Циньско-ханьский Китай делился на области или округа, те — на уезды, уезды — на волости, а волости — на общины — низшие административно-территориальные единицы. На местах действовала сложная система управления, основанная на соподчинении гражданских и военных чинов. Так, во главе каждой провинции стояли губернаторы, которые делили свою власть с представителями военного ведомства, в их подчинении были расквартированные там армейские подразделения. Только в пограничных областях гражданские и военные функции сосредоточивались в руках губернатора.
Община, несмотря на разрушение общинного землевладения, продолжала играть роль относительно обособленной единицы. Руководство общиной осуществляли староста и "отцы-старейшины". Низший административный персонал, начиная с волостных старейшин, не входил в состав чиновничества. Его представители, как и другие общинники, выплачивали налоги и несли трудовые повинности, но пользовались большой властью, вплоть до мобилизации общинников-крестьян для защиты общинной территории. Во главе городского самоуправления стоял совет старейшин (саньлао).
Бюрократический контроль распространялся и на органы местного самоуправления. Система взаимной слежки, ответственности действовала на всех уровнях: от сельской общины, построенной на круговой поруке, до высших чиновников, отвечающих за нарушения приказа или за плохую работу подчиненных им чиновников.
Армия. Армия играла огромную роль в Древнем Китае, что определялось частыми войнами и крестьянскими восстаниями. Войны, в частности завоевание чжоусцами значительных территорий шаньско-иньской эпохи, оказали непосредственное влияние на становление китайского государства.
Основу военной силы чжоусцев составляли воины-полупрофессионалы, входившие в армейские группы и размещенные в военных поселениях и лагерях. Военным лагерям выделялись земельные угодья, составлявшие их хозяйственную базу. Источники сообщают о 14 армиях, находящихся в распоряжении вана. Должности командующих группой армий передавались по наследству.
Воинские повинности в империи Цинь существовали наряду со строительными и гужевыми. В армию брали мужчин от 23 до 56 лет, которые должны были пройти годичную подготовку, нести гарнизонную службу в течение года и месяц в году служить в ополчении по месту жительства. На охрану государственных границ без указания сроков службы направлялись прежде всего провинившиеся чиновники, преступники, потерявшие свободу за долги заложники, бродячие торговцы и только в последнюю очередь свободные земледельцы.
Постепенно формировалась и постоянная армия, находящаяся на содержании казны. Она состояла из телохранителей императора, частей, охранявших столицу. На эти части, численность которых в 140 году до н. э. достигала 20 тыс. человек, возлагались и полицейские функции. Так, поимка бандитов и разбойников была обязанностью военного ведомства. Начальник императорской гвардии, телохранитель вана, занимал важное место при дворе.
Суд. Наличие специального судебного ведомства в империи Цинь во главе с тинвэем и провинциальных судей свидетельствует об определенном выделении судебных функций из общеадминистративных, которое, однако, проводилось непоследовательно и касалось, видимо, только уголовных дел. Провинциальный судья был одновременно и начальником тюрем в округе.
Судебное ведомство ("ведомство наказаний") строго следило за применением уголовных законов. Все дела о наиболее тяжких преступлениях проходили через его руки, особенно дела, связанные с превышением власти чиновниками и пр. Вместе с тем в ханьском Китае почти все административные органы обладали судебной властью. Пресечение злоупотреблений чиновников возлагалось также на представителя верховного цензора в провинциях. Низшим судом по гражданским делам была уездная администрация. Если в уезде дело не было разрешено, оно направлялось губернатору провинции, который в случае его сложности мог адресовать дело в центр, начальнику судебного или другого ведомства. В качестве последней инстанции выступал сам император, который мог непосредственно разбирать судебные дела.
Глава 6. Право древних государств Месопотамии
Источники права. В государствах Древней Месопотамии основным источником права очень рано стал писаный законодательный акт, принятый по воле правителя того или иного царства. Появление царских узаконении было обусловлено здесь особыми условиями становления и развития многочисленных государств; возникавших в ходе войн, переворотов, завоеваний, когда складывались непрочные территориально-политические объединения, падала или укреплялась власть того или иного правителя — гегемона, устанавливалось верховенство того или иного этноса. Царское законодательство стимулировалось и относительно ранним развитием товарно-денежных отношений, внутренней и внешней торговли. Вавилон был одним из главных центров международной торговли в древнем мире.
Первые царские надписи не были законами или реформами в собственном смысле слова. Они содержали сведения о действительных или мнимых победах месопотамских царей, их благодеяниях жителям своей страны, городам, храмам, богам. Непременным атрибутом этих апологетических надписей становится утверждение о восстановлении справедливости, о защите царем обездоленных: бедных, сирот, вдов и т. д. К числу таких исторических документов и принадлежат так называемые "реформы" Уруингины, правителя царства Лагаша, относящиеся к 2400 году до н. э. В них говорилось о проведенных им реформах, об освобождении бедняков от долгов, побоев, произвольных поборов, о защите храмового имущества, на которое посягали прежние правители.
Основная цель Уруингины — оставить память о себе грядущим поколениям как о радетеле "старых порядков", "старых обычаев", в чем сказалось влияние общинной идеологии. Не будучи изложением действующих законов, первые надписи, между тем, заложили основу письменной традиции составления и обнародования законодательных повелений правителя, законов в собственном смысле слова.
Такими действующими законодательными актами и были дошедшие до нас, правда не в полном объеме, древнейшие Законы царя Ур-Намму, основателя династии Ура (конец III тысячелетия до н. э.), Законы Липид-Иштара, правителя царства Исины, Законы царя Билаламы царства Эшнунны (начало II тысячелетия до н. э.), Среднеассирийские законы (середина II тысячелетия до н. э.) и самый значительный правовой документ Месопотамии — Законы царя Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.), древневавилонского правителя крупнейшего государства Двуречья (Законы Хаммурапи были найдены в 1901–1902 гг. французской археологической экспедицией при раскопках в Сузах (столице древнего Элама). На черном базальтовом столбе, видимо захваченном эламитами в качестве трофея, было высечено изображение Хаммурапи, стоящего в молитвенной позе перед богом Солнца вавилонян — Шамашем, который вручает ему Законы и законодательные положения на аккадском языке).
Так, например, Законы Ур-Намму начинаются с пролога, содержащего сведения об исторических событиях, добрых деяниях царя, "установившего в стране справедливость, изгнавшего зло и раздоры". Далее следует изложение законодательных нововведений, в частности об установлении единой системы меры и веса (гири в 1 мину и в 1 сикль и пр.) как гарантии новых справедливых порядков: "дабы сирота не был отдаваем (во власть) богатого, вдова не была отдаваема (во власть) сильного, человек сикля (бедный) не был отдаваем (во власть) человека мины (богатого)" (сикль и мина — серебряные денежные единицы в государствах древней Месопотамии. Сикль был равен 1/120 кг серебра, стоимость 225 литров ячменя, которая была равна среднемесячной плате наемному работнику).
По той же схеме — преамбула и изложение действующих правовых положений — построены и другие законы. Главная цель пышных прологов (особенно это характерно для ЗХ), гласящих о справедливости, великих заслугах правителя, заключалась в том, чтобы обосновать угодность, обязательность царских постановлений и тем самым законность самой царской власти.
Примечательно и меняющееся содержание этих обоснований, отражающее укрепление государственных порядков, степень могущества того или иного правителя. Так, если Лугальзагеси, правитель Уммы (2373–2349 гг. до н. э.), связывал свою власть с тем, что "в святилищах Шумера в качестве энси страна его избрала", то Хаммурапи ссылается на свою богоизбранность, полновластие как "царя царей", даровавшего великие блага всем важнейшим городам Месопотамии, их многочисленным святилищам и бегам. Вавилон выступает здесь столицей большого централизованного царства, местом "вечной царственности" его главного бога Мардука, призвавшего якобы Хаммурапи "даровать стране справедливость".
