Крисеиде, которая, прежде чем принять оное, немного смущается.
108
Пандар с письмом, где выход скорби дан,
Отправился к кузине Крисеиде,
Застав ее в компаньи горожан;
И та, Пандара издали увидя,
От них, бледна, как перл восточных стран,
Направилась к нему, с желаньем и́дя
И робостью; с приветствием сошлись
И после оба за руки взялись.
109
«Что привело тебя? Какие вести?» —
Спросила Крисеида. На вопрос
Пандар ей: «Дама, я, сказать по чести,
Весть для тебя хорошую принес,
Но всё ж не для того, кто сто иль двести
Над сим посланьем пролил горьких слез,
Кто за тебя сошел бы и в могилу,
Кого, однако, терпишь ты насилу.
110
Возьми письмо, внимательно прочти
И осчастливь юнца хотя бы словом».
Но дама, в замешательстве почти,
Письмо не принимала, тут багровым
Стал нежный лик, промолвила: «Прости,
Пандар мой милый, если несуровым
Бывал когда Амор к твоей любви,
Ко мне почтенья больше прояви.
111
Подумай, вправе ль ты просить такое,
Сам рассуди: решась письмо прочесть,
Не совершу ли нечто я дурное,
В подобной просьбе благочестье ль есть
И можно ль во спасение чужое
Мне делать так, чтоб пострадала честь?
Пандар мой, ах, к чему сия тревога,
Снеси письмо обратно, ради бога».
112
Тот, возмутившись, дал ответ такой:
«Я вижу нечто новое, о боги.
Что так желанно женщине любой,
То на́ людях, вид напуская строгий,
Они отвергнут; говорю с тобой
Не для того, чтоб в роли недотроги
Ты представала, я и в этот раз
Прошу тебя – и что же мне, отказ?»
113
Улыбкой одарив его беспечной,
Письмо взяла, упрятав на груди:
«Как будет время, я прочту, конечно,
Не обессудь, но большего не жди,
Твою исполнить просьбу безупречно
Я не смогу, причиной же, гляди,
Не прихоть, а бессилие скорее,
Ведь боги видят, что слаба в душе я».
Крисеида с удовольствием читает письмо Троила и, с радостью став благосклонной, решает полюбить его.
114
Отдав письмо, Пандар ушел домой,
А Крисеида, в жгучем нетерпенье
Прочесть его, нашла предлог простой
Покинуть спутников; в уединенье,
В своей светлице, села той порой,
Раскрыла свиток, в радостном волненье
Читала, перечитывала вновь,
Поняв: сильней, чем с виду, в нем любовь.
115
Письмо ей утешенье приносило,
Поскольку в сердце мучилась душа,
Она жила несчастной и грустила,
Хоть с виду весела и хороша.
По слову разбирала, что там было
Написано, хвалу воздать спеша
Амору. «Мне бы время, место, дабы
Унять свой пламень, что уже – не слабый.
116
Коль жарче разгореться дам огню,
То может на моем лице бесцветном
Отобразиться страсть, что я храню
В груди своей, позором несусветным
Тогда себя навеки очерню.
Я не стремлюсь, конечно, к мукам смертным,
Другому не желаю их, когда
Возможно их избегнуть без труда.
117
Конечно же, не буду столь сурова,
Как до сего момента я была,
Коль за ответом брат придет, готова,
Приветлива с ним буду и мила,
Ведь ничего ж не стоит, право слово;
Троил-то не жесток и нет в нем зла,
И попади в объятья я к герою,
К его щеке тотчас прижмусь щекою!»
Пандар возвращается к Крисеиде за ответом, и та после некоторых речей обещает ему сделать то, что сделает.
118
Троилом побуждаемый не раз,
Пандар вернулся к Крисеиде строгой,
С улыбкой молвив: «Дама, чем сейчас
Ответишь на письмо? Давай, растрогай».
Та, покраснев, не поднимая глаз,
Сказала тихо: «Всё во власти бога».
Пандар на это: «Что твой приговор?»
А та ему шутя: «Не больно ль скор?»
119
«Коль от меня нужны тебе услуги,
Исполню тотчас, – обещал Пандар.
– «Не знаю, что мне делать». – «Ты о друге
Заботу прояви, вот лучший дар,
Амор наставник в сладостной науке.
Ты не поверишь, сколь велик мой жар
Спасти Троила от его мытарства;
Ответ твой лучше всякого лекарства».
120
– «Что ж, я тебя порадую теперь,
Пусть только бог управит всё как надо!»
– «Да будет так. Сестрица, мне поверь,
Что им сия заслужена отрада».
Промолвив так, он прямиком за дверь.
Красавица уединиться рада
В укромном уголке, где ни души.
И вот что ею писано в тиши:
Крисеида отвечает Троилу, не раскрывая своей любви, но осторожным намеком позволяя ему догадываться о ней.
121
«Тебе, мой друг могущественный, скромный,
Кто силою Аморовых тенет
Был в плен ко мне затянут вероломно,
Шлет Крисеида честный свой привет,
Препоручая доблести огромной,
Которой славен ты на целый свет,
Желая угодить тебе, но только
Чтоб не страдала честь моя нисколько.
122
Твой друг, который, так тебя любя,
О добром имени моем едва ли
Печется, мне доставил от тебя
Бумагу, что так щедро испещряли
Твои писанья; их прочла, скорбя
Об участи твоей, не без печали,
Будь счастье мне; хоть слезный след на нем,
Я долго размышляла над письмом.
123
И всё в нем взвесив на весах рассудка,
Твои надежды и мольбы ко мне,
Сколь верен ты и как страдаешь жутко,
Я не постигла, как в твоем огне
Принять участье мне, как с лаской чуткой
Твои желанья утолить вполне,
Поскольку мне милей всего на свете
Прожить до
