Селены пил из меня магию, видимо пытаясь отыграться за те месяцы что вообще не получал ее. Если бы не Уинн, я не представляю, как бы я протянула первый месяц. У меня образовались под глазами не просто синие круги, это были провалы в другой мир. Уинн ворчал, но неизменно каждый вечер приезжал и отвозил меня домой. Там я отдавала магию ребенку, а Уинн относил меня в мои комнаты и укладывал спать, делясь магией уже со мной.
Через месяц стало полегче. Профессор Лоринж потирал руки и с удовольствием сообщил, что ребенок развивается в пределах нормы и что и мама и малыш существенно повысили свои шансы выжить в родах. А вот мои шансы протянуть еще месяц с каждым словом снижались, потому что профессор Лоринж настоятельно рекомендовал не снижать уровень магии, которую я даю ребенку.
Я выдохнула, но кивнула. А вот Уинн выругался.
Мы вышли из кабинета, и Уинн бросил:
- Знал бы я, что ты такая хлопотная любовница, ни в жизнь не согласился бы.
- Да, ладно тебе. Все наладится. Чуть-чуть осталось – тем же шутливым тоном ответила я другу.
- А вы разве вместе? – подала голос Селена.
- Тебя это не касается. В машину полезай – грубо бросил Уинн Селене.
Их отношения так и не наладились. Несколько раз я видела, как Селена бросает на него любопытные взгляды. Но вот разбираться с этим у меня сил не было.
Потом, всё потом.
Как я протянула этот месяц? Понятия не имею.
Лично мне казалось, что я сама превратилась в поршневой механизм, о котором мне взахлёб рассказ Митко. Парень остался при моей лаборатории. А еще я ссудила ему денег. Ну да. Дура. Нет, дура в квадрате. Нет. Пожалуй, даже в кубе. Но парень был умным и мечтал о курсах механики. При столичном Университете. Копил на них уже два года и все никак. То одно, то другое.
Однажды я взяла его под руку, и мы, не торопясь в обеденный перерыв дошли до Университета. После всего того что со мной случилось я тут так и не была. Но родные стены дали мне напитаться магией, что была мне так необходима. Митко смотрел на меня во все глаза, когда я молча оплатила его курсы механики на целый год. Возможно, для него это сумма была совершенно неподъемной, мне она была дороговата, но реальна, а вот мне прошлой – это вообще был один поход в дорогой ресторан в центре. Так что я велела ему замолчать и рассказывать мне о механике в лаборатории. Я пошутила, а вот парень воспринял это всерьез и теперь вечером когда он убегал на свои курсы, а я оставалась лаборатории одна – это были самые спокойные часы. Потому что все остальное время он тарахтел как тот механический вагон, о котором он сейчас мечтал. У него даже такое название будет странное – «трамвай».
- Ну, это вагонетка? Вот отсюда и название? – пояснил мне Митко.
Я с пониманием кивнула, про себя подумав «какая еще вагонетка»?
- Он будет или пневматическим или паровым. Мы еще не решили. В него даже вы сможете влезть, сьера Кора.
Я неопределенно хмыкнула. Ну, ну.
- Да вот увидите! Трамваи будут скоро во всем городе! И это будет основной вид транспорта!
- Митко?
- Замолчать да?
- Ага! – кивнула я и углубилась в очередной отчёт для Уинна.
Отчеты в благодарность за помощь я теперь строчила вовремя.
- Сьера Кора?
- Я же просила помолчать – я потерла пальцами виски.
- Я предупредить хотел – тихонько, как будто шепот вот прям многое изменит, сказал парень.
- О чем?
- Сьер Бакстер знает, что это вы мне деньги дали на учебу – страшным шёпотом сказал парень.
- Проболтался?
- Я? Да не в жизнь! Но он как-то так взял и спросил.… А я взял и сказал – виновато опустил голову Митко.
- Ох.… Это все штучки Уинна. Умеет он вот так. И сам не поймешь, как все ему выложишь. Не бери в голову, он все равно бы узнал.
Митко довольно улыбнулся и, схватив штатив с пробирками, понесся в анатомичку, на которой гордо было выведено «Анотумический кабинет». Вот это ж надо уметь делать по две ошибки в одном слове и гордиться еще этим. Только вот и там коллеги уставали до невозможности и им, так же как и мне было глубоко плевать что там, на двери написано. Морг он и есть морг.
Надо будет все же уточнить имя этого умника.
В тот вечер Уинн не приехал за мной. У него было сложное дело. Он метался в поисках сумасшедшей, что занималась тем, что соблазняла мужчин и заражала их «срамной болезнью». Уж не знаю с чего или вернее с кого все началось, только у девушки после того как она узнала диагноз ум за разум зашёл и она решила что все мужики в этом виноваты. Лечиться она отказалась, а вместо этого начала охоту на мужчин. Все «ночные бабочки» имели лицензию. А она подразумевала отсутствие болезней. У нее же не было такой лицензии. Поэтому мужчины шли за ней на свой страх и риск. Хорошо, что первые симптомы появлялись довольно быстро, и Уилл почти сразу ее вычислил. И вот теперь он гонялся за ней по улицам города.
Я вздохнула. Как же быстро привыкаешь к хорошему. Вот и я привыкла к тому, что вечером меня с работы отвозит Уинн на машине. Но я не слабачка, я дойду. Медленно стянув халат, я еще раз проверила всё, и вышла из лаборатории, попутно прощаясь с задержавшимися на работе коллегами.
- Ты рано, Кора?
- Закончила пораньше, а за мной сегодня не заедут. Иду пешком, прогуляюсь – кивнула я.
Я вышла на большое и солидное крыльцо Центральной Городской Больницы, когда меня окликнули.
- Кора! Сьера Вантервиль! – и ко мне быстрым шагом направился высокий молодой блондин, одетый по последней моде, на ходу он снял с головы белый цилиндр.
О! Белый цилиндр? И такие цвета сейчас в моде? Как же я от этого отстала и как я теперь далека вот от этого. Я даже вздохнула, утонув ненадолго в воспоминаниях, но одернула себя. Сейчас я на своем месте. Да и пользы от меня гораздо больше.
А любые цилиндры и белые, и черные, и серо-буро-малиновые в крапинку - в прошлом.
-
