Съезд избрал Центральную Белорусскую раду Виленщины и Гроденщины во главе с учителем виленской гимназии Клавдием Дуж-Душевским (1891–1959). Эта Рада взяла на себя координирующие функции в белорусском национальном движении, так как Рада БНР не собиралась. Она признала польскую армию дружественной, благодаря которой часть Белоруссии была освобождена от большевиков, и приняла решение обратиться к главе Польского государства с просьбой о помощи в организации белорусской национальной армии{25}. Уже через несколько дней, 14 июня, была учреждена Белорусская военная организация (БВО), главной целью деятельности которой являлось создание белорусского войска.
20 июня делегацию Центральной Белорусской рады Виленщины и Гроденщины (И. Луцкевич, К. Дуж-Душевский, П. Алексюк) принял Пилсудский. Одновременно в Париже, на мирной конференции, состоялись переговоры премьер-министров А. Луцкевича и И. Падеревского. Был подготовлен проект договора между Польшей и БНР о союзе двух государств, предусматривавший, помимо прочего, создание белорусской армии. Однако польские правительственные круги отвергли этот проект, в значительной мере вследствие позиии правительства Франции. Франция поддерживала «белую» Россию, а деятели белого движения упорно отстаивали тезис о сохранении Российского государства в границах 1914 года.
Во время наступления польских войск на территории Беларуси летом 1919 года в тылу Красной Армии действовали антисоветские партизанские отряды, некоторые из них возглавляли белорусские офицеры: капитан Лука Семенюк, капитан Бондар-Нарушевич, полковник А. Янсон и другие лица. Белорусская военная организация (БВО), координируя свою деятельность с польским командованием, стремилась руководить боевыми действиями партизан. Правда, среди ее членов было немало людей в российских офицерских мундирах, говоривших только по-русски и обращавшихся друг к другу: «господин полковник», «господин капитан» и т. д. Но, поскольку БВО возглавил Павел Алексюк, деятель польской ориентации, эта организация была официально признана{26}.
В самой ЦБР Виленщины и Гроденщины по-прежнему шла борьба между пропольской и пролитовской группами. На почве идейных разногласий Дуж-Душевский в июле 1919 года подал в отставку, его заменил Бронислав Тарашкевич, ориентировавшийся на Польшу.
Сразу же после смены руководства ЦБР к Пилсудскому направилась делегация Рады (Б. Тарашкевич, П. Алексюк, М. Каханович, М. Кушнев). Делегация представила Пилсудскому проект декларации о формировании белорусской национальной армии. Этот документ предусматривал создание Белорусской Войсковой комиссии (БВК) при главном командовании Войска Польского. Командующего белорусской армией и ее офицеров должны были назначать высшие руководители Войска Польского, тогда как готовить список кандидатур — БВК. Декларация предусматривала собственную униформу белорусских войск и уставы. Белорусская армия должна была воевать только на территории Белоруссии. Пилсудский пообещал делегации оказать помощь в решении вопроса.
Наконец, 2 августа 1919 года, не ожидая официального согласия польских властей, ЦБР Виленщины и Гроденщины сама назначила членов Белорусской Войсковой комиссии. В нее вошли Павел Алексюк (председатель), Ян Станкевич, Александр Головинский, штабс-капитан Франтишек Кушель, Бондар-Нарушевич и кандидат в члены Лев Зубец{27}.
Предполагалось создать белорусскую пехотную дивизию: 4 пехотных полка, артиллерийский полк, эскадрон кавалерии и саперную роту, всего до 20 тысяч человек.[21]
Между тем на польско-советском фронте произошли изменения. В результате августовского наступления поляков, войска Красной Армии отступили к Полоцку, Лепелю, на Березину. Центр белорусской политической жизни переместился в Минск, значение Вильни уменьшилось. В этой связи изменился и персональный состав войсковой комиссии.
22 октября 1919 года Пилсудский своим декретом утвердил членов БВК. Председателем ее стал П. Алексюк, в комиссию вошли полковники Гассан Конопацкий (командующий белорусским войском) и Давид Якубовский, штабс-капитаны Франтишек Кушель и Андрей Якубецкий, а также Симон Рак-Михайловский, Юстин Мурашко, Антон Овсяник и Александр Прушинский (поэт Алесь Гарун) — заместитель Алексюка в случае его отсутствия.[22] БВК разделилась на подкомиссии: вербовочно-агитационную (руководитель П. Алексюк), квалифиционную[23] (А. Якубецкий), по выработке уставов (А. Прушинский), культурно-просветительской работы (С. Рак-Михайловский).
Пилсудский официально разрешил создание белорусских национальных частей из числа добровольцев, но не дивизий, и даже не полков, а только двух батальонов. Местом их формирования был указан Слоним (позже Барановичи), а БВК должна была находиться в Минске. Белорусское командование подчинялось главному командованию польской армии. Сформированные части предписывалось направить на польско-советский фронт в пределах Белоруссии.
Комиссия начала свою деятельность с того, что провела регистрацию добровольцев, прежде всего офицеров, унтер-офицеров и солдат, а также врачей и бывших чиновников тыловых служб российской армии. Чтобы не допустить в войско ненадежные элементы, БВК собирала подробные сведения о каждом кандидате. Всего БВК зарегистрировала 485 офицеров и военных чиновников белорусского происхождения.
В марте 1920 года она открыла в Варшаве 9-месячные курсы при офицерской школе подхорунжих и 3-месячные курсы в Оструве Мазовецком для подготовки подофицеров, всего на 100–120 белорусских курсантов. По предложению полковника Конопацкого, кандидаты в курсанты проходили предварительную подготовку, в ходе которой они изучали не только основы военного дела, но и белорусский язык (в том числе белорусскую военную терминологию), а также курс белорусоведения. Тем временем БВК переводила на белорусский язык польские военные уставы{28}.
Однако 17 апреля 1920 года полковник Конопацкий подал в отставку под предлогом плохого состояния здоровья. На самом деле причиной отставки стали его разногласия с руководством БВК. Пилсудский подписал прошение об отставке 22 мая. Вместе с ним ушел в отставку и начальник штаба белорусских формирований полковник Бородич. Вместо Бородича начальником штаба польское командование назначило офицера из легионов, майора Ю. Тунгуз-Зависляка. Он же исполнял обязанности командира белорусских отрядов.
Еще более серьезным препятствием деятельности БВК, чем внутренние трения, являлись разногласия белорусских политических деятелей с польскими властями на местах, подозрительно относившихся к самой идее создания белорусской армии. В связи с неопределенной политикой центральной власти в Польше по белорусскому вопросу польская администрация, как могла, мешала работе БВК — не предоставляла помещений для вербовочно-агитационных пунктов, даже арестовывала некоторых белорусских деятелей. Военное командование не выдавало оружия и обмундирования, не отпускало из плена красных командиров-белорусов, ранее служивших в царской армии.
Все эти трудности и проблемы способствовали распространению антипольских настроений в белорусском национальном движении, особенно среди членов партии социалистов-революциониров (эсэров). Дело кончилось тем, что руководство этой партии решило начать партизанскую борьбу против польской оккупации, для чего заключило союз с большевиками. Впрочем, большевики обманули белорусских эсэров. Они использовали их в борьбе против Польши, а после своего возвращения в Белоруссию запретили деятельность партии социалистов-революционеров, арестовали ее лидеров и всех активистов на территории БССР.
В закрытом документе 2-го (разведывательного) отдела генштаба Войска Польского «Краткий очерк белорусского вопроса» (1928 год) было дано описание проникновения белорусских эсэров в БВК. По мнению его составителей, эсэрам удалось провести в БВК своих людей — А. Якубецкого, Ф. Кушеля, С. Рак-Михайловского, А. Овсяника, А. Прушинского и даже «коммуниста А. Здановича». Более того, штаб Западного фронта прислал на подмогу им резидента — полковника Шолкова. Далее утверждалось, что в результате происков эсэровских агентов в белорусские части не брали офицеров, ранее служивших у белогвардейцев (в войсках Корнилова, Юденича, Колчака, Деникина). Зато охотно записывали бывших бойцов и командиров Красной Армии{29}.
Однако современный белорусский историк из Белостока Олег Латышонок доказал, что офицеры польской контрразведки намеренно преувеличили эсэровскую опасность. Их обвинения в адрес С. Рак-Михайловского, А. Прушинского и Ф. Кушеля были необоснованными. Что же касается полковника Шолкова, якобы резидента «красных», то именно правительство БНР во главе с Антоном Луцкевичем добилось освобождения Шолкова из тюрьмы в Чехословакии, куда его отправили белые российские генералы за «белорусский шовинизм». Одним словом, офицеры польского генштаба стремились скомпрометировать саму идею создания белорусских воинских частей.
