вперед, выводя из полубессознательного состояния.
Прошлой ночью я совсем не спал. Джесси, Дженсен и я ушли из бара вскоре после того, как начался настоящий ад, а девочка-коала и её сообщница совершили побег. Ребятам достаточно было одного взгляда на меня, чтобы понять, что что-то было не так. Я ценю их, и хотя в глубине души я всегда знал, что они отличные ребята, прошлой ночью они действительно помогли мне.
Мы вернулись в отель и направились прямиком в номер Зака, саботируя его звонок с Эми по фейстайму, из-за чего я отчасти почувствовал себя неловко, отчасти нет. Решение Зака было простым. Позвонить ей и предупредить, а также позвонить своему агенту и попытайтесь остановить распространение фотографий. Я уже связался со своим агентом в тот момент, когда эти девушки вышли из бара с отснятым материалом. Как я уже сказал, это не первое моё родео, но я знал, что мне нужно связаться с Фелисити на случай, если что-нибудь проскользнет через сеть.
Но к тому времени, как я вернулся в свою комнату, я начал прокручивать в голове всё, начиная с того, что она скажет, и заканчивая тем, как она отреагирует. Хотя у неё есть социальные сети, она уже упоминала мне раньше, что не является их активным пользователем, и она до сих пор не подписалась на меня, так что, возможно, она ничего не увидит, пока я не доберусь до неё и не объясню всё с глазу на глаз. Я хочу, чтобы она посмотрела мне в глаза и увидела мою правду о том, что произошло на самом деле; это мой лучший шанс заставить её понять.
И вот я здесь, в беспорядке, без сна и в отчаянии. От меня не ускользнуло, насколько я влюблен в эту женщину, которую едва знаю. Но это так, и я не могу перестать думать о ней. Я не мог остановиться с того момента на стадионе, с того легкого визга, с её опьяняющего кокосового запаха, с прикосновения её нежной кожи к моей. То, как она вздрогнула, почувствовав моё прикосновение в тот день в спортзале. Тот факт, что я знаю, что она тоже это почувствовала, связь, обжигающую сексуальную энергию между нами. И я испортил всё это ещё до того, как всё началось.
— Просто позвони ей, — повторяет Зак в десятый раз за последние несколько часов. Он протягивает мне мою ручную кладь из верхнего шкафчика, и мы направляемся к выходу. — Она уже писала тебе сегодня утром, так что даже если она не видела фотографий, она подумает, что что-то не так, если ты не ответишь.
— Хорошо, и что я скажу? Прости, прошлой ночью я ласкал другую женщину, но мне это не понравилось. Я ничего так не хотел, как быть с тобой, хотя все фотографии говорят об обратном. Всё не так, кажется? Потому что эта фраза всегда работает.
Как бы я на это ни смотрел, я чувствую себя в полной заднице. Мне хочется выбить из кого-нибудь всё дерьмо, но вместо этого я взволнованно провожу рукой по волосам, сильно дергая их у корней, надеясь, что боль хоть немного снимет моё отчаяние.
Зак останавливается на полпути к трапу, поворачивается ко мне и поднимает палец.
— Послушай, насколько я понимаю, у тебя есть два варианта. Первый — забыть о ней. Забудь, что ты вообще положил глаз на девушку, и двигайся дальше. Спиши всё на невезение и неподходящий момент, — он поднимает ещё один палец. — Второй. Поезжай к ней, позвони ей, напиши сообщение, расскажи, что произошло, и расставь все точки над ‘I’
Я прикусываю нижнюю губу и опускаю голову.
— Или третий, — из-за плеча Зака выглядывает голова Дженсена. — Придерживайся своего первоначального плана и покажи ей, как много она для тебя значит. Девушки любят это дерьмо, цветы, шоколад и всё такое. Покажи ей, что прошлая ночь ничего не значила, и СМИ всё преувеличили.
Зак пожимает плечами, но кивает головой.
— Он ужасно выразился, но да, купи ей ‘шоколад и прочее дерьмо’, - говорит он, передразнивая Дженсена, чей чемодан внезапно врезается в Зака.
— Ой! Блядь, чувак!
Они могут быть занозой в заднице, но они мои ребята, и они правы. Мне нужно выполнить свой план, пойти к ней и молиться о гребаном чуде, чтобы она поняла. Потому что забыть Фелисити — это не вариант.
ФЕЛИСИТИ
Я чувствую себя хуже, чем вчера утром, если это вообще возможно. Просто на этот раз у меня нет похмелья.
Мной овладело тяжелое чувство разочарования. Тот факт, что моя дружба или что там, чёрт возьми, это было с Джоном, закончилась, даже не успев начаться, выбивает меня из колеи, и я не могу солгать и сказать, что это не так. Тот вечер в коктейль-баре, взгляды, которые мы бросали друг на друга во время игр, когда он сидел на скамейке запасных, когда он забивал голы, когда он смотрел на меня через джамботрон. Это было нечто гораздо большее, чем то, что есть сейчас. Я практически исключила его существование в своей жизни, он же разделил со мной интимный момент в своём спортзале, а затем фактически трахнул другую девушку на публике.
Но меня бесит не то, что он переспал с другой женщиной, поскольку он никогда не был моим, чтобы на него претендовать. Меня мучает тот факт, что он никогда не был моим. Почему меня волнует, что он делает? С кем он встречается? С кем он делит постель каждую ночь? Я никогда не хотела отношений с ним. И неужели я действительно была настолько глупа, чтобы думать, что он когда-либо хотел чего-то большего, чем случайный секс со мной?
Я обжигаю рот чашкой чай-латте, слишком поглощенная своими бессмысленными мыслями, чтобы заметить пар. Ещё нет и девяти утра, а я уже могу сказать, как сложится этот день. Скорее всего, всё закончится тем, что я буду валяться на диване в компании Бена и Джерри2, ругаясь на романтические фильмы.
— Доброе утро, Марго, — говорю я, слегка приподнимая чашку, когда выхожу из дверей лифта в приемную. — Были какие-нибудь сообщения для Марка в выходные?
Она качает головой, но продолжает смотреть на меня так, что мне становится немного не по себе.
— Нет, для Марка ничего нет, но есть для тебя.
А? Ладно, что ж, быть занятой сегодня, наверное, не так уж и плохо.
— Хорошо, просто отправь это на мою электронную почту, и я разберусь
