Читаем без скачивания Ледовый Апокалипсис - Джеймс Кобб

По крайней мере, можно утешаться тем, что его спину прикрывают надежные люди. Валентина Метрейс весьма… интересна. В те времена, когда он учился в колледже, таких профессоров определенно не было. Наверняка за плечами этой женщины – немало интересных историй, и уж, вне всякого сомнения, в качестве одного из «мобильных нулей» Клейна она является чертовски хорошим специалистом, в чем бы ни заключалась ее специализация.

И вновь рядом с ним оказалась Рэнди – неистовая, отважная, независимая. Уж в ней-то сомневаться не приходилось. Какие бы чувства ее сейчас ни обуревали – обида или гнев, – она его не подведет. Ради выполнения полученного приказа она сделает все, на что способна, или… умрет.

Однако возникала проблема с ним самим. Смит так часто видел, как погибают близкие Рэнди Рассел люди, как рушится ее мир, что ему начинало казаться, будто рано или поздно ему суждено увидеть и ее собственную смерть. Или – стать виновником гибели Рэнди. Это чувство превратилось для него в сущее наваждение, которое с каждой их совместной операцией приобретало все более реальные очертания.

Смит сердито тряхнул головой. Он не должен поддаваться этому страху. Чему быть, того не миновать, а они в любом случае должны делать дело.

Лифт мелодично звякнул, и его двери скользнули в стороны. Взятый напрокат «Форд Эксплорер» ждал Смита на автостоянке у центрального входа в отель, и, направляясь через вестибюль к стеклянным дверям гостиницы, Джон ненадолго задержался у киоска, где продавались сувениры и свежая пресса. Любой опытный агент должен постоянно находиться в курсе текущих событий. Следуя этому правилу, он купил свежие номера газет «Ю-эс-эй тудей» и «Сиэтл таймс».

Смит быстро пробежал заголовки, и у него засосало под ложечкой.

Нет, там не было ничего необычного. На первой полосе «Таймс» напечатан короткий пресс-релиз министерства обороны, в котором говорилось об отправке из Сиэтла совместной американо-российской экспедиции к месту падения самолета-загадки, сообщался ее маршрут и способы передвижения. Вполне логичное сообщение для средств массовой информации, цель которого – лишний раз закрепить официальную легенду и не позволить журналистам заподозрить что-либо неладное. Но для Смита оно прозвучало криком, направленным во тьму, из которой может откликнуться неизвестно кто.

Оказавшись в своем гостиничном номере, Рэнди Рассел устало опустилась на край кровати и стала бесцельно водить ладонью по золотистому покрывалу. Ее мысли странствовали между прошлым и будущим.

Черт возьми, она – хороший пилот; или, по крайней мере, вполне сносный, но ей никогда даже в голову не приходило, что придется лететь над просторами Арктики! Однако с Агентством всегда так: стоит признаться в том, что умеешь починить текущий в ванной кран, и тебе поручат проект по борьбе с наводнением.

Но главным членом уравнения, которое приходилось решать в подобных случаях, неизменно оказывалась гордость Рэнди, не позволявшая ей сказать: «Нет, я не смогу это сделать». И уж тем более она не могла сказать это Джону Смиту!

Что за проклятый рок связал ее с этим человеком?

Рэнди никогда не забудет самую ужасную за всю их жизнь ссору со старшей сестрой, холодную ярость, забурлившую в ее душе, когда София заявилась домой с кольцом, подаренным ей Смитом в честь помолвки, не забудет жгучих обвинений в предательстве, которые она обрушила на голову сестры, прежде чем, грохнув дверью, уйти из ее квартиры.

Самое тяжелое заключалась в том, что София не сочла нужным оправдываться или отвечать оскорблением на оскорбление. Улыбнувшись мудрой и немного грустной улыбкой старшей сестры, она лишь сказала:

– Джон очень сожалеет о том, как он поступил с тобой, Рэнди. Сожалеет сильнее, чем ты можешь представить или даже попытаться представить.

Рэнди никогда – вплоть до сегодняшнего дня – не могла понять этого.

Она уже начала расстегивать замшевую туфлю, как вдруг в дверь тихонько постучали. Вновь застегнув «молнию», Рэнди пересекла номер и, подойдя к входной двери, осторожно заглянула в глазок. На нее смотрела пара серьезных серых глаз.

Рэнди отперла замок, сняла цепочку и вытащила тугую мокрую тряпку, которую, крепко свернув, она забила под дверь в качестве дополнительного «засова».

– Что-нибудь случилось, профессор? – спросила она, распахнув дверь.

– Еще не знаю, – с прохладцей ответила Валентина Метрейс, – и пришла сюда именно для того, чтобы это выяснить. Нам нужно поговорить, мисс Рассел, и в первую очередь о вас.

Слегка удивившись, Рэнди отступила в сторону, и женщина-историк прошла мимо нее в комнату.

– Здесь безопасно? – коротко спросила она.

– Я проверила номер на предмет «жучков», – ответила Рэнди. – Тут все чисто.

– Хорошо. В таком случае можно сразу перейти к делу. – Скрестив руки на груди, Валентина прошла на середину комнаты, а потом резко повернулась к Рэнди. – Какая кошка пробежала между вами и Смитом? – спросила она.

За столом профессор Метрейс была сама любезность, но сейчас она явно была настроена по-бойцовски. Ее глаза превратились из серых в стальные, и даже без высоких каблуков брюнетка была на дюйм или два выше Рэнди.

– Понятия не имею, о чем вы говорите, профессор, – сухо ответила Рэнди. – У нас с подполковником Смитом совершенно нормальные отношения.

– Не пытайтесь водить меня за нос, мисс Рассел. Атмосфера за столом была настолько напряженной, что ее можно было измерять с помощью счетчика Гейгера. Мне прежде не приходилось работать ни с вами, ни с подполковником, но вы с ним наверняка участвовали в совместных операциях. Я также уверена в том, что вы оба весьма компетентны и являетесь элитными членами разведывательного клуба, иначе вас бы здесь не было. Но с такой же уверенностью я могу утверждать, что между вами не все ладно.

Черт! А Рэнди еще так гордилась своим умением ни при каких обстоятельствах не выдавать собственных чувств!

– Вам не стоит беспокоиться на этот счет, профессор.

Метрейс нетерпеливо тряхнула волосами.

– Мисс Рассел, я профессионал в подобных играх! Это означает, что я не намерена работать с людьми, которым не доверяю, а сейчас я не доверяю вам обоим! Поэтому я не сделаю больше ни шага, пока не буду знать, что, черт возьми, происходит между моими потенциальными товарищами по оружию. Во всех деталях!

Рэнди разгадала, какой маневр разыгрывает женщина: сначала – воинственность, возможно, притворная, а затем – сабельная атака. Метрейс не просто требовала информацию. Она прощупывала Рэнди, выясняя, какой будет ее реакция.

Оперативник ЦРУ не без труда подавила инстинктивную вспышку ярости и ответила:

– Предлагаю вам обсудить эту тему с подполковником Смитом.

– О, непременно, дорогая, но в данный момент его здесь нет, а вы есть. Кроме того, Смиту удавалось справляться с собой значительно лучше, чем вам. Именно вы сидели за столом, сжимая кулачки, так что просветите меня.

Эта женщина выводила Рэнди из себя или, по крайней мере, изо всех сил старалась это сделать.

– Уверяю вас, что бы ни произошло между мной и подполковником Смитом в прошлом, это никак не отразится на выполнении нами теперешнего задания.

– Позвольте мне самой судить об этом, – категорично ответила Метрейс.

Рэнди почувствовала, что выдержка отказывает ей.

– В таком случае могу сообщить вам, что это не ваше собачье дело! – взорвалась она.

– «Мое собачье дело» заключается в том, чтобы не пострадала моя шкура, мисс Рассел, которая мне очень и очень дорога. А в данный момент я вижу перед собой озлобленных друг на друга членов команды и ощущаю неизбежный в связи с этим провал миссии, которая еще даже не началась. Я являюсь членом этой команды, причем незаменимым, подполковник Смит – тоже. Это означает, что «черный шар» достанется бедной девочке-вертолетчице. Поверьте, заменить вас – легче легкого. Я прямо сейчас уйду отсюда, и вы глазом не успеете моргнуть, как вас снимут с задания. Я позабочусь о том, чтобы это произошло в кратчайшие сроки.

Конфликт достиг кульминационной точки, и, казалось бы, неминуемый взрыв не происходил лишь по одной причине: обе женщины подсознательно понимали, что, если они сцепятся, это не будет типичной женской потасовкой с визгом и царапаньем ногтями. Нет, случись такое, через несколько секунд либо одна из них, либо другая, либо они обе – будут мертвы или серьезно покалечены.

Наконец, дрожа всем телом, Рэнди глубоко выдохнула. Черт бы побрал эту женщину, черт бы побрал Джона Смита, и черт бы побрал ее саму!

– Десять лет назад молодой офицер, которого я очень любила, служил в составе миротворческих сил в районе Африканского Рога. После его возвращения домой мы собирались пожениться. Но однажды он подхватил какую-то экзотическую инфекционную болезнь, которую врачи тогда еще только начинали изучать. Он был эвакуирован на корабль-госпиталь ВМС США и стал пациентом военврача, служившего на том корабле.