проиграешь даже самой захудалой бездарности. Если только не нападёшь первым из-за угла.
Вопросов от полученных сведений прибавилось ещё больше. Откуда дочка знала, что судьба приведёт его к шерстистому засранцу? Почему в таком случае сама не вышла на прямой контакт? Ведь попросила же помощи тогда в храме…
В течение часа они собирали разбросанные по всей поляне трофеи. В живых осталось пять ящеров. Двое из которых оказались покалеченными. Найденные на трупах запасы минералов жизни исправили это дело, и вскоре весь караван был нагружен снятой с умерших амуницией и припасами.
Процессия двинулась на восток. Хоронить бандитов не стали — с этим отлично справятся сбежавшиеся на запахи крови слизни. Путникам было над чем поразмыслить. Свои соображения касательно нападавших Ник озвучил сенсею — тот на это согласно кивнул.
— Кстати, ещё вопрос, — обратился к нему Жнец. — Почему ты не забрал себе кольца одноглазого? Там же неплохая защита с них, да и вообще, я заметил, ты не носишь никаких артефактов.
— А мне и не надо, самый главный всегда со мной, — покачиваясь в седле, улыбнулся Саймон. — Да и при всём желании я не способен этого сделать, — добавил он. — Моя «спутница» весьма ревнива. Я не могу использовать ничего кроме неё. Такова цена силы.
— У тебя клинок женского рода? — удивлённо поинтересовался Ник
— Да, — он довольно похлопал по ножнам. — Её зовут Ята и она, как и любая порядочная девушка, не любит, когда на неё глазеют, ха-ха!
«Теперь понятно, почему этот ненормальный так редко оголяет клинок. Понапридумывал себе небылиц», — кивнул своим мыслям Жнец. Хотя из того, что он успел увидеть, сенсея можно было понять — носитель «B» угрозы прошёлся по самой кромке между жизнью и смертью. После такого, во что угодно поверишь.
Будь возможность вместе с мечом использовать и другие артефакты, Саймон по мощи сравнялся бы с полубогом. В перспективе Ник сильнее напарника, но реализовать такой потенциал сложно. Сенсей старше и опытней.
«Сложно, но выполнимо».
Опознавательных знаков у нападавших не нашли, так что вопрос остался открытым. Кто-то явно неровно к ним дышит. Круг подозреваемых следующий: воинствующие аристократы, армия Андервуда и бесчисленное множество «добропыхателей» Саймона.
Если он и расстался с прошлым, то прошлое категорически несогласно с таким подходом. Родственники убитых им воинов и гражданских спали и видели, как бы отомстить.
Что примечательно, сенсей не «выпалывал сорняки», занимаясь геноцидом будущих мстюнов, как это делала знать. Он давал шанс на вендетту, всем своим видом показывая: «Пожалуйста, приходите. Вам тут всегда рады». Недальновидно, но такой уж он уродился. Добряк до мозга костей.
«Чего не скажешь о Гансе», — с грустью подумал Ник.
Его отношения с другом были сложными. Жнец не одобрял кровожадности Хьюза, но чисто по-человечески понимал его. Мать и семья — самое дорогое в жизни мужчины. Можно сказать, фундамент. Смерть той, кто тебя выходил, вырастил и воспитал — невосполнимая утрата.
«Парень совсем слетел с катушек в этой грёбаной чернухе», — вздохнул Ник, не завидуя судьбе аристо.
Через несколько часов мрачные мысли о бесконечном насилии и несправедливости вдруг прервались зрелищем немысленной красоты. Они вышли на пещерное плато, где вдали струился водопад из синих огоньков. Переплетённые в мощные нити «светлячки» тянулись на сотню метров ввысь и, казалось, будто это струи воды низвергаются в пропасть.
Таких нитей были тысячи, своим светом они рассеивали темноту пещер. Светлячки расселились не только на стенах и потолке, но и обильным покрывалом украсили траву.
— Это какие-то врата в рай, — не выдержав, прокомментировал Ник.
— Не слышал о таком месте, красивое? — спросил сенсей.
— Одно из лучших, но пока никто оттуда не возвращался, — ухмыльнувшись, ответил Ник.
Учитель икнул и присосался к фляге с «допингом». Вероятно, в его раю капуста росла даже на деревьях. До пункта назначения оставалось километров семьдесят, так что путники разбили лагерь. Всё равно никаких колоний поблизости не было, если верить карте.
Они развели костёр, чтобы подогреть пищу и, наслаждаясь неземными видами, умяли ужин. К сожалению, алхимический огонь не потрескивал и не шипел как чуть отсыревшие дрова, но тоже завораживал. Укутавшись в спальные мешки, они ещё долго беседовали ночью, после чего забылись крепким сном.
Принц же радостно бегал по поляне весь обмазанный в люминофоре, тогда как его хвостатые «коллеги» гадали, что же творится в голове у сумасшедшего варана. Ведь тот, кто в плену животных инстинктов, не способен понять красоту.
Глава 8
Ганс и компания
День спустя после побега из-под стражи Красных плащей.
Ганс жадно дул на ложку с похлёбкой. Он провалялся порядка семнадцати часов и был жутко голоден. Кухня дрессировщиков варанов сейчас пустовала. Работники были заняты утренним обходом.
Пятёрка перекусила до того, как встал Хьюз и занималась разминкой. Вормлинга Куро послали в схрон за порцией емировых камней, так как все эти сморщенные черволюди были на одно лицо для Красных плащей. Последний приступ Ганса дорого им обошёлся. Прощелыга Чача расчехлил собственные запасы и под конский процент одолжил несколько магических самородков.
Деньги у команды были, только передвигаться, как раньше, они уже не могли. Всех объявили в розыск. Особенно тяжко пришлось мутанту Уппо. Ведь каждый Крайний по-своему индивидуален, а их мордастый друг сразу выделялся из толпы карикатурными чертами лица: уши, нос, глаза, губы — всё большое и несуразное.
Своими двумя топорами этот бешеный сукин сын раскромсал не одного противника и Ганс был рад работать вместе с ним. Да и вообще каждый член пятёрки кровью и потом заслужил его уважение. Поэтому сначала он собирался подарить им то, чего они так долго ждали ещё со вчерашнего дня. Эйфорию.
— Принёс? — спросил аристо у вернувшегося с дальней вылазки Куро.
— Ага, — тот шмыгнул и вытер грязный нос кулаком, на стол отправилась заплечная сумка, какие обычно носят мануфактурные работники. На груз, что в ней
