Кроме того, если она обладала такой силой, то почему не вырубила тех демонов, что поймали ее в лесу?
Демон начал подозревать, что у нее не было сил- в момент когда он кончил, она высосала их из него - как суккуб.
С ее красотой, она безусловно может быть одной из них. Если она суккуб, то может ослабеть снова, если только другой обитающий здесь демон не поможет ей с "питанием". Их были десятки, а то и больше, они не пересекали границ его территории и были такими же беглецами, как он.
Другой мужчина прикоснется к тому, что принадлежит ему. Эта мысль привела его в ярость и он побежал еще быстрее. Никто не должен познать ее совершенное тело.
И она была совершенством. Боги, она была само блаженство. Блестящие зеленые глаза. Изящные изгибы. Нежная белая кожа, такая же мягкая как шелк, что она носила. Вспомнив её вкус, он содрогнулся от наслаждения.
Ее кровь как вино.
Эти дикие мысли чуть не заставили совершить преступление этой ночью. Он пил из источника. Он был вампиром телом и душой- и поэтому, он никогда не сможет повернуть назад. Малкольм знал, что никогда не будет удовлетворен, если не будет впиватся в эту мягкую кожу каждую ночь.
Часть его обвиняла в этом ее, заставившую его потерять контроль. В конце концов, он никогда никого не кусал до нее. Даже когда Вайсрой предлагал, пытаясь сломать его.
Годы голодных пыток.
Пока тело Малкольма не превратилось в оболочку.
Он постарался подавить эти воспоминания, заполняя мысли ее образом. Пока не вспомнил, что в зеленых глазах стояли слезы- или они сужались от отвращения. Даже если его женщина и не поняла слов, зато поняла его намерения. Но его пара не ответила ему взаимностью.
Может быть его двойная природа затуманила ей разум, притупляя ее чувства к нему. Возможно его пара не смогла узнать в нем того демона которым он когда-то был.
Она сражалась с ним.Что в свою очередь привело к перелому ее руки. И теперь он смутно помнил, что не просто куснул ее шею.
Малкольм впился в ее кожу.
Он причинил ей боль, самому дорогому, что у него было- женщине которую он должен защищать.
Не опустошать.
Он нокогда не мог представить, что обе части его существа, как демоническая так и вампирская, встанут на первый план. Если бы он не потерял контроль и не наброислся на нее....
Он понял почему она сбежала. Похоже она не узнала в нем свою пару, она не видела разницы между ним и теми демонами, от которых он ее спас. Но Малкольм не был такм как они.
Как-нибуть он должен убедить ее, что она его женщина, его собственность, так что он возьмет лиш то, что уже принадлежит ему.
Но как он обьяснит ей все это, если даже не говорит на ее языке... Когда ночь пошла на убыль, Малкольм остановился. Окинув взглядом всю пустошь вокруг, сквозь пыльный ветер, понял, что не сможет найти ее до рассвета. И решил. что сделал все возможное, что обеспечить ее безопасность.
Сделаль то, что он умеет лучше всего.
Когде он почуствует упырей, то нападет на них со всей, кипевшей в нем, яростью.
Утром Керроу разбудил громкий рев. Она резко дернула головой испугавшись, что вамон вернулся, но шум уже прекратился.
Наверное это ее пустой живот.
Она протерла глаза от песка, но все равно не могла увидеть ничего вокруг.Ветер стих, но песчаная дымка еще осталась.
Боги, она была еще более уставшей, чем когда ложилась. Всю ночь она дремала, иногда проваливалась в тревожный сон о Руби, которая ожидала их возвращения домой. Керроу была на грани - упыри вопили всю ночь, эти звуки бросали ее в дрожь. затем ближе к рассвету, звуки внезапно ... прекратились.
Живот Керроу громко заурчал, напоминая ей, что никто из ее банды не принесет каши сегодняшним утром - и что она не ела уже больше недели. Ее жажда было намного сильней, рот был сухой, словно туда насыпали пыль.
Она встала гримасничая от боли, каждый мускул протестовал. После первого шага, волдыри на ногах готовы были лопнуть. Ее исцеленные запьястья болели, а дым жег глаза и нос.
Стараясь не обращать внимание на боль, она вышла не имея не мальйшей идеи куда идти. Ей нужно было только найти еду и воду. Она узнала, что была неподалеку от затопленых шахт, которые охранялись Слейном.
Она должна было попытатся. У девушки не было ни капли во рту, стех пор как много часов назад, она бежала по этой пустынной земле. Достаточно плохие условтия для любого существа, в особенности для Керроу, которая родилась в городке возле бухты, известном своим влажным климатом.
За каждым поворотом подстерегал влажний бриз из залива, брызги волн, или влажный зной.
Керроу очень хотела взять Руби и пойти в город! Вернутся в свой прекрасный Ковен, наполненный друзьями, шутками и весельем.
Большую часть своего детства, Керроу было хорошо в одиночестве. Ее мать и отец совершенно не интересовались ею,их отношение было небрежным. А ее игрушки были отражением мавзолея- как и особняка, где "скромным" слугам было запрещено разговаривать с девочкой.
А потом родители отдали ее в ковен Андуан, который стал ее настоящим домом, где она познакомилась с любимой наставницей Елианной и конечно же с Мари- место где Керроу узнала, что такое сестринство ведьм, которые защищают и берегут друг друга. Она отчаяно скучала по ним, особенно по Мари.
Хотя Мари и была столь могущественной, чем кто бы то ни был из Ведьм-она не могла применять свою силу без зеркала, которое направляло ее. Еденственной проблемой было то, что глядя в зеркало она могла сама загипнотизировать себя, не в силах оторвать от него взгляда.
Керроу дала ей кличку Поломка- зеркала обломки.
В последний раз когда такое случилось, Мари згипнотизировала себя так глубоко, что ее муж ликан еле оторвал ее от зеркала. Очевидно это было опасно, изнурительно и слишком сильно затягивало.
Если на данный момент Мари не отправилась за кавалерией, то она ничем не сможет помочь, без зеркала. И если это так и было, то Керроу надеялась, что помощи не будет.
Ничего не делай глупая Поломка(Глич).
Стоп... опять этот звук? Не ее живот? Тонкие волоски на ее затылки встали дыбом. Она осмотрелась вокруг, но все равно ничего не видела дальше чем на пару футов. Нужно продолжать двигатся.
Ее силы, также как и ее чары были на исходе, что значило, что она не сможет оставатся невидимой. Судя по тому, что она слышала, звери уже сейчас могли ее начти. Как следовательно и упыри.
Будет ли вампир-демон искат ее в течении дня, лил тусклого солнечного света хватит, что б удержать его в тени?
Она посмотрела на коричневое туманное небо и не почуствовала никакого тепла.
Только она облизала потрескавшиеся губы, как в животе снова заурчало. Вода, еда. Боги она ненавидела открытые места! Это словно находится в аду- да и все это изначально находилось в аду. Причудливые растения росли здесь в изобилии, окаменевшие конечно. В этом месте не могла расти никакая зелень.
