отозвался Акимов. – Ты у меня молодчина.
– Ох, как я рада! Так рада!
– Равняйсь! – пронеслось над колонной командированных.
Начальник СКБ математических машин отечески похлопал каждого по плечу и сказал каждому пару ласковых слов. После этого, не медля ни минуты, двадцать начальников отделов и лабораторий с тяжелыми копьями и щитами в руках, с луками, командировочными удостоверениями, кокосовыми орехами за спиной и колчанами у пояса углубились по пяти разным направлениям в джунгли для заключения договоров на разработку важных правительственных тем с соседними селениями.
– А задание на командировки! – вскричал Эхразещераз, когда могучая спина последнего командированного скрылась в зарослях. – Забыли задания! Вернуть всех назад!
– А-а… – меланхолично проскрипел главный инженер. – Где наша не пропадала. Авось, все обойдется.
Могучий Дуб никого не взял с собой в командировку, потому что в каждом селении у него были женщины и собутыльники, сососудники то есть, а это обходилось гораздо дешевле, чем таскание и тех, и других за собой.
Акимов, согнувшись, пер рюкзак. А дзяпичка, положив руку ему на плечо, шла рядом. Рука женщины, несмотря на жару, была приятно прохладной. А когда Акимов чуть скашивал глаза влево, его взору представала маленькая крепкая грудь с задорно торчащим соском. Акимов только тяжело вздыхал и тащился дальше. Могучий Дуб машинальным, но точным движением сшиб с обнаженной груди дзяпички жучка, полюбопытствовавшего, что это такое. Тоня весело засмеялась и дернула Могучего Дуба за набедренную повязку. Этого Акимов вытерпеть уже не мог.
– У тебя что, никакого платьишка даже нет?
– О, Толя. Ты подсказал правильную мысль. Надо будет примерить в Жориках кримпленовое платье.
– Бог мой! – простонал Акимов. Женщина, идущая рядом, была для него и счастьем, и мукой, а теперь еще и какой-то ужасной тайной.
В просвете между деревьями показался глайдер, снизился, уравнял свою скорость с пешеходами. Чекин откинул колпак и крикнул:
– Привет, начальник!
– Здравствуй, Слава, – натянуто улыбнулся Анатолий.
– Давай подброшу до конца тропы!
Дзяпичка вцепилась в плечо Акимова судорожной хваткой, аж кожа побелела.
– Спасибо, не стоит.
– Как знаешь. Привет, Тоня! – Вяльцев, наверное, кое-что рассказал Чекину.
– Чекину салют, – слабо отозвалась дзяпичка и прижалась к Акимову.
– Давай хоть рюкзак.
– Ты, Слава, лети. Лети.
– Как знаешь.
Чекин поднял глайдер и застрекотал кинокамерой. Дзяпичка чуть отодвинулась от Акимова и вздохнула свободнее.
– Хорошо. А я еще ни разу не была в командировке.
Могучий Дуб оказался прекрасным собеседником. Он говорил без передышки, ни разу не сбившись и не повторившись. Каждый кустик и каждый бугорок вызывал в нем воспоминания, так и рвавшиеся из него наружу. А каждый рассказ вызывал из памяти целую серию других. Акимов даже подумал о том, как, наверное, страдает этот дзяпик, что представляет собой одноканальную информационную систему. Ведь в принципе он мог бы вешать по нескольким каналам!
Им пришлось преодолевать водные преграды. Могучий Дуб был прекрасно знаком с этой местностью и всегда находил в кустах или небольшой плотик, или маленькую долбленую лодку. Эти технические средства были весьма кстати, потому что речки кишели крокодилами и прочими омерзительными гадами, от одного вида которых по спине Акимова бежали противные мурашки.
Из сухопутных хищников им только один раз встретился саблезубый тигр, на боку которого красовалась полуметровая концентрическая мишень. Дзяпичка тут же выхватила из колчана стрелу и всадила ее в десятку. Тигр покачнулся, но продолжал приближаться к людям. Дзяпичка снова натянула лук. Десятка! Еще раз. Снова десятка! И еще! И еще! Тигр каждый раз немного оседал на задние лапы, но все-таки бесшумно, по-кошачьи, приближался к командированным. И уже лишь один прыжок отделял его от людей.
Чекин целился в тигра из винтовки, но кончик ствола судорожно вздрагивал, а попасть нужно было обязательно в сердце, потому что убойная сила винтовки была невелика. Акимов пожалел, что не взял с собой пистолет, и шагнул вперед, заслоняя дзяпичку, глаза которой горели спортивным азартом.
В это время Могучий Дуб, воздев руки к небу, громким голосом и страшно фальшивя запел производственный гимн дзяпиков. И тигр позорно бежал, в ужасе лупцуя себя хвостом по бокам. Десяток стрел мерно покачивались на удаляющейся мишени. Чекин все еще вибрировал винтовкой. Акимов вытирал пот, выступивший на лице.
– В судейскую коллегию побежал, – сказала Тоня. – Может, мне это зачтут как мастерский балл.
А Могучий Дуб доверительно сообщил, что будь тигр чуть послабее духом, он бы тут же и издох от пения. Так, обычно, дзяпики и охотятся на хищников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
