был быстро отрезан от путей к отступлению.
Я запоздало накинул убежище. Железная локация без дверей делала процесс сложным, долгим и дорогим. Потому спасти много новобранцев в моей армии не удалось. На самом деле, едва ли десятая часть от всей армии.
Обидно. Досадно.
И наказуемо.
Мне сильно захотелось в этот момент, чтобы тот говнюк, который заведует этим фокусом, оказался здесь. Наверное, настолько сильно, что высшие силы или боги судьбы прислушались.
Стремительно меняющийся мир вокруг преображался в цвета светящейся бирюзы под чёрным небом с зависшими подсвеченными облаками.
Постойте-ка…
Этот пересбор был не совсем таким, как прежний. Он охватил буквально всё вокруг нас, но не захватывая пол под нами. Тот, кто управляет пересбором решил так перестраховаться от того, чтобы мы тем же методом не оказались на двадцать втором?
Зато пересбор охватил потолок над нами. Тот будто пластелин стал выгибаться и тянуться к нам, грозя накрыть собой. Я обернулся к убежищу и хотел было отдать приказ на всякий случай прятаться там вообще всем, но опоздал. Полупрозрачная субстанция резко ускорилась, потянулась к нам, а пол наоборот, будто выплёвывал нас наверх.
На двадцатый!
— Ха-ха. Ты всё же пришёл, ничтожество, — с полным равнодушием произнесла Ангедония.
— Сказала обречённому герою прекрасная в своём благородном гневе Аси, — послышался голос комментатора рядом с ней.
Я с вытаращенными глазами смотрел, как от тела Ангедонии наполовину отделился полупрозрачный образ её же из сна. Призрачная копия торчала сбоку от туловища, будто сиамский близнец.
— Это ещё что за очередная психопатия? — скривился я. — Почему же мне так везёт на аномальных поехавших? Раздвоение личности, или как это у тебя называется?
— Твои слова не коснутся моего сердца, крыса, — всё с тем же равнодушием, будто пересказывала нуднейшую лекцию, ответила Ангедония. — И сейчас ты будешь наказан. Ты нарушил границы, а значит приговорён к исправительным работам. Посмертно.
— Сказала она, сладко предвкушая извращённые пытки, — вновь прокомментировал призрачный двойник.
Вторая Ангедония вдруг полностью вышла из тела и посмотрела прямо на меня, глаза в глаза.
Даже мелкая моторика движения зрачков была завязана на некие повторяющиеся ритмы.
— Ты дрожишь? Тебе страшно? — девушка медленно приближалась ко мне, будто растягивая удовольствие. А у её ног появились две знакомых фиолетовых твари. И вот это было уже плохо.
Я прямо спиной ощутил, как напрягся сейчас весь рейд.
Вместо надёжной крепости мы вновь были в чистом поле один на один с этими тварями. Именно в той местности, где они были сильнее всего своими стремительными рывками.
— Арк, возьми, — тихо шепнула Сайна.
Левая рука ощутила прикосновение холодного металла.
— Это эфирная бомба. Должна блокировать их. Смогла сделать две. Вторую взяла Белая.
Я кивнул, принимая предмет. На гранату походило мало — скорее на железную сферу размером с волейбольный мяч. Метать такое будет не очень удобно, хотя на вес легче, чем кажется.
— Видят строители, я конфликта не хотел. Просто ищу путь ниже, — начал я больше чтобы заговорить зубы и вообще втянуть в диалог.
— Ничего они не видят, — сплюнула Ангедония. — И ты скоро перестанешь смотреть на мир этими глазами. Я разберу тебя на части и сделаю из тебя…
— Любимого мужа? Если что, я против насилия в семье.
Девушка дёрнулась, как от удара. Её призрачная копия почему-то захихикала.
— Аси отпрянула от слов героя! Она смущена и начала активней искать способы не доводить до сражения. Ведь оставить такую особь себе всяко лучше, правда?
Последнее она с надеждой сказала Ангедонии из плоти и крови.
Та медлила. Внимательно смотрела на меня, затем бегло окинула взглядом Тию-медиума, Рейна, Лиса, Кота, чуть задержалась на Белой, а затем…
— ТЫ?!!! - вспыхнула вдруг девушка всем спектром силы эмоций.
Зрачки Ангедонии расширились.
Причём обе отреагировали одинаково. И реальная девушка, и призрак, одновременно выпалили:
— Я вырву твоё гнилое сердце и скормлю червям!! Проклятая вездесущая тварь!! Предатель! Я сотру даже воспоминания о тебе, а пепел развею в сортире! Ты у меня будешь умолять о смерти, мразь!!!
Что происходит в тот момент я даже не понял. Но в следующий миг призрачная Ангедония стала единой с физической, и они обе бросились в мою сторону.
Я воспользовался своим преимуществом благодаря почве под ногами и выставил между нами деревянный щит. Но девушка просто проигнорировала его. Подпрыгнув, она взлетела на самую вершину барьера, оттолкнулась и прыгнула дальше, будто дикая кошка.
Но я её не интересовал.
Перелетев через меня, Ангедония на лету призвала чернильно-лиловые крылья из мёртвой магии, а в руках оказалось футуристическое оружие, напоминавшее три удлинённых штыря, скрепленных на манер треугольной призмы.
Вспышка, и в то месте, где секунду назад стояла Дина, прилетел удар чего-то невидимого, взорвавшего участок земли изнутри.
— Стой, сука! Это из-за тебя я здесь! Я вырежу тебе сердце!! — столько первобытной ярости и незамутнённой кристальной ненависти я не встречал ещё никогда со времён своего последнего пробуждения.
Спокойная и безучастная, со странным раздвоением личности, она в момент превратилась в бешеную фурию, ведомую лишь жаждой убийства.
И честно признаться, я внутренне порадовался тому, что ненависть такой силы была направлена не на меня.
8. Ненависть, рвущая землю
Поход на двадцатый определённо был соткан из сплошных случайностей. Сперва пустой этаж, затем эта глупая ловушка и попытка всё вернуть как было, когда кое-кто понял, что накосячил и пересбором сделал нам только лучше.
Теперь же…
