— Не могу пожаловаться — день выдался удачный, — отозвалась Нина. — А теперь извините, мне надо поговорить с Мариссой, а вы, должно быть, хотите пообщаться с другими гостями. Увидимся позже.
Нина перекинулась парой слов с Мариссой, а затем, когда хозяйку отвлекли неотложные дела, взяла в руки стакан с охлажденной минеральной водой и прошлась по залу, приветствуя знакомых.
В начале вечера, пока гости угощались напитками и орешками, разложенными на серебряных подносах, разговор шел исключительно об аукционе в Уиллоу-Хилл. Большая часть присутствующих могла похвастаться удачными покупками, но победителем была единодушно признана Марисса, которая стала обладательницей деревянных панелей.
Через полчаса гости удобно расположились в просторной столовой дома Дугласов. В отблесках свечей женщины выглядели мягче и привлекательнее, а мужчины — загадочнее. В многочисленных фарфоровых вазах стояли свежие цветы, французские кружевные салфетки приятно гармонировали с темной поверхностью стола из красного дерева. Подали суп из спаржи, все занялись едой, разговор вертелся вокруг каких-то пустяков, и Нина немного расслабилась. За столом сидели приятные люди, ужин обещал быть отличным, и единственное, о чем ей осталось беспокоиться, — это о данном себе обещании быть сегодня в роли наблюдателя, не более того. Прислушиваться к общему разговору, участвовать в беседе по мере необходимости, отвечать на обращенные к ней вопросы и ни при каких обстоятельствах не нервничать. Нина рассчитывала, что справится с поставленной перед собой задачей.
Тема завершившегося аукциона вскоре была исчерпана, и разговор перешел на дорожное происшествие.
— Я думаю, что не скоро забуду этот день, — заявила Нора Хардинг, специалист по французскому антиквариату. — Какое неприятное событие произошло на шоссе!
— Некоторых людей нужно лишать водительских прав, — сказала Марисса, и все единодушно согласились с ней.
— А кто-нибудь знает, как зовут сбитого велосипедиста? — спросила Аманда Лин Тэйлор.
— Беннет Уортон. Адвокат. Он арендует домик для гостей у Эллиманов, — вступил в разговор хозяин дома. — Ему очень повезло, что Нина оказалась поблизости и сразу же позвонила в полицию.
Взгляды всех присутствующих обратились к Нине, и она, против своей воли, оказалась в центре внимания.
— Хорошо, что в машине есть телефон. Я сняла трубку, набрала номер и сообщила о том, что произошло, — сказала она.
— Представляю, каким это было для вас сюрпризом, — нарочито ленивым тоном произнес Ким, и Нина внезапно почувствовала, что он внимательно следит за выражением ее лица.
— Да, я не ожидала ничего подобного, — ответила Нина, делая вид, что не понимает, на что намекает Ким. — Я всю жизнь прожила в Нью-Йорке, и со мной ничего похожего не случалось, но стоило мне выбраться в Коннектикут, как я стала свидетельницей дорожного происшествия.
— Несколько недель назад я видела, как вы обедали вместе, — с некоторым удивлением заметила Беба МакГенри Поуст.
— Да, это было в день Святого Валентина, — улыбнулась Нина.
— А я и не подозревала, что вы знакомы друг с другом, — сообщила миссис Поуст. Элегантная пожилая дама подождала, пока убрали суповые тарелки, и продолжила: — Я полагаю, что вы собирались вместе провести этот уик-энд.
— Нет, этот уик-энд посвящен исключительно бизнесу, — вежливо ответила Нина, помня о возрасте и положении в обществе своей собеседницы. Кроме того, ее приятно согревала мысль о том, что присутствующие решили, что у нее было романтическое свидание в день Святого. Валентина и не догадываются об истинном характере ее встречи с Беном.
Ужин шел своим чередом, подали салаты, горячее, и наконец подошло время десерта. Он был встречен слабыми возгласами протеста, но по мере того, как гости управились со своими обильными порциями, настроение их заметно изменилось. Голоса стали звучать тише, и разговор принял серьезный характер.
Нина начала нервничать. Она понимала, что рано или поздно кто-нибудь обязательно заговорит о Патриции Росситер. Ким по-прежнему не сводил с нее глаз. Неужели ему известно что-то? Если это так, то скоро он…
Но первым, кто заговорил о Патриции Росситер, оказался Рандольф Марвик, уважаемый и знающий свое дело букинист.
— Если бы Патриция была жива, она бы непременно приняла участие в сегодняшнем аукционе, — сказал он со вздохом.
— И никто из нас тогда не смог бы что-нибудь купить, — добавила Нора. — Она всегда была очень цепкой и не упускала ничего из того, что ей понравилось.
— Но Патриция всегда вела себя очень корректно и умудрялась не обидеть никого из нас, — сказала миссис Поуст. — Я припоминаю один аукцион… — начала она и надолго завладела вниманием гостей.
Нина принялась за свой десерт. Она с облегчением поняла, что в беседе в основном участвует старшее поколение антикваров и это дает ей возможность помалкивать.
— На прошлой неделе ко мне приходил Томми Паркс, — озабоченно заметила Нора. — Он — мастер по реставрации антикварной мебели, у него сейчас мало заказов, и, если завещание Патриции не будет найдено, ему придется туго.
— Патриция была практически единственной заказчицей Томми и всегда его опекала, — добавила миссис Поуст.
— Она обещала, что упомянет его в своем новом завещании. Том самом, которое до сих пор не найдено, — закончила Нора.
— Томми не может поднимать цены, они и так достаточно высокие, — заметила Марисса, стараясь не смотреть на Нину. — И сейчас у него большие расходы. Я думаю, что кое-кто из нас мог бы временно оказать ему помощь.
Как Нина и предполагала, стоило только упомянуть имя Патриции, как гости заговорили с новым воодушевлением. Она ожидала услышать рассказы о творческих достижениях Патриции, ее званых вечерах, знаменитых друзьях, но разговор принял иной оборот.
— Я кое-что приобрела на распродаже у Дуэйна Фармера, — сказала Аманда. — Он закрывает свою фирму…
— Патриция часто говорила о нем, — перебил ее Рандольф. — Сейчас он вроде проходит специальный курс лечения.
— Будем надеяться, что лечение ему поможет, но расходы, связанные с этим, просто невероятные, — добавила Аманда. — Мы с ним поговорили о Патриции. Он не рассчитывает на то, что она упомянула его в завещании, но нам обоим было интересно гадать, кому же достанется основная доля.
У Нины перехватило дыхание. Да где же все-таки это новое завещание? Куда его можно было запрятать?
— А я разговаривала с Джеком Бервином, — опять подала голос Беба Поуст. — У него кошмарный домовладелец. Джек — замечательный часовщик, но у него же не десять рук. Патриция очень ценила Джека и пообещала оставить ему свою коллекцию часов, но теперь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
