на что, и путешествие вашей жизни станет незабываемым.
И так его слова звучали в моем сердце, даруя мне силу и решимость. Поклялась следовать его примеру, вести наше путешествие не только словами, но и поступками. И может быть, однажды и мы сможем создавать такие же прекрасные истории из жизни, какие он нам рассказывал.
— Ну что, Ангел, твой косяк. Ты и будешь мазать мне затылок, — серьезно предъявила претензии ему. Вручая красивую баночку ему в руки.
— А что сразу я? — с изумлением воскликнул Ангел.
— Твои крылья меня по голове ударили. Твои. Значит, тебе меня и лечить, — шутейно говорила я.
С трудом сдерживая свой смех, Ангел всерьез подумал, что нуждаюсь в помощи. В своей долгой жизни неоднократно сталкивалась с различными травмами. В конце концов, работаю в области журналистики, и мои скандальные статьи многим не нравились. Моя жизнь всегда была под угрозой каких-нибудь алчных и безнаказанных людей. Поэтому мелкая царапина меня не удивила.
— Расслабь свои булки, ангелок. Я потушила. Просто в следующий раз будь на чеку, а то вдруг в следующий раз трехглавая псина выскочит, — добила его последней каплей своего неумелого юмора.
Нанель разразилась от смеха. Ее звонкий смех заразил и меня. Ангел, смотря на нас, начал что-то бубнить, словно старушка старая. Придя в себя после такого потрясения, мы наконец-то решили выбраться на просторный балкон. Легкий ветерок приятно обвевал наши лица, насыщая каждым вдохом свежего воздуха. Вдалеке за контурами водопада расстилался великолепный закат, словно картина, в которую вглядывались настолько долго, что в итоге терялись в дивных переливах цветов.
Каждый тон заката был тщательно прописан: от нежных розовых оттенков на горизонте, переходивших в оранжевые и золотистые цвета, до насыщенных фиолетовых и глубоких синих оттенков в самой высоте неба. При этом яркость солнечного диска только подчеркивала безграничность красоты предстающего перед нами зрелища.
Балкон стал свидетелем нашего молчаливого восхищения. Мы сидели втроем, словно восковые фигуры на фоне этой изумительной картины самой природы. Изредка проговаривали несколько слов, но наши разговоры вяли и затихали перед бесконечным магнетизмом, испускаемым этим закатом.
Вся атмосфера на балконе была пропитана искренней радостью и блаженством. Моменты такого великолепия редко когда даруются нам в повседневной суете. И поэтому мы наслаждались каждой секундой и мгновением, когда солнце медленно и достойно исчезало за горизонтом.
В заключение дня, подышав свежим воздухом, заполненным нежнейшими ароматами, мы чувствовали, как наши души набирались сил и энергии, чтобы принять вызов нового дня.
ГЛАВА 11
Ночь. За окном лишь был слышен шум водопада. Все птицы давно завершили свою песнь. Иногда доносился шорох листвы под окном. Мое спокойствие сна было нарушено лишь одним прикосновением пера. Вздрогнув от нового ощущения, раскрыла глаза.
Полумрак комнаты поглощал все контуры. С трудом различала предметы в помещении. Все мои мысли о былом дне исчезли внезапно, лопнули, как мыльные пузыри. Необычно яркий месяц бросал свет на стоящего мужчину, чьи крылья нежно скользили по моей обнаженной ноги.
— Проклятье! Касдей! Ты чуть в могилу меня не загнал. Нельзя же так ночью будить человека, — тихим шепотом чертыхалась я.
Боясь разбудить ангелов в замке, осторожно пробудилась в кровати. Ведь если они очнутся и ворвутся в мою спальню, не миновать нам с Касдеем неприятностей. «И какого лешего его сейчас принесло?» — задумалась я, поднимаясь с постели.
— Ты зачем пришел? — Мой голос звучал устало, но все же был полон любопытства и некоторого раздражения.
Касдей стоял передо мной, не воплощая мифического существа с крыльями, каким он был известен миру. Он стал обычным человеком, не таким, каким я его представляла. Без своих крыльев он казался еще привлекательнее, еще могущественнее. Его взгляд, глубокий и проницательный, заслуживал уважение. А его черты лица.
Отточенные временем и немыслимыми испытаниями. Выделялись красотой и силой. В черной атласной рубашке, скрывающей физическую силу, его широкие плечи четко выделялись, подчеркивая высокий и стройный стан. Это был образ власти и авторитета, притягивающий взгляды окружающих.
Верх рубашки был небрежно расстегнут, что добавляло некую загадочность его образу. Он не нуждался в показе и напускной притворности. Его сила и присутствие уже сами по себе говорили о его мощи и уверенности.
Стоя передо мной. Касдей воплощал истинное достоинство и человечность. Он был свободен от оков, которые привязывали его к прошлому, и теперь мог сиять собственным светом. Его образ излучал магнетизм и притягательность, вызывая уважение и интерес.
Поняла, что необходимо оставить в прошлом мифы и легенды, чтобы полностью познать и почерпнуть мудрость этого демона, убравшего свои крылья, но не утратившего своей силы и достоинства. В его светящихся глазах уловила смесь насмешки и нежности.
— Да. Я рассчитывал на более теплый и радушный прием, — говорил он, сделав один шаг мне навстречу.
— Ты хоть понимаешь, что если ангелы проснуться…
— Детка, кто проснется. Они все проспят до самого утра. Перепили они волшебного эликсира. В честь тебя, — грубо и нахально перебил он меня.
— А ты откуда знаешь? — с неким недоверием спрашивала я.
— Пришлось малость постараться ради встречи с тобой. Что с твоей головой? — его голос тут же сменился на милость.
— Ничего. Это тебя не касается, — буркнула я.
— Так не пойдет. Хочешь, чтобы я ангелов разбудил, — приготовился он кричать во все горло.
Резко бросила к нему свою ладошку, закрывая его рот. Мое движение было мягким, почти нежным, как прикосновение бабочки. Держала его так легко, словно пытаясь сохранить тихий сон. Ни шелестом одеяла, ни дыханием, ни даже легким шорохом травы под окном не разбудить всех ангелов, затаившихся в тени этого замка.
Моя ладонь лежала на его рту, словно печать семи печатей, запечатывающая все его слова, мысли и даже сокровенные желания. Чувствовала, как его дыхание бьет в ладонь, словно теплые волны, которые можно почувствовать только в уединенной пещере замка.
Недавние события внезапно ворвалось в мою память, как волна эмоций прокатилась через меня. Вспомнилось наше утро с Касдеем, тот хрупкий миг, когда мы оказались вместе в холодной пещере. Я не знала, что ожидать от этой встречи. Наше сближение было спонтанным, страстным и пронзительным. Ощущение его тела, прижатого к моему, окутывало меня теплом, будто в долгожданном объятии.
Слияние наших губ создавало вулканическое искрение, которое переходило из поцелуя в поцелуй, превращаясь в невероятные ощущения желания и страсти. Каждое касание его рук, прикосновения были столь жадными, что невольно дарили мне безграничное удовлетворение.
Казалось, что наше слияние было гранично неземным. Мир отсутствовал в тот момент, оставляя лишь нас двоих в
