— Правда? — Заинтересовался я. — А можно поподробнее?
— Британская Империя сильно бы потеряла в территориях, должны были произойти сильные внутренние изменения чтобы её граждане не потеряли слишком многое в виду того, что отныне их государство не может кормиться за счёт колоний. Это должно было подтолкнуть Альбион к созданию надёжных торговых связей с этими самими колониями. Никакой войны с американцами, а в случае с Индией британцы первыми бы бросились наводить там порядок. Ну и помогли бы Китаю в их вечных тёрках с Японией, которая, как и сейчас, была бы вынуждена пойти в объятья России из-за внутренних проблем. Австралия… Она осталась бы головной болью, но тут бриты могли бы надеяться на помощь других империй — никому не сдалось огромное государство террористов. Как итог: относительный порядок в Азии, в Северной Америке американцы успешно сражаются с индейцами, а Англия более не претендует на мировое господство. Остаются ещё османы и германцы с их интересами, но им в свою очередь пришлось бы иметь дело с большой коалицией во главе с Англией, а также союзом России и Японии к которому скорее всего прибились бы Франция и Испания. Они уже просятся к нам в друзья даже сейчас. Сохранился бы статус-кво благодаря тому, что в мире стало бы три или даже четыре полюса политической силы, гаранты безопасности и спокойствия.
Вот слушаю его и прихожу к пониманию, что видимо бывший британский император был той фигурой, чья смерть направила мир к апокалипсису. Или же погиб кто-то рядом с ним, кто мог бы помочь предотвратить его смерть. Получается, что я должен благодарить за своё появление в этом мире нового британского императора, которого в своё время обвиняли в неожиданной смерти предыдущего и устранения всех конкурентов на престол.
— Послушаешь вас и на душе как-то становиться нехорошо, — пробурчал Кирилл. — Получается, что нам не избежать участия в грядущих войнах?
— Как минимум нам придётся неофициально помогать одной из сторон в будущих конфликтах, — кивнул Миша. — Что-то наподобие того, как мы сейчас помогаем американским колониям. Но и самим придётся повоевать, это точно. Но у нас положение лучше всего: союз с Японией подарил сильного союзника, ещё и Франция с Испанией желают заручиться нашей поддержкой лишь бы не оказаться один на один со Священной Римской Империей. И тут нужно благодарить Александра, который помог с Японией, послал своих людей в Африку, ну и во Франции повысил репутацию нашей страны.
— Да-да, хвалите меня! — Улыбнулся я.
Так, за разговорами и распитием пива мы провели следующие часы. Я морально отдохнул, да и ребята тоже. Позже, когда мы добрались до места встречи с бойцами и те начали прибывать к назначенному времени, я увидел, что и они повеселились. Все были довольны и счастливы.
Однако к тому моменту, когда мы должны были возвращаться в часть, отсутствовало семеро бойцов. Вот что за херня? Предупреждал же их!
— Ну и где они? — Откровенно нервничал я. — Уверен, что нас уже потеряли в части, так что без нагоняя от майора уже не обойдётся. Но эти семеро нарывается на неприятности лично от меня.
— Старший лейтенант, смотрите! — Сказал один из бойцов.
К нам бежала группа моих бойцов. Наконец-то! Только… Подождите, почему их пятеро, а не семеро? Впрочем, через пару секунд я получил ответ на этот вопрос.
— Господин старший лейтенант! — Обратились ко мне прибежавшие бойцы. — Там Волокушева и Городенко поймал патруль!
— Ёб вашу бабушку! — Выругался я. — Вы знаете где они сейчас?
— Да!
— Бойцы! Готовимся к боевым действиям! Гусары своих не бросают…
Глава 17.1
— Ну и как вы мне объясните вот это всё, старший лейтенант? — Поинтересовался у меня майор Самойленко, что встретил нас у КПП на входе в часть.
— Понимаете, господин майор… Сам не понимаю, как так получилось, — малость смущённо произнёс я. В это время у меня за спиной стояло несколько автомобилей с сидящими внутри них моими бойцами и товарищами.
И я не врал. Мне самому хотелось понять в какой момент спасение двух моих бойцов из лап военного патруля перешло в отжимании у городского гарнизона нескольких машин и нашей поездки на них до расположения части. А за нами ведь была погоня пока я и ещё один боец не побили заклинаниями шины преследующих нас машин. Уверен, что в гарнизоне нас теперь не просто ненавидят, а со свету сжить хотят. Это же такой позор — пару сотен солдат и офицеров с лёгкостью одолели пятьдесят рекрутов во главе со старшим лейтенантом, который к тому же является практикантом и в армии провёл всего месяц. Самый настоящий позор. Утешением им могло служить только то, что мы вроде как кандидаты в гусары, а они самая обычная пехтура.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне звонил полковник Хорошенко, — сообщил майор. — Орал так, что у меня в кабинете стёкла вибрировали. Он в красках расписал описал как вы атаковали расположение гарнизона в городе и в рукопашную, с минимальным применением магии, уделали всех, кто встал на пути к задержанным рекрутам. Потом вы просто взяли служебные автомобили и на них поехали сюда. За вами отправили погоню, но вы умудрились избавиться от них повредив их машины. Ах да! В самом начале дня вы поймали один патруль и связанными спрятали их в каком-то переулке. Я ничего не упустил?
— Не считая отдельных деталей вы рассказали основную суть произошедшего, — отведя взгляд согласился я.
Мне казалось, что майор вот-вот перестанет сдерживаться и меня ждёт шквал криков вперемешку с обвинениями во всех грехах. И я даже был морально готов к подобному. Но нет, вместо этого майор продолжил общаться спокойным тоном.
— Значит, практически весь гарнизон в рукопашную уложили? — Уточнил Самойленко.
— Так точно. Пришлось совсем чуть-чуть воспользоваться магией. Всё же их было больше, а ещё они не боялись использовать магию и дубинки против нас.
— Поздравляю, старший лейтенант. Вы и ваша рота войдёте в историю полка. Никогда ещё столь грандиозно наши рекруты не проходили испытание по соответствию гусарскому духу.
— Чиволь? — Я был настолько удивлён, что даже забыл про обязанность уважительно общаться со старшим по званию. Также удивление вызвало то, что настроение майора стало куда более доброжелательным, это было видно по выражению его лица.
— Местный гарнизон постоянно страдает от выходок наших солдат и рекрутов, — усмехнулся Самойленко. — Прошлый набор рекрутов в качестве испытания ночью проникли в расположение гарнизона и на одной из стен нарисовали крайне похабное изображение. И оно не стиралось ничем! Бойцы всерьёз потратились на какую-то особую краску, сделанную германцами. Пришлось гарнизону перекрасить всё здание. А затем сделать это ещё трижды — рисунок трижды проступал через наложенный поверх слой краски.
Сказать, что я был в шоке, значит ничего не сказать. Но это же типа хорошо, да? Вроде бы орать на меня точно не собираются.
— Так значит мы вроде как даже молодцы? — На всякий случай спросил я.
— Конечно! Вы не оставили своих товарищей в беде и показали собственную удаль. Самое главное испытание вы прошли, так что если твои ребята не сдуются в следующие пять месяцев, то у нас будет самый большой набор рекрутов за всё время.
— А разве городской гарнизон не захочет, чтобы вы отдали нас им на растерзание?
— О, ещё как захочет. Но кто же им позволит? Да и послезавтра мы отправляемся в Прибалтику, а потом генерал-майор уладит этот вопрос. Так что расслабься, старший лейтенант.
Я всё ещё не до конца верил в происходящее. Просто нам должны были вставить за тот патруль, который мы повязали в самом начале. А за нападение на гарнизон нас должны были отправить в Сибирь красить снег в белый цвет. Гусарский полк, что тут ещё скажешь.
— Но машины придётся вернуть, — сказал майор. — Лучше это сделать завтра с утра пораньше.
— Будет сделано!
— Тогда сейчас откроют ворота и заезжайте внутрь, герои…
Глава 17.2
— Целый гарнизон, как котят, — лишь кивал головой Долгорукий. — Немудрено, что гусары вместо того, чтобы замять инцидент, скорей хвастаются им.
