Примечания
Документальных данных о постановке трагедии нет, но сохранилось сообщение, что афиняне избрали Софокла стратегом на 441 г. для ведения войны против Самоса, воодушевленные его «Антигоной». Выборы стратегов происходили летом, и, следовательно, «Антигону» надо датировать мартом — апрелем 442 г., когда справляли Великие Дионисии, если даже в этом свидетельстве простая последовательность во времени истолкована как причина и следствие.
История Антигоны примыкает непосредственно к мифу о братоубийственной вражде Этеокла и Полиника, излагаемому в античных источниках более или менее единообразно. Однако дочерям Эдипа до Софокла не уделялось почти никакого внимания. В финале эсхиловской трагедии «Семеро против Фив» выводятся Антигона и Исмена, по-разному реагирующие на приказ городских властей оставить без погребения тело Полиника: в то время как Исмена проявляет послушание, Антигона отказывается повиноваться приказу и вместе с половиной хора уходит хоронить брата. Подлинность этого финала была давно под подозрением у ученых и до сих пор считается сомнительной по целому ряду достаточно веских причин (см.: Ярхо В. Н. Трагедия Ссфокла «Антигона». М., 1986. С. 29—32). Поэтому вернее будет считать, что именно Софокл впервые сделал Антигону главной участницей событий, происшедших после гибели братьев.
Вместе с этим известно и другое. После гибели семи нападавших вождей фиванцы отказались выдать родным их трупы. Тогда организатор всего похода, аргосский царь Адраст обратился за помощью в Афины, и Фесей сумел убедить фиванцев не нарушать божественных и человеческих установлений в отношении умерших. Тела семи вождей были выданы афинянам и погребены в древнем религиозном центре Аттики Элевсине. Так излагалась эта история и в недошедшей трагедии Эсхила «Элевсинцы», и в двух случаях у Пиндара, с той лишь разницей, что Пиндар как патриот своих родных Фив отвергал постороннее вмешательство: семь костров для семи умерших были воздвигнуты в самих Фивах. Важно, что в обеих версиях не делается никакого исключения для Полиника, и эта традиция сохраняется в «Просительницах» Еврипида, поставленных через 20 лет после «Антигоны».
Наряду с этим сохранилось свидетельство Павсания, позволяющее предположить наличие фиванского варианта, в котором особо выделялась роль Антигоны. Согласно этому варианту, труп Полиника оставлен без погребения, но Антигоне удается, прилагая все свои силы, дотащить его до места сожжения тела Этеокла и положить на еще горящий костер. Никаких санкций по адресу Антигоны, согласно Павсанию, не последовало, поскольку победителей не заходила в Греции так далеко, чтобы не позволить родным отдать последний долг покойнику. Следовательно и здесь Софокл был первым, кто вывел Антигону ослушницей царского приказа: запрет хоронить павших полководцев он сосредоточил в своей трагедии на одном Полинике; а исполнение Антигоной ее родственного долга изобразил как нарушение указа, изданного новым царем — Креонтом. Роли между тремя актерами могли распределяться следующим образом: протагонист — Антигона, Тиресий, Эвридика; девтерагонист — Исмена, Страж, Гемон, Вестник, Домочадец Креонта, тритагонист — Креонт. После Софокла трагедии, названные именем Антигоны, написали в Греции Еврипид и трагик IV в. до н. э. Астидамант-младший, а в Риме — Акций, несомненно использовавший софокловский прототип.
(В. Н. Ярхо)
Софокл
Антигона
Трагедия
(пер. Дмитрия Мережковского)
Действующие лица
Антигона, Исмена — дочери царя Эдипа.
Креонт — новый правитель Фив.
Эвридика — жена Креонта.
Гемон — сын Креонта и жених Антигоны.
Страж.
Вестник.
Слуга.
Хор старейшин фиванских.
Тиресий — прорицатель.
Пролог
Антигона Дай голову твою обнять, Исмена!Сестра моя, скажи, какой бедеИз многих бед — отца и нас, невинныхЕго детей, оставшихся в живых,Не обрекал Зевес? И есть ли в миреХоть что-нибудь неправедное, злоеИ горькое, неведомое нам?Ты слышала ль, сестра, о том, что нынеВсем гражданам правитель повелел?Иль, может быть, не знаешь ты, Исмена,Что ждет друзей твоих судьба врагов?
Исмена Еще ко мне, сестра, не доходилаНи горькая, ни сладостная весть,С тех пор как брат убил в сраженье брата,С тех пор как мы лишились в тот же деньОбоих. В ночь ушли войска аргосцев;Не слышала я больше ничего —Ни радости достойного, ни горя.
Антигона Я позвала тебя за двери дома,Чтоб говорить наедине с тобой.
Исмена Какой полна ты думой сокровенной?
Антигона Не повелел ли царь из наших братьевЕдиного земле предать, лишивВсех почестей другого? ЭтеоклСвященного обряда удостоен,В подземный мир сошел и родным теням.А между тем останки ПолиникаКреонт велел не предавать землеИ, не почтив обрядом, не оплакав,Не приютив в могиле, бедный трупПокинуть хищным птицам на съеденье.Так приказал наш добрый царь тебе —И мне, увы! Провозгласить веленьеОн к нам идет. Что б ни было, законИсполнится, и будет непослушныйНа площади побит камнями. ЗнаешьТеперь ты все и показать должна,Достойной ли от предков благородных,Бесчестной ли от честных родилась.
Исмена Но если царь велел, сестра, подумай, —Смирюсь иль нет — что сделать я могу?
Антигона Захочешь ли помочь мне в трудном деле?
Исмена Свой замысел открой мне.
Антигона Тело братаПохоронить.
Исмена Закон царя нарушитьПосмеешь?
Антигона Да. И если ты боишься,Одна исполню я обряд над милым.Изменницей не назовут меня.
Исмена Безумная! Наперекор царю?
Антигона Царь не заставит не любить меня,Кого люблю!
Исмена Сестра, ты позабыла,Как наш отец, узнав, что он — злодей,Отверженный и ненавистный людям,Исторгнув очи сам себе, погиб;Как мать — она была ему женоюИ матерью — на петле роковойПовесилась; как оба брата палиНесчастные, друг друга умертвивВ единый миг на том же поле битвы.Теперь, когда остались мы одни,Без помощи, — подумай, Антигона,Какая ждет нас гибель, если, властьЦаря презрев, закон его нарушим.Мы женщины, не нам вести борьбуНеравную с мужами: наша доля —Пред сильными покорствуя, молчать.У мертвеца я вымолю прощеньеНевольного греха и покорюсьВелению владыки: неразумноЖелать того, что выше сил моих.
Антигона Я ни о чем просить тебя не буду,И не приму я помощи твоей.Что хочешь делай, — я же тело братаПохороню, и будет смерть мояЖеланною. Презрев закон людской,Исполню долг и лягу рядом с ним,В одном гробу, любимая с любимымЯ не живым, а мертвым угодитьХочу затем, что с ними буду вечноЛежать в земле. А ты живи, презревВсе, что святым считают боги.
Исмена СвятоЯ сердцем чту богов, но силы нетПротивиться велению законов.
Антигона Ищи себе предлога… Я идуМогильный холм воздвигнуть Полинику.
Исмена О милая, мне страшно за тебя!
Антигона Себя спасай, а за меня не бойся.
Исмена Не говори про замысел ни с кем…Не правда ли, хранить мы будем тайну?
Антигона О нет, ступай к врагам, открой им все!Безмолвствуя, ты будешь ненавистней.
Исмена Каким огнем полна твоя душа!
Антигона Усопшему любовь моя отрадна.
Исмена Ты все равно не можешь…
Антигона Пусть, — когдаНе хватит сил, я отрекусь от цели.ИсменаНе лучше ли к тому, что выше сил,Не приступать?
Антигона Молчи, молчи, Исмена,Не то врагом ты будешь мне навекИ ненавистною родным тенямСойдешь в могилу. Дай исполнить мнеМой замысел безумный и погибнуть, —Прекрасной будет смерть моя!
(Уходит.)Исмена ИдиИ знай, что ты уходишь неразумной,Но любящей и верной до конца.
(Уходит.)Парод
