Оставшиеся девять гензыров успели прийти в себя и подобрать с земли свои внушительные овальные щиты. Они поняли, с какой стороны их атакуют, а кто-то даже сумел рассмотреть, что нападающих всего двое. Один натягивает тетиву арбалета, а второй посылает в их сторону стрелу за стрелой, которые теперь вонзались в выставленные щиты.
– Да их всего двое! – выкрикнул самый глазастый из варваров. – Вперед!
Видимо, он был старший по званию или по опыту, потому как восемь его товарищей тут же выстроились клином и поспешили навстречу врагам, подбадривая себя гортанными криками. Возможно, что собственный шум им и помешал услышать слабый вскрик за спиной: остроглазый ветеран повалился на землю с торчащим из шеи ножом. Подкравшаяся к варварам сзади Виктория времени даром не теряла. Она и вторым ножом замахнулась, но сразу метнуть его не успела. От стреноженных коней гензыров к девушке бросились двое с кривыми мечами. Вероятно, они были из местных, но не только присматривали за лошадьми, но, скорее всего, еще и помогали поработившим их народ варварам. Да так помогали, что готовы были защищать своих новых хозяев собственной шкурой.
За что и пострадали.
Бегущий первым рухнул от пущенного в него кинжала. Ранение он получил, возможно, и не смертельное, но с полоской стали в животе сильно на поле брани не поусердствуешь.
Второй же начал вращать мечом, словно мельница крыльями под ураганным ветром.
– Ах ты стерва! – крикнул он, разглядев свою противницу. – Ну, сейчас ты у меня!..
Тем временем гензыры приближались к отцу и сыну. Виктор успел-таки зарядить арбалет и очередным болтом выбил восьмого бойца из атакующего клина. Повторно натянуть тетиву он явно не успевал, поэтому Семен решил в самой что ни на есть боевой обстановке проверить, действенна ли помощь Сапфирного Сияния. Хотя вполне рассчитывал на свое умение фехтовальщика. Да и сын стоил как минимум трех противников.
Поэтому Семен отбросил лук и колчан, дал команду Виктору прикрыть его сзади, выхватил оба меча и с лихим завыванием ополоумевшего самурая бросился в атаку.
Хоть враги такого хода не ожидали, но тут же стали расходиться в стороны, намереваясь взять идущего на смерть человека в тиски.
Когда расстояние между сходящимися противниками сократилось до пяти метров, демонические силы этого мира опять показали, чтó они могут сделать с провинившимися. Хотя семеро объятых ледяным Сиянием гензыров ни в коей мере не считали себя виноватыми. Скорее всего, они даже не поняли, отчего погибают, успев только хором душераздирающе закричать. Крик был таким громким и страшным, что атакующий Викторию предатель на какой-то миг отвлекся, и тут же его горло проткнула мелькнувшая в отблесках костров рапира.
Семь столбов Сапфирного Сияния еще только начали ввинчиваться в землю, а семейная команда уже на всей скорости прочесывала все вокруг. И так проворонили двух предателей, которые дрыхли возле лошадей, и теперь только не хватало коварного выстрела с опушки леса или новых гензыров, если какой-нибудь дозорный ускакал за подмогой. Ведь где-нибудь поблизости мог находиться другой отряд мерзких мстительных гензыров. А если они нападут неожиданно и их будет много, то тут уже и Сапфирное Сияние не поможет.
– Ну, ты, папаня, теперь почище огнеметчика можешь сражаться! – воскликнула Виктория, когда они вернулись на луг. – Как грамотно и ловко их оприходовал!
И тут же вновь отправилась наблюдать за лесом. А мужчины поспешили отвязать от столба все еще не пришедших в сознание женщин.
Волосы женщин были опалены, лица покрыты копотью и грязью, изорванная в лохмотья одежда не могла скрыть синяков и порезов.
– Смотри, – показал Семен, – остатки роскошной вышивки…
– Ага, точно! – подтвердил Виктор. – А вот здесь что-то вроде герба или родового знака…
– Чуть ли не бисером вышито…
– На них же остатки нижнего белья! Да еще с очень изящной тесьмой.
Семен почувствовал неловкость при виде неприкрытых женских тел, но не за себя, а за сына. Однако Виктор, похоже, ничуть не смущался. Напротив, молодой парень проявил практичность:
– Надо нагреть воды и отмыть их от грязи. А то и ран не видно…
И быстро приступил к делу. Благо колодец с ведрами оказался поблизости. Три ведра были набраны доверху и поставлены на тлеющие угли одного из костров. Семен тем временем принес от табуна две вполне приличные подстилки, и женщины были бережно уложены на более подобающее ложе, чем грязная и пропитанная кровью земля. Помимо этого, на трофейных лошадях было навьючено еще и много другого походного барахла, и часть из него использовали со всей сноровкой бывалых путешественников. Бинты и чистые тряпки, лечебные мази и дезинфицирующие жидкости сразу же пошли в дело.
Во время этих перемещений Семен наткнулся на раненного дочерью предателя. Тот со стонами пытался уползти в спасительную темноту, хотя при первом же осмотре ран Семен понял, что тот не жилец: кровь струилась у него из живота. Загребной только и смог, что слегка притупить боль умирающего. И, заметив, что враг расслабился, приступил к допросу:
– Почему вы сожгли мирный хутор?
Пособник гензыров, видимо, слишком уж верил в непобедимость своих хозяев, потому что ответил с ненавистью:
– Как вы посмели на нас напасть?! Вас всех убьют! Всех до единого!
– Вряд ли у твоих вонючих хозяев такое получится, – возразил Семен. – Нас вон было всего трое, но весь ваш отряд, кроме тебя, – покойники.
Раненый с недоверием приподнялся на локте и увидел лишь одного Виктора, который возился со спасенными женщинами.
– Все равно вас выследят остальные отряды!
– Да пусть выслеживают себе на погибель. Но хочу сказать: хан и его приближенные мертвы. Король вновь правит в Кариандене. Так что гензырам теперь самим бы уйти от преследования.
Глаза умирающего расширились. Видимо, он сразу поверил в невероятную новость.
– А что будет со мной?
– Не знаю. Пока я тебя спрашиваю только об одном: почему вы напали на мирный хутор?
– Наш отряд уже две недели разыскивал этих женщин, – дрожащим голосом заговорил прихвостень гензыров. – Они где-то там наместнику провинции устроили что-то страшное. Но подробностей я не знаю… Сегодня мы обыскали этот хутор и нашли беглянок… Кто они и откуда – знает наш командир… Спросите у…
Больше не раздалось ни слова: он потерял слишком много крови и умер, не чувствуя боли.
Сплюнув от досады, Загребной пошел помогать сыну.
К тому моменту, когда вода нагрелась, вернулась Виктория и непререкаемым тоном отправила брата наблюдать за окрестностями. Видимо, она посчитала, что отец больше подходит в помощники. А сама выбрала из трофеев все мыло, кровоостанавливающие и целебные мази и принялась оказывать пострадавшим женщинам первую помощь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
