Читаем без скачивания Автономный режим - Андрей Ливадный

Недоступно.

«Что же произошло?!» – Он снял блокировку доступа в сеть.

Нет отклика!.. Проклятие!.. Этого не может быть!..

Горечь всколыхнулась в рассудке. Неужели Пахомов прав и атака действительно шла через сеть «Танаиса»?! Но в таком случае действовал кто-то свой!..

Сердце бешено молотилось в груди. Последние секунды перед потерей сознания приобрели новую окраску. Не сработал ни один уровень мнемонической защиты! Внешняя атака?! Нет, исключено… Взлом сети не прошел бы незамеченным. Если воздействие велось через сеть, то кибернетическими системами манипулировал не гипотетический кибрайкер. Действовал человек, имеющий все полномочия доступа, но распорядившийся ими по-своему!..

Кто именно – сейчас гадать бесполезно. Вкрадчивое, неявное воздействие, завершившееся сокрушительным мнемоническим ударом, говорило о высоком уровне личного мастерства неизвестного пока противника.

Но мнемоник не станет уничтожать управляющую кибернетическую среду! Без нее невозможно контролировать «Танаис»! «Видимо, сеть не разрушена, а блокирована! – мысль несла надежду. – Ситуация скверная, но не безвыходная. Нужно как можно быстрее выбираться отсюда!»

– Паша, герметизируй шлем!

– Обижаешь, командир. Я на «автономке». Не маленький.

Дитрих закрыл забрало, перешел на лазерную связь:

– Сеть недоступна. Буду работать с ближайшими устройствами. Твоя задача – прикрывать меня от физических атак.

– Понял.

Пахомов переключил БСК[19] в режим пассивного приема данных. Ничем не выдавать себя, но владеть обстановкой – это сейчас главное.

К удивлению Дитриха, датчики не зафиксировали потоков «встречного» сканирующего излучения, хотя коридоры жилой палубы обычно контролируются системами безопасности «Танаиса»! Выходит, сеть действительно рухнула?!

По переборкам внезапно проскользнула вибрация, похожая на дрожь.

Механизм дверей заработал! Бронированная преграда, превратившая отсек в ловушку, сдвинулась вбок.

– Пошел!

Пахомов выскочил в коридор.

Схематичные контуры стен, злобные сигналы, предупреждающие о сбое в энергоснабжении, да тусклые, едва различимые сигнатуры двух сервов на развилке тоннелей – вот все, что отобразилось на проекционном забрале боевого шлема.

– Чисто! Два серва на развилке! Уничтожить?

– Не горячись. Сбрось фантом-генератор. Уходим к каютам экипажа!

Пахомов выполнил приказ, первым побежал по коридору в направлении жилого сектора палубы. Что с ребятами его подразделения – неизвестно, но мысли о них не отпускали ни на секунду.

Первая дверь по ходу движения.

– Заперто! – с досадой констатировал Павел.

– Работаю, – откликнулся Дитрих. – Приготовься!

Действительно, привод двери заработал, словно по волшебству.

Пахомов резко заскочил внутрь отсека. Смятая постель. Следы борьбы. Но полу пустая обойма от игольчатых боеприпасов к «Шторму». Ни крови, ни тел. По стенам – мелкие выщербины. Кое-где пластиковую облицовку разнесло вдребезги.

– Рикошеты. – Павел и без помощи сканеров определил углы вхождения игольчатых пуль в материал стены, мысленно обозначил участок облицовки, не получивший повреждения. – Огонь вели по серву!

– Бойца взяли живым, – скупо заключил Дитрих. На лице командира не отразились следы внутренней борьбы.

Пахомов с трудом сдерживал эмоции: «Что за тварь манипулировала нами?» Досада, злость не отпускали ни на секунду. Хороши же командиры… Уродовали друг друга, как два первогодка, пока ребят поодиночке брали сервы!

Помутнение рассудка он объяснить не мог, но по-прежнему оставался при мнении: действовали через сеть! Импланты всегда в контакте с ней, но почему подвели модули личной защиты? Похоже, что воздействие не сопровождалось явным взломом, оно было каким-то вкрадчивым, постепенным, ненавязчивым!

«Разум человека надежно защищен, – так уверяли разработчики программного и аппаратного обеспечения. – Импланты не могут послужить точкой доступа к сознанию, да и манипулировать человеческим рассудком очень сложно, любое давление вызовет не только мгновенную реакцию модулей защиты, но и инстинктивное неприятие со стороны разума».

«Где-то просчитались наши «великие умы», – думал Пахомов, продвигаясь по темному коридору жилого уровня.

Одну за другой они осмотрели все каюты сектора, но те оказались пусты.

– Тратим время, – не выдержал Павел.

– Что предлагаешь?

– Двигаться к главному посту управления!

Дитрих на миг задумался.

– Нет. Есть другой вариант. Поднимаемся в парк.

– Зачем?

– Необходимо оценить обстановку. Существует резервная система управления, параллельная основной сети. О ней никто не знает. Включить ее могу только я либо Энтони Хоук. Отследим через нее местоположение личных датчиков, определим, где в данный момент находятся люди, и тогда примем решение!

Павел не стал возражать. Информация действительно нужна как воздух!

Глава 4

«Танаис». Два часа пятнадцать минут по бортовому времени. Стартовая палуба внутреннего космодрома. Звено галакткапитана Хорватова.

Затвор электромагнитной катапульты закрылся.

В пусковом стволе царил мрак, лишь кольца габаритных огней периодически пробегали по выступам ускорителей.

– Внимание всем, пошел обратный отсчет!

Голос в коммуникаторе успокаивал. Галакткапитан Хорватов отлично знал, что именно необходимо молодым пилотам за мгновения до старта. Несколько фраз, произнесенных через обычную систему коммуникации, без использования имплантов, действовали безотказно.

Существует мнение, что мнемоники – люди замкнутые, скупые в общении, погруженные в себя, но это не так. Уникальные возможности восприятия действительно меняют психологию, но не затрагивают глубин человеческой сущности.

– Второй, готов.

– Третий, готов.

Диафрагма стартового ствола открылась. Илья ощутил мгновенную нарастающую перегрузку, а через доли секунд его окружил бездонный, необъятный космос.

Станция «Танаис» превратилась в стремительно удаляющуюся точку, разум уже переключился на иное быстродействие – управление кораблем класса «Стилетто» требовало полной отдачи сил.

Рассудок Ильи погрузился в киберпространство. Реальность, воспринимаемая зрением, слухом, осязанием, стала лишь крохотной частицей информационного поля. Вселенная трансформировалась, открывая новые грани: мрак космоса переполняли энергии, он ощущал каждую молекулу разреженного межзвездного газа, каждую частицу космической пыли, соударяющиеся с обшивкой.

Далекие галактики из тусклых точек превратились в узнаваемые энергоматрицы. Илья при желании мог проанализировать их, понять, куда и с какой скоростью движутся далекие космические объекты, но сейчас это было бы лишней, избыточной нагрузкой.

Разум мнемоника, кроме прочего, способен манипулировать уровнями восприятия.

Все лишнее, несущественное для выполнения текущей задачи машинально отсеивалось. Фоновые явления не должны отвлекать пилота.

Галакткапитан Хорватов передал координаты точки погружения в гиперсферу. План полета предусматривал серию коротких прыжков, отработку приемов внепространственного маневрирования с имитацией захода на цель по сигнатуре.

Космическое тело, постепенно приближающееся к «Танаису», не несло никакой угрозы, но для молодых пилотов все происходящее являлось полноценным боевым вылетом.

– Второй, приготовиться, через минуту атакуешь цели по сигнатурам! Третий, выход из гиперсферы с задержкой в тридцать секунд. Работаем!

«Стилетто» галакткапитана Хорватова исчез в гиперпространственном переходе.

Оба молодых пилота прекрасно представляли, что происходит сейчас в метрике «обычного космоса».

Командир звена расставляет цели. Фантом-генераторы, имитирующие различные объекты, в том числе скрытые, работающие под защитой маскирующих полей, он расположит поблизости от поверхности сцементированных льдом каменных глыб. Задача ведомых – обнаружить их, идентифицировать и при необходимости уничтожить.

Илья не сомневался, что Хорватов использует смешанные цели, превратив обычную комету в сложный объект со множеством энергетических матриц, часть из которых будет принадлежать «дружественным силам» либо имитировать гражданские структуры, такие, как шахты, заводы-спутники, челночные корабли.

«Действовать надо в паре, – подумал он. – Тридцатисекундный разрыв между гиперпереходами, разрешенный командиром звена, необходимо использовать с максимальной эффективностью».

– Серж, я выхожу из «гипера» в стороне от кометы в режиме «тень», – предложил Илья. – Отсканирую цели, передам тебе координаты для атаки. Хорватов ждет от нас соревнования, индивидуальных действий. Удивим его!

– Понял, не вопрос, – мгновенно откликнулся Зотов. – Я приму данные в режиме «граница», выйду точечным проколом метрики вплотную к комете, отработаю оперативный боекомплект по обнаруженным тобой целям, затем, – он мысленно начертил траекторию, – ухожу из конуса атаки в газопылевой шлейф, отвлекая на себя ответный огонь. Ты в это время атакуешь, я перезаряжаюсь и вот тут, – он отметил предполагаемую точку маневрирования, – начинаю прикрывать тебя, встаю на позицию ведомого.