Читаем без скачивания Исчезнувшая пожарная машина - Пер Валё

— Это не входит в мои обязанности, — заявил Хелм. — Я всего лишь изложил тебе факты. Объяснения я оставляю вам. По-моему, именно для этого и существует полиция, не так ли?

— До свидания, — сказал Колльберг и положил трубку.

— Что случилось? — спросил Скакке. — Кто-то умер? А Рённа нет…

— Помолчи, — сказал Колльберг, — и впредь стучи, когда входишь в кабинет начальника. Не забывай о том, что случилось со Стенстрёмом.

Он встал и подошел к двери. Надел пальто и шляпу.

Потом указал на Скакке своим толстым пальцем и сказал:

— У меня есть несколько очень ответственных заданий для тебя. Позвони в Главное управление и вызови Мартина с совещания. Найди Рённа и Хаммара, а также Меландера, даже если для этого тебе придется взломать дверь туалета. Скажи им всем, чтобы они немедленно позвонили Хелму в Институт судебной экспертизы. То же самое передай Эку, Стрёмгрену и любому другому идиоту, которого сможешь обнаружить в отделе. Когда ты все это исполнишь, можешь отправляться к себе в кабинет, позвонить Хелму и самостоятельно поинтересоваться у него, что случилось.

— А вы уходите? — спросил Скакке.

— Служебные дела, — ответил Колльберг, глядя на свои часы. — Встретимся на Кунгсхольмсгатан через два часа.

Его едва не остановили за превышение скорости на Вестберга-Алле.

Когда он вошел в свою квартиру на Паландергатан, его жена выглянула из кухни, откуда доносились аппетитные запахи.

— О Боже, ты так странно выглядишь, — весело сказала она. — Обед не готов. У нас есть еще пятнадцать минут.

— Нет, — сказал Колльберг, глядя на дверь спальни. — Только не там. Матрац может взорваться.

XV

Предпринятые усилия дали результаты. После обеда удалось найти Хаммара, который приехал сам и собрал свой несколько удивленный коллектив. Коллектив состоял из Мартина Бека, Фредрика Меландера, Леннарта Колльберга и Эйнара Рённа.

Хаммар выглядел мрачнее, чем когда-либо. Наступила весна, солнечная и теплая, и за завтраком он разговаривал со своей женой об уходе на пенсию и о том, что нужно провести отпуск в их коттедже в деревне. Он был совершенно уверен, что дело о пожаре закончено, и почти забыл о нем. Несносный Хелм неожиданно расстроил его планы.

— Ларссон все еще болен? — спросил Хаммар.

— Да, — ответил Колльберг. — Он почивает на лаврах.

— Он выйдет на работу в понедельник, — сказал Рённ, потирая нос.

Хаммар откинулся на спинку кресла, пригладил рукой волосы и почесал в затылке.

— Судя по всему, нам следует сконцентрироваться на том Бертиле Олафсоне, — сказал он. — Мальм был всего лишь мелкой рыбешкой, психически ненормальным, алкоголиком и Бог знает кем еще. Трудно представить, что кому-то понадобилось избавиться от такого субъекта. Ясно лишь то, что Мальм наверняка что-то знал об Олафсоне, что-то компрометирующее. Хотя даже этого мы толком не знаем. Придется нам поближе познакомиться с Олафсоном.

— Да, — сказал Колльберг, которому уже давно надоели эти штампы.

— Что нам известно об Олафсоне? — спросил Хаммар.

— То, что он исчез, — пессимистически ответил Рённ.

— Его приговорили к году тюрьмы несколько лет назад, — сказал Мартин Бек. — Кажется, за воровство. Нужно будет посмотреть в картотеке.

Мсландер вынул трубку изо рта и сказал:

— Восемнадцать месяцев за воровство и подделку документов в 1962 году. Срок отсидел в Кумле.

Остальные посмотрели на него с привычным восхищением.

— Нам известно, какая у тебя память, но мы и не подозревали, что ты удерживаешь у себя в голове еще и все приговоры, — удивился Колльберг.

— Я просто как-то просмотрел дело Олафсона, — невозмутимо ответил Меландер. — Подумал, что интересно узнать, кто он такой.

— Может, тебе случайно известно и то, где он находится?

— Нет.

В кабинете воцарилось молчание. Наконец Колльберг сказал:

— Ну? Кто же он такой?

Меландер посасывал трубку и, казалось, обдумывал, с чего начать.

— Он не представляет собой ничего особенного. Приговор, о котором упомянул Мартин, был у него далеко не первым. Однако в тот раз он впервые был приговорен к тюремному заключению. До этого его признавали виновным в приобретении и нелегальном владении наркотиками, кражах автомобилей и прочих мелочах. Еще два года назад он состоял на постоянном учете в полиции.

— Олафсона, вероятно, начали разыскивать сразу после того, как в его машине взяли Мальма, — сказал Колльберг. — Очевидно, по обвинению в воровстве?

— Да, — ответил Мартин Бек. — Я уже это выяснил. Полиция в Густавсберге обнаружила несколько украденных автомобилей на участке Олафсона в Вермдё. У него там небольшой летний домик, доставшийся в наследство от отца. Домик находится в безлюдном месте, в лесу, и чтобы туда добраться, нужно проехать больше одного километра по узкой лесной дороге. Патрульный автомобиль из Густавсберга оказался там по чистой случайности. Конечно, там никого не было, но во дворе за домом стояли три седана. В гараже тоже находилась машина, недавно окрашенная. Нашли также краску, пульверизаторы, полировочные материалы, номера, регистрационные сертификаты и многое другое. Как только выясняюсь, что четыре автомобиля краденые, в квартиру Олафсона в Орсте послали двух человек, чтобы его задержать. Его там не оказалось, и он до сих пор не появился.

Мартин Бек подошел к тумбочке, на которой стоял графин, налил в стакан воды и выпил ее.

— Когда это произошло? — спросил Хаммар.

— Двенадцатого февраля, — ответил Мартин Бек. — Больше месяца назад.

Колльберг вынул из кармана календарь.

— Понедельник. А еще раньше Олафсона пытались найти?

Мартин Бек покачал головой.

— Вначале не очень. Они надеялись, что рано или поздно он все равно появится. Когда задержали Мальма, он сказал, что Олафсон уехал за границу, и они продолжили ждать, не снимая наблюдения за его квартирой и летним дрмиком.

— Может быть, Олафсону стало известно, что ребята из Густавсберга выяснили, чем он занимается, и он успел скрыться до прихода полиции? — спросил Рённ.

Колльберг зевнул.

— Ты имеешь в виду, что он намеренно скрывается? —сказал Мартин Бек. — Я в этом сомневаюсь. Вблизи летнего домика не было ни души и никто не мог его предупредить, что там побывала полиция.

— Известно, когда он в последний раз был в своей квартире? — спросил Меландер. — Соседей, например, опрашивали?

— Не думаю, — ответилл Мартин Бек. — Поиски Олафсона проводились с применением обычных мер розыска.

— Другими словами, вяло, — подытожил Хаммар. Он хлопнул по столу ладонями и поднялся. — Принимайтесь за дело, ребята. Опросите соседей и всех, кого сможете. Всех, кто каким-либо образом связан с Олафсоном. Прочтите все судебные отчеты, досье и вообще все, что удастся найти и прочесть об этом субъекте. Но самое главное, разыщите его! Сейчас! Немедленно! Если именно он подложил ту штуковину в матрац Мальма, то теперь, естественно, будет скрываться, даже если раньше этого и не делал. Если вам нужны еще люди, достаточно об этом только сказать.

— Какие люди? — спросил Колльберг. — Откуда?

— Ну, — пожал плечами Хаммар, — у вас ведь есть этот парень. Скакке.

Колльберг уже встал и направлялся к двери, как вдруг услышал, что упомянули фамилию Скакке. Он остановился и открыл рот для того, чтобы что-то сказать, но Мартин Бек вытолкал его в коридор и закрыл за ними дверь.

— Бесполезная болтовня, — сказал Колльберг. — Если проследить за карьерой Хаммара, то у Скакке, возможно, большие шансы стать начальником полиции.

Он покачал головой и добавил:

— Слава Богу, я достаточно стар, чтобы не дожить до этого.

Остаток дня они провели, собирая дополнительную информацию о Бертиле Олафсоне.

Мартин Бек, среди прочего, побеседовал с коллегами из отдела краж, которым очень хотелось взять Олафсона, однако из-за того, что людей не хватало, им пришлось снять наблюдение с квартиры и летнего домика в Вермдё.

Из досье Олафсона следовало, что он родился тридцать шесть лет назад, шесть лет посещал школу и другого образования не имеет, сменил множество мест работы и профессий, однако в последнее время в основном был безработным. Его отец умер, когда Бертилу Олафсону было восемь лет, а его мать повторно вышла замуж через два года и до сих пор живет с его отчимом. Единственный брат Бертила Олафсона, моложе его на десять лет, — зубной врач в Гётеборге. Его собственный брак оказался бездетным и несчастливым, сейчас он уже развелся и с тех пор, как отбыл тюремный срок, время от времени встречался с женщиной, которая была на пять лет старше него.

Психологи охарактеризовали его, как человека эмоционально неустойчивого и социально опасного. Кроме того, он был заторможенным. Сотрудник, у которого он стоял на учете, сообщил, что не смог наладить хороший контакт с ним, из-за его враждебности и нежелания сотрудничать.