Остановившись, До Юн посмотрел на телефон, который лежал на столе. Позвонить среднему брату? Сестре? А смысл? Они будут всё отрицать. Заверять, что всё в порядке. И радостно вонзят клинок в спину на собрании акционеров.
Мужчина втянул воздух и переплёл пальцы, хрустнув суставами. Общаться с потенциальными предателями, смысла не было. Даже если они на самом деле ни о чём таком не помышляют, принять их слова на веру он всё равно не сможет. Ну а в случае, если всё сказанное Ён Ченом правда, лишь оповестит противника о своей информированности.
С другой стороны — зачем Ён Чену лгать? Он предупредил его по собственной инициативе. Да, заранее попросил об оплате услуги — захотел себе производство удобрений, которое сейчас контролировал Йонг Рэ. Но любой, на его месте, поступил бы точно так же. Каждый человек, живущий посреди пустыни, мечтает оказаться на берегу океана.
К тому же младший брат ещё и предоставил ему контакт в Кханг Групп. Сказал, что договорился о переговорах по поводу возможного партнёрства двух чеболей. Мол, это могло бы стать неплохим козырём в переговорах с потенциальными сторонниками. Да и для старта в качестве председателя семейной компании, тоже подойдёт идеально. Пошатнувшуюся репутацию надо будет как-то выправлять и контракты с относительно крупной компанией окажутся кстати.
Весьма щедро, если подумать. Конечно, на позиции главы рекламного агентства, Ён Чен всё равно не мог использовать подобный контакт на полную. Тем не менее, какой-то способ конвертировать его в цифры на банковском счёте, нашёл бы.
До Юн тяжело опустился в роскошное кожаное кресло. Задумался, рассматривая свой мобильный телефон. А через несколько секунду в дверь осторожно постучались и та распахнулась, пропуская внутрь секретаря.
— Наблюдение за вашим братом и сестрой установлено. Подобрали проверенных партнёров, которые не станут трепать языками. Сформированная команда прямо сейчас составляе профили членов совета директоров и подбирает варианты воздействия. Через несколько часов будут готовы первые предложения.
Чуть помолчав, личный помощник осторожно добавил.
— Возможно стоит связаться с вашей матерью? У неё куда больше влияния на совет.
Глава Чен Финанс отрицательно покачал головой.
— Они уже списали её со счетов. Будь на её месте кто помоложе, ситуация была бы иной. Но мать… Если её упекут за решётку, в своё кресло она уже не вернётся. Хорошо, если выйдет на своих ногах и в здравом рассудке.
Секретарь молча склонил голову, а его шеф после недолго размышления, всё же потянулся к телефонному аппарату. Разблокировав его, бросил взгляд на подчинённого.
— Сейчас я отправлю тебе контакт секретаря председателя Кханг Групп. Свяжись с ним и попроси соединить, а потом переключи на меня.
Дождавшись от работника подтверждения услышанного приказа, мужчина продолжил.
— Потом сосредоточь все свои усилия на совете директоров. Мне нужно перенести собрание акционеров. Изменить его дату. Любой ценой! Рассматриваются абсолютно все предложения!
Повысив голос на последних словах, клацнул по экрану телефона и махнул рукой.
— Всё, иди. О любых изменениях, связанных с матерью и подозрительных контактах Йонг Рэ или Чо Ын, докладывай немедленно.
* * *
Йонг Рэ мелкими глотками пил горячий кофе и задумчиво смотрел на офис, который был отлично виден через стеклянную перегородку. За последние годы он сделал многое, чтобы превратить предприятие в максимально современный бизнес. Естественно, не затрагивая такие фундаментальные для своих работников вещи, как совместные попойки после рабочего дня и уже тем более не касаясь чинопочитания, но активно изменяя всё остальное.
Занять должность председателя он никогда не рассчитывал. Да собственно и не планировал. Ему нравилась текущая позиция. Устраивало распределение прибыли, позволяющее наращивать производственные мощности. Через год на счетах компании должна была оказаться достаточная сумма, чтобы сделать ещё один рывок и запустить новую линейку удобрений. Что должно было увеличить прибыль, как минимум, на пятьдесят процентов. И заметно ускорить темпы развития.
Средний сын председателя сознательно старался держаться подальше от возни вокруг кресла главы Чен Групп, стараясь избежать потенциального ущерба для бизнеса. До недавнего момента, это было несложно. Достаточно было выказывать лояльность правящей фракции в лице Дак Хо с матерью. Но теперь всё изменилось…
Звонок Ён Чена был неожиданным. Не сказать, что они враждовали, но с другой стороны и хороших отношений между ними никогда не было. В основном всё ограничивалось рабочими контактами по поводу рекламных кампаний. Да и то, довольно редкими — подобными задачами занимались наёмные менеджеры.
Впрочем, если верить словам главы Чен Маркетинг, основания для подобного звонка и последующей беседы, имелись. Более того — были крайне вескими.
Против того, что второй по старшинству брат станет председателем Чен Групп, Йонг Рэ ничего не имел. Раз из игры выбыл Дак Хо, а следом за ним, на скамейку запасных вот-вот отправится их мать, кандидатура До Юна оказывалась классическим вариантом.
В целом, не было у него и серьёзных претензий к предположению Ён Чена о причастности брата к атаке на мать. Якобы он приложил руку к появлению публикаций о её связи с аферой Дак Хо в корейской прессе и развил бурную шумиху, почерпнув идею у итальянцев — те упомянули Джи Хё в пресс-релизе, который опубликовали незадолго до того, как началась кампания в корейских медиа. Этот факт люди Йонг Рэ уже проверили.
Он был готов закрыть на всё это глаза. Внутрисемейные конфликты во время битвы за престол чеболя — не редкость. Да и грязные методы игры совсем не новость. Сейчас хотя бы откровенного криминала стало меньше. Чаще старались действовать через медиа или пользовались аппаратными связями.
Но, помимо этого, Ён Чен упомянул ещё один момент. До Юн не просто желал занять место первого среди равных. Он собирался изменить саму структуру корпорации. Во-первых, перевести в свою личную собственность тридцать шесть процентов акций, которыми сейчас распоряжался совет директоров — те двенадцать, что раньше были у отца, плюс идентичный по объёму пакет дяди и такое же количество акций, находящихся во владении самой компании. А во-вторых, обеспечить выпуск дополнительного пакета. Увеличив уровень своего контроля и размыв доли остальных. Не так критично, чтобы говорить о единоличном управлении компанией, но очень близко к этому. По словам младшего брата, суммарно речь шла, как минимум, о пакете в сорок пять процентов акций. Который, после реализации всей многоходовки, окажется в руках До Юна.
Конечно, всё это произойдёт не одномоментно. Но если глава Чен Финанс расположится в кресле председателя, помешать ему будет сложно. А последствия обладания таким пакетом, были очевидны. Он станет королём, которого не свергнуть. Потому что для этого понадобится единогласная поддержка иных членов семьи, что попросту невозможно. К тому же, чем больше золота в твоей сокровищнице, тем сильнее желание получить ещё — если председатель вынудит кого-то продать ему акции или провернёт повторную операцию с эмиссией, то получит абсолютный контроль. А его наследник окажется единственным реальным кандидатом на место председателя.
Когда-то так и было — дед Йонг Рэ был тем, кто распоряжался всеми делами Чен Групп и являлся владельцем девяноста пяти процентов акций. Оставив завещание, которое распределяло ценные бумаги между двумя сыновьями и их будущими детьми. А потом появился и Кодекс Чен Групп, при помощи которого компанию попытались превратить в эффективно работающую структуру.
Сейчас всё могло вернуться к старой схеме. И тогда Йонг Рё превратится из собственника бизнеса по производству удобрений, в бесправного наёмного рабочего. Потому как, даже по Кодексу, собрание акционеров обладало правом забрать подразделение корпорации у одного из членов семьи и передать его другому. С условием, что решение поддержат собственники шестидесяти процентов акций. Так что использовать этот инструмент в повседневной борьбе было затруднительно. Но если брат обеспечит себе контроль над долей в сорок процентов, то легко сможет продавить подобную инициативу. Лишив подразделения компании даже намёка на реальную автономию.
