Все резервы, собранные для борьбы с Деникиным и похода в Венгрию, большевики бросили против Григорьева. Подавлением мятежа командовал Клим Ворошилов, тогда занимавший пост наркома внутренних дел Украины.
В мае 1919-го наступил и кризис в союзе с Махно. Он, впрочем, как и Григорьев, выступал против вывоза за пределы по решению ЦК РКП(б) миллионов пудов хлеба, что мало отличалось от грабежа Украины кайзеровцами. Махно отвергал диктатуру одной партии, выступал против ЧК, за полную свободу слова. Троцкий в телеграмме 23 мая 1919 года предостерегает командование Южного фронта, что махновцы нужны для борьбы с белыми, корпусом Шкуро. В другой телеграмме в тот же день он ясно иллюстрирует видение «так называемой» гражданской войны, которое еще в начале 1918 года формулировал и нарком по делам национальностей Сталин. Троцкий, мягко говоря, не высоко ставил Ворошилова, но в тот момент всячески его отстаивал как командующего армией на юге Украины: «Он целиком за общегосударственную военную политику. Враждебен украинской самостийности, будет безусловно выполнять приказы Южфронта». В мае 1919 года основные силы григорьевцев были разбиты. И 28 мая по прямому проводу вождь приказал Киеву, что пленных григорьевцев можно использовать на других фронтах, только проведя их массами через трибуналы, покарав зачинщиков, остальных, «рядовую массу», условно приговорив к расстрелу с двухмесячным сроком исправления и нашитием особых отличительных знаков штрафников. А уничтожение Махно он приказал начать с кампании против него во всей украинской печати.
Григорьев обратился за подмогой к Махно. В штаб махновцев пришло короткое послание: «Батько, чего ты смотришь на коммунистов? Бей их! Атаман Григорьев». Отряды Махно в это время в Донбассе отражали наступление Шкуро и Деникина, кубанской кавалерии и офицерских полков. «Григорьевщина пахнет петлюровщиной», – недружелюбно отозвался Махно на вечеринке, танцуя с женой Галиной любимый вальс «Амурские волны».
К началу лета 1919 года большевики выбили Григорьева из всех захваченных городов (Екатеринослав трижды переходил из рук в руки), большинство григорьевцев с оружием разбежались по селам, сам атаман скрылся на степных хуторах, но не будет ни красного похода в Румынию и Венгрию, не попадут резервы и на Южный деникинский фронт. Белые перешли в общее наступление.
В бронепоезде на станции Балаклея 6 июня 1919 года вождь подписал приказ № 107, в котором объявил партизана Махно «изменником и предателем». Через два дня на станции Лозовая в приказе № 108 Троцкий огласил конец бесшабашной, разнузданной, небоеспособной махновщине. В Гуляйпольском гнезде «нет дисциплины, там нет обязанностей честно сражаться с врагами рабочего народа, стало быть, для труса и бездельника – рай земной». А с 5 июня началось неудачное наступление красных на Дону. Форсировав Дон, они попытались штурмовать родину Михаила Шолохова, станицу Вешенскую. С марта там разгорелось антибольшевистское восстание, которое позже увековечил автор «Тихого Дона». Но донские казаки объединились с белыми, генералом Секретевым и нанесли красным поражение.
16 июня 1919 года большевики оставили Крым, а казаки генерал-лейтенанта Шкуро захватили Екатеринослав и мосты на Днепре. В этот же день части Венгерской Красной армии перешли в последнее наступление и в результате «северного похода», блестяще спланированного начальником штаба Штромфельдом, отбросили чехов и вышли к Карпатам. В этот день была провозглашена Словацкая Советская Республика, Словацкую Красную армию, 12 тысяч штыков, возглавил коммунист Мюнних, в 1937-м он станет генералом республиканской Испании. Накануне в Вене австрийские революционеры в ходе демонстрации в поддержку советской Венгрии завязали уличные бои с полицией. А в центральной Германии дрались с рейхсвером тысячи коммунистов из Рурской Красной армии. Напрасно красные венгры, словаки и немцы взирали по направлению красного Востока. Там пылала Украина. Большевики принимали последний и решительный бой с врагом. Ленин был вне себя. Антонов и Подвойский, вопреки его требованиям, продолжали оставаться при должностях. Ворошилов и Дыбенко после разгрома григорьевцев почивали на лаврах и растаскивали награбленное батькой добро. «Хаос полный. Донбассу серьезно не помогают».
Лето 1919 года для вождя Красной армии выдалось провальным: «Деникин разлился по Украине». Белые под командованием Деникина 26 июня отбили Харьков, за ним пали Царицын (Волгоград), Полтава, Одесса, Киев. На Питер с северо-запада наступал генерал Юденич, которого адмирал Колчак, командующий белым Восточным фронтом, признал свои представителем. Деникин 3 июля в Царицыне подписал так называемую «Московскую директиву», в которой поставил задачу Добровольческой и частям Донской армий нанести главный удар по кратчайшим к столице направлениям, курском и воронежском, прикрываясь с запада продвижением по Днепру и Десне. Москва запаниковала, на Троцкого посыпались упреки и обвинения. Тот в ответ положил в Кремле на стол 5 июля ультиматум с просьбой освободить от должности члена Политбюро ЦК и предреввоенсовета. Ему пообещали прекратить нападки и предоставить полную свободу действий. Лев Давидович вернулся на юг, где усилил репрессии, требуя ежедневно печатать в газетах приговоры трибунала с комментариями и разъяснениями. В телеграмме в 14-ю армию Ворошилова Троцкий настаивает на наведении порядка в рядах красноармейцев, приказывает обработать и очистить «сырой материал, или еще хуже – материал в значительной мере деморализованный». Одна из мер – организация штрафных рот. В позорной сдаче Харькова вождь обвинил 14-ю армию и лично Ворошилова и отстранил его от командования.
В августе 1919 года румынские войска вошли в Будапешт, советская Венгрия исчезла с карты Европы. Несколько десятков тысяч красных венгров расстреляли, 70 тысяч загнали в концентрационные лагеря. Расстреляли всех русских, сражавшихся на стороне красных. Власть в Венгрии на штыках интервентов получил адмирал Хорти.
Глава красной Венгрии Бела Кун бежал в Австрию, где был арестован. Его хотели выдать на расправу, но Ленин пригрозил, что расстреляет всех австрийских офицеров, попавших в царский плен в Первую мировую и еще находившихся на территории Советской России. В итоге Бела Кун прибыл в Москву, в сентябре 1920-го от имени красных подписал соглашение с махновцами о военном союзе против Врангеля. В освобожденном от белых Крыму он отыгрался расстрелами пленных врангелевцев за свое венгерское фиаско.
Белые выступали в поход к сердцу России – Москве под звуки полковых оркестров с развернутыми знаменами. Им противостояли красные под командованием их вчерашних офицеров-однополчан. Главнокомандующим Троцкий назначил царского полковника С. Каменева. В директиве от 23 июля вождь изложил план разгрома деникинцев, отведя ключевую роль задаче взятия 14-й армией Екатеринослава и Харькова, чтобы отвлечь белых от направления главных ударов красных. В конце июля Троцкий в телефонном разговоре сказал предсовнаркому Украинской ССР Раковскому: «Ключ к Южному фронту на правом фланге, то есть на украинском участке». По приказу Троцкого в 14-ю армию было отправлено 30 тысяч пар сапог, столько же комплектов обмундирования и белья. Лев Давидович подписал 9 августа инструкцию ответственным работникам 14-й армии из 14 пунктов. Цель все та же – закрутить гайки. Один из самых пространных пунктов, четвертый, посвящен формированию заградительных отрядов, армейских и дивизионных. Вот откуда черпал вдохновение Сталин, на тот момент член реввоенсовета Западного фронта, когда летом 1942 года отдавал приказ «Ни шагу назад». Добровольческая армия на последнем издыхании продолжала теснить красных и 9 октября вышла на рубеж Хутор Михайловский – Севск – Дмитровск – Еропкино – Ливны. Еще 20 сентября Троцкий написал в ЦК записку, в которой отмечал, что нужно было больше сил бросить в направлении Купянск – Харьков, и констатировал, что Украина стала основным плацдармом Деникина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
