Читаем без скачивания Близнецы и Робин Гуд - Елена Чапаева

А как же ты тогда сумел?

А вот сумел, — продолжал Игорь все тем же сердитым голосом. И вдруг добавил: — Они напились потому что и спать легли...

Тут Ольга догадалась, что он не такой уж плохой человек, а, наверное, очень даже нормальный. Невольно она улыбнулась.

Ладно, пошли по-быстрому!

Я иду, иду... А как же там собачка ваша? Она меня не слопает?

Привязана. Они ее сами боятся. Мне велят, чтобы я ее привязывал.

Ну, тогда все, — Ольга вышла наконец из сарая, где... где она столько пережила всего. На всю жизнь хватит.

Тут Игорь вспомнил, что перед ним все-таки очень симпатичная девочка. И начинались их отношения совсем не на деловой основе. Тем более что у него была не хилая заначка — бумажечка в десять долларов. Их он, правда, берег на дорогу — куда-нибудь от своих проклятущих дядьев смотаться. Но уж ради такого случая...

А мы когда с тобой увидимся?

Ольга с некоторым удивлением посмотрела на него. Сперва хотела сказать: «На фиг ты мне сдался!»

Но это было бы неконспиративно... Именно так она и подумала. Как-никак — сестра будущего сыщика.

Хорошо, встретимся завтра без пяти два на углу Щорса и Анны Черняховской... Найдёшь?.. И я дам тебе точный ответ!

В смысле про металлолом — наверное. Но и сама толком не знала, что имела в виду.

Х-хорошо, — ответил Игорь несколько оторопело. — Ты там живешь, что ли?

Ну, в общем, и да и нет.

Игорь остался у ворот в полном недоумении. А Ольга уходила очень быстрым шагом, довольная собой.

Да ведь она и в самом деле была большим молодцом!

Глава XIV

ОТВРАТИТЕЛЬНОЕ ЗОЛОТО

Кто не сидел в могиле, тому не понять, какое это простое, но в то же время огромное счастье — никого не опасаясь, ехать в автобусе, сидя у широкого, по-весеннему прозрачного окна. И еще одна удача. За все десять остановок в салон не вошло ни одного пожилого дяденьки и ни одной пожилой. тетеньки. Вообще ни одного взрослого, представляете! А если кто-то «из них» входил, то обязательно были свободные места.

Что ж, по справедливости Ольге и должно было немного повезти — за те муки египетские и за тот страх — как в фильме ужасов.

И тут ей вспомнилось кое-что! Те странные металлические предметики.

Ольга сунула руку в карман. Снова ощупала их. Но вынимать почему-то не стала. Ей было страшно их вынимать. Почему — она объяснить не могла... Еще и воровато оглянулась по сторонам, хотя ни в чем не была виновата.

Дома она застала одного Олежку. Взрослые уже уехали в цирк, а он решил дождаться сестру. И на том основании, что Олежка совершил такой подвиг — не поехал на «Волге», а теперь вынужден будет тащиться в общественном транспорте, братишка ворчал. Дескать, они опаздывают на репетицию, а теперь еще жди, пока она поест. Потому что поесть Ольге следовало обязательно. Иначе не будет сил на выступление... Причем не позже, чем за час до репетиции.

И вот Олежка ворчал, а сам, пока Ольга мыла руки, поставил на стол еду, тарелку, вилку, нож, чашку, в которую тут же налил чаю, потому что знал: Ольга не любит горячего.

Она ела, благодарно ему улыбалась, а он все продолжал свою «лесопилку». Тут Ольга опять вспомнила про те металлические штуки, которые она конфисковала у Жеребцовых. Сейчас самое бы время их посмотреть. Однако они лежали в кармане куртки, а куртка осталась в ба-бушко-дедовом номере, куда Ольга заскочила взять портфель... И автоматически сняла там куртку.

— Пропадаешь неизвестно где! — продолжал занудничать Олежка. И тут, вспомнив что-то, спросил, почти не надеясь на утвердительный ответ: — Это, между прочим, тебя видели возле дома тех гадов?

Меня... А как они меня сумели увидеть?

В бинокль! — значительно проговорил Олег, словно з этом была какая-то особая заслуга.

Оказывается, рыцари Робин Гуда пришли на жеребцовскую улицу, увидели и поняли то же, что и Ольга: спрятаться там совершенно негде. И тогда они приняли единственно правильное, как им думалось, решение: Маленький Джон, сэр Гарри и Монах Тук пошли в лесок, который начинался сразу за улицей, забрались на три наиболее удачных дерева и стали наблюдать.

Ну и фиг они чего оттуда увидели!

Разве только, как Ольга вошла в ворота «вражеского замка». Потому что вражеский сарай был за вражеским замком.

Ты с ним была знакома, да?

Нет! — Ольга победоносно улыбнулась. — Но я с ним познакомилась!

И выразительно посмотрела на Олежку: мол, робингудовцам еще простительно — они привыкли только шариками пулять, а вот Олежка, известный сыщик, ему приемы разыскной работы должны быть известны! Еще великий -Шерлок Холмс, для того чтоб оказаться как можно ближе к подследственному, переодевался то в нищего старика, то в пьяного матроса.

А Ольге и переодеваться не понадобилось. Ее ведь Жеребцовы не знали, в том числе Жеребцов Игорь. Поэтому ей достаточно было просто «поменять профессию»: сказать, что она собирает цветной металлолом. А потом втереться в доверие при помощи томно опущенных глазок и всего прочего в том же роде. Дальше Ольга рассказала о своих похождениях в могильных катакомбах. Причем тут ничего не надо было прибавлять, потому что и так все получилось супер-конкретно.

Олег сейчас же забыл свое ворчание. Он искренне гордился своей потрясающей половинкой:

Ну, Олька, ну, героика! Ты подшибла самолет с одного выстрела!

Она рассказала, как нашла тот мешок на застежках и вытащила оттуда...

Так чего это было-то?

Братишка смотрел на нее со жгучим нетерпением. В ответ Ольга чуть растерянно пожала плечами.

Ты принесла сама не знаешь что?!

Они кинулись в бабо-дедовский номер, схватили ее куртку. Оба одновременно. Посмотрели друг другу в глаза. По справедливости, ЭТО должна была бы вынимать Ольга. Но ведь Олежка был старший брат. Не смейтесь, те полторы, а может, две минуты, на которые он был старше, в судьбе двойняшек играют огромную роль. Раз появился на свет первым, значит, старший, на всю жизнь!

Так было и у них.

Хотя в то же время частенько получалось, что именно Олег слушался младшую сестру. Вот и сейчас она бы запросто могла сделать так, чтоб Олег уступил ей это право — влезть в карман и вынуть... Но Ольга вспомнила, как ей отчего*-то страшно сделалось, когда она эти штуки нащупала.

И не стала сопротивляться, отпустила руки. Олег живо залез в один карман, показал взглядом: «Пусто!» В другой:

Есть!

Почему-то Ольге очень захотелось зажмуриться... Вот еще, ерунда какая!

Олежкина правая рука выплыла из кармана ее куртки. Это, конечно, продолжалось каких-нибудь полсекунды. Ольге же казалось куда дольше!

Олежка раскрыл ладонь.

Сперва Ольга не поняла, что это такое. Какие-то странные «железяки» желтого цвета. Потом до нее дошло: да ведь это золото!

Дальше она догадалась: не просто золото, это же золотые коронки!

Поняли вы, о чем я говорю? Коронками называется то, что зубные врачи надевают человеку, если у него зуб испортился или на нем стоит некрасивая пломба. Часто коронки надевают на несколько зубов. Теперь это делают обычно из Металлокерамики или пластмассы, которые не отличить по цвету от настоящего зуба. А раньше, когда так не умели, ставили золотые коронки.

Пять или шесть таких коронок лежали сейчас на Олежкиной ладони.

Невольно Ольга вскрикнула, чуть не потеряла сознание, а Олег дернул рукой, словно на ней сидели ядовитые пауки.

Коронки с металлическим, «золотым» звяком упали на пол. Совершенно не думая, что он делает, Олежка шагнул вперед, закрывая собой сестру.

Они, конечно, тут же поняли, что никакой опасности эти вещи не представляют. Просто было противно, что они из человеческого рта.

И не просто ведь изо рта, вы понимаете? Какие-то подлецы вырывали их, когда человек уже умер, — вот в чем ужас!

Их там целый мешок, понимаешь? — прошептала Ольга.

Откуда их взяли братья?.. Неужели раскапывали могилы?.. Но ведь этого не может быть!

А с другой стороны, этот, младший, как его?.. Николай... говорил: «Там холодно» — и что-то еще в том же роде. Так, может, все-таки?..

Надо в темпе все Робину сказать! — воскликнул Олежка.

Но тут уж Ольга проявила твердость. Медленно покачала головой.

—А почему, Оль?.. Почему ты против? Хотя она не сказала ни слова. Но им ведь и не

требовалось никаких слов!

А дело в том, что Ольге казалось: с Робином как-то не все чисто в этой истории. Велел следить за Жеребцовыми. Сказал, что они «гады». Стало быть, что-то знал? Но при этом никого из рыцарей не предупредил, что Жеребцовы где-то, где «очень холодно», у людей золотые зубы вырывают.

Почему не сказал? Не потому ли, что золото — это богатство, если, конечно, коронки расплавить или как-то еще переработать. Недаром Николай и Серафим говорили, что нужно обратить ИХ в доллары! И что они миллионеры.