и откуда здесь взяться шуму. Если на этаже всего две квартиры наша и Леши со Стасей. Соседи сейчас в госпитале. Как и мой муж. Я только успела переодеться, пришла доставка. Четыре пакета, целых четыре пакета. Три с продуктами, четвертый с мелочами, вроде шампуня и мыла, зубных щеток и прочих нужных вещей. Я не устала. Поесть только нужно. Да позвонить в старый свой дом, чтобы оставшиеся вещи привезли. Те что я собрала, остались в Берлоге, так же как и машина.
Набираю номер стационарного телефона дома, в котором я жила после смерти папы. Трубка отзывается мужским басом. Я немного подвисаю, может не туда попала?
— Ярослава не пугайтесь. Это Владимир Александрович. Сейчас Нину дам.
— Здравствуй, Яся. — Звучит голос мамы, как то мягко, непривычно. — Как у вас дела, дочка?
Дочка? На глаза сразу наворачиваются слезы. Мою маму, что, подменили? Раньше в лучшем случае была Ясей. Или просто Ярославой. Всхлипываю.
— Ясь?
— Алеша и Стася в госпитале. Саша с ними. Мам я звоню, чтобы оставшиеся мои и Стасины вещи мне прислали на Сашин адрес.
— Что со Стасей? — Слышу беспокойный голос мамы. Точно подменили. Про Лешу не спрашивает. Но конечно, все правильно. Он по сути ей чужой человек. Ну и что что зять, но она его не знает.
— Пока не знаем. Возможно перенапряжение. В обморок упала. Саша все проконтролирует. Я завтра к ним поеду.
— А можно я тоже поеду?
— Мам, я не знаю, там же госпиталь, пропуск нужен, но я спрошу Сашу.
У меня звонит мобильный, Саша.
— Мам, я тебе позвоню, Саша звонит.
— Хорошо. — Мама вешает трубку.
— Малыш, ты как там? Все нашла, разобралась? — как же приятно слышать ставший таким родным голос.
— Нет, не успела, только заказ приняла. С мамой разговаривала. Она какая то странная.
— Она тебя обидела? — волнуется Саша. И это так приятно.
— Нет, наоборот, дочкой назвала. — опять всхлипываю я.
— Так, сырость не разводить. Давай я завтра освобожусь, и мы к ней съездим. Малыш, ты покушай и ложись. Завтра только привези Стасе поесть, наша еда госпитальная, думаю, ей не понравится. Целую тебя моя хорошая.
*****
— А целуешь, значит? Моя Хорошая? — Слышу за спиной знакомый голос, в котором проскальзывают ноки злости.
— Ульяна, Вы что то хотели? — Решил сразу дистанцироваться.
— О,а мы уже и на Вы перешли? Может поговорим для начала.
— Давай, поговорим. Я женился, как ты заметила. И поддерживать наши, так сказать интимные отношения, я не намерен. Так что извини. Теперь только деловые отношения.
— Саш, что вообще произошло. Прошло чуть больше месяца, а ты уже женат. Два года мы были вместе, но почему то, ты меня замуж не звал. А тут вдруг раз, и женат. А меня по боку.
— Ну начнем с того, что замуж, я тебя бы не позвал. Я прекрасно знал, что ты не только со мной спишь. А ходить рогатым я не хочу. Пока меня это устраивало. Теперь у меня есть Ярослава. И мне ее хватает. И люблю я ее.
— Ах, значит любишь? Ну ну. Я подожду, все равно, ты ко мне вернешься. А ты уверен, что она такая чистая? — Ульяна ушла хлопнув дверью моего кабинета.
Я не стал озвучивать наши интимные подробности. Да и зачем. Я знал, что она досталась мне чистой. Нужно попросить, чтобы поменяли мне медсестру операционную, мало ли что.
Сходил проверил своих " болящих".мирно посапывают. Все хорошо. Мне тоже нужно отдохнуть.
ГЛАВА 16 НЕРВЫ
Утро выдается суматошное. Переводим Лешку из реанимации в палату. Ему выбивю одноместную. Все таки подполковник, с медалями и даже орденом, за последнюю операцию, в которой он крепко пострадал тогда.
Размещаю с комфортом. Он что то спрашивает про Стасю. Вру нещадно. Говорю. что девчонок отправил домой. А как иначе, мне нужно чтобы не переживал. Хорошо что телефон разрядился, пока зарядится проверю как там Стася. На посту мне отдают анализы. Вот так номер, походу братец скоро станет папой. Улыбчевой постовой медсестре говорю связаться с гинекологией. Мало ли что, в сугробе ведь Леха ее нашел, да и последний месяц был не из легких.
Медсестра зовет меня в палату. Стася уже проснулась.
— Привет, проснулась? Как себя чувствуешь? Что болит? — По привычке задаю вопросы.
В ответ получаю. что ничего не болит только есть хочет.
— Яся сейчас завтрак тебе привезет. Стась, а когда у тебя месячные последние были? — Интересуюсь. Она покрывается румянцем. Ей не удобно. Мне тоже. Первый раз так. Я же врач. Но не гинеколог же. К тому же, почти родственник и мужчина.
— Двадцать восьмого декабря.
— Так, значит, Новогодний подарочек— Озвучиваю результат. Она удивленно смотрит на меня. Но явно не понимает.
— Стась, пока ты спала, мы взяли кровь. У тебя повышенный уровень ХГЧ.Сегодня тебя осмотрит гинеколог. Сделает узи. Но чует мое сердце. Ты беременна. И сразу скажу тебе нельзя волноваться. Особенно сейчас в первом триместре. И включая твою боязнь капельниц, тем более.
Она резко садится на кровати свешивает ноги и чуть не падает вперед. Успеваю подхватить и укладываю ее на подушку.
— Леша? — Шепчет.
— Уже все хорошо. Не волнуйся. Я его прооперировал. У него оставался осколок. Давно нужно было его убрать. Но он был маленький, а тут вдруг начал двигаться, задел нерв. От болевого шока он и отключился. Сейчас приходит в себя. К тебе рвется.
Опять пытается встать. Прижимаю ее к подушкам.
— Давай не будем делать глупости. Ему я сказал, что отправил тебя с Ясей отдыхать, и что ты брыкалась. Об обмороке, и что ты тут, не сказал. Переведу его в палату. Все сама расскажешь. Сейчас ты будешь отдыхать. Потом врач и узи. Потом все остальное. А то оба себя загнали. Яська тоже на подходе, совсем выдохлась. Думали отдохнем. — Я жду ее соскучился.
Открывается дверь, входит Яся. Круги под глазами. Уставшая. Я целую ее в висок и забираю пакет из рук.
На тумбочке выкладываю первый контейнер, второй, третий. Маленький термос. Тарелка, ложка, кружка. Пачка салфеток. Стася уплетает блинчики с медом. Наелась откидывается на подушки.
— Саш, я твой пакет к тебе в кабинет занесла. Он почему то открыт был.
В суматохе совсем забыл закрыть. В принципе, и брать то там нечего. Я ж с отпуска.
Все остальное перекочевывает в холодильник.
— Ладно я пошел. Дел по горло. — Обнимаю Ясю. Легко целую в губы.
— Саш, я забыла, Владимир Александрович очень просил с тобой встречи.
Ну вот опять. Ну не готов я, не готов.
— Что ему
