Читаем без скачивания Мантикора и Дракон. Эпизод II - Анна Кувайкова

Гнев уходил, оставляя после себя неприятный осадок. Убийство детей не входило в список приемлемых для него поступков, но здесь увы как бы это ни было неприятно, поступить иначе дракон просто не мог. Жизнь собственного сына значила больше, чем моральные терзания, коли они вообще будут. Тряхнув головой, Сешъяр разогнал остатки кровавого тумана перед глазами и с отвращением вытер измазанную кровью руку об штаны, не забыв сделать мысленную пометку сжечь или выкинуть их после возвращения в деревню. И только сделав это, он поднял голову, выискивая глазами Рагдэна.

Мелкий обнаружился на острове, в той же позе, в какой он оставался, когда мужчина добрался до мальчишки. Дракончик сидел с отсутствующим выражением на морде и казалось совершенно не замечал того, что происходит вокруг него. По шее стекали тонкие капельки крови, начавшие постепенно подсыхать. Крыло дергалось, но двинуть им, судя по всему, он не мог, но даже этого не замечал, уставившись куда — то вдаль и не реагируя на внешние раздражители.

— Все в порядке? — Рик прокашлялся, стараясь справиться с легким шоком. Похоже, он в первый раз видел, каким может быть дракон, когда его ребенку угрожает опасность. Даже если противник будет не старше собственного отпрыска.

— Кто — то пострадал? — вопросительно вскинул брови Сешъяр, пряча собственное недовольство своим поведением за ледяной маской спокойствия. Беглый осмотр поляны показал, что от ракхатов осталось лишь жалкое напоминание. Несколько практикантов лежали на земле, зажимая раны от укусов, ими уже занимался Ариатар, с настолько брезгливым выражением лица, что дракон только фыркнул, качая головой. Саминэ прятала лицо за спиной полукровки, стараясь не смотреть по сторонам. Райшат равнодушно пожал плечами, дойдя до поваленного дерева и устроившись на нем с таким видом, словно вышел на небольшую прогулку с друзьями.

— Жить будут, кусаться может начнут, если, конечно, не обезумят, — будничным тоном прокомментировал свою работу демон, встав и отряхнув руки. Увидев насмешливо изогнутую бровь директора, Ариатар хмыкнул и уже более спокойно ответил. — Нормально с ними все. Так, на вкус их немного попробовали, но яд впрыснуть не успели. Кто бы мог подумать, что даже нежить побрезгует такой «пищей».

— Хорошо, — Сешъяр пропустил мимо ушей язвительные комментарии эрхана, наконец сосредоточив все свое внимание на сыне, продолжавшем смотреть абсолютно нечитаемым и пустым взглядом в никуда. Не составило труда догадаться о чем сейчас думает Рагдэн и винить кого — то, кроме себя, за это нельзя.

Криво усмехнувшись, он покачал головой. А ведь сам обвинял Корану в том, что она убивала на глазах сына. Только вот если у нее действительно не было выбора, то вот у самого Сешъяра были варианты действий. Можно было перерезать леску или просто отшвырнуть мальчишку при помощи легкого оглушающего заклинания. Или бросить тот же «Цветок Смерти», вряд ли сын смог бы определить что случилось с ребенком, в крайнем случае просто увидел бы мертвое тело, а не его внутренности, вывалившиеся на землю.

Или…

Впрочем, какой прок от этих вариантов теперь, когда все уже сделано? Остается только пожинать плоды и надеяться, что все обойдется.

Тяжело вздохнув, он осторожно приблизился к краю озера. Присев на корточки, коснулся кончиками пальцев левой руки поверхности воды, правой сплетая несложное заклинание. Готовая конструкция легла на спокойную гладь озера, покрыв его прозрачной, подрагивающей от движений воздуха сеткой. Завершающие слова и маленького дракончика подхватывают мягкие, тонкие крылья из воды, стараясь касаться как можно более бережно и осторожно. Рагдэн никак не отреагировал на происходящее, продолжая молчать.

Вода покладисто донесла драгоценную ношу до берега, передав ее на руки дракону. Использовав привязку между ними, Сешъяр вынудил сына сменить ипостась и мысленно ужаснулся, хоть и не выдал своих эмоций. На шее Рагдэна были видны ранки, пусть и не слишком глубокие и след от них не останется, но сам факт такой травмы в последствии мог повлиять на его голосовые связки. Повернув сына спиной, увидел выступающее ребро, проткнувшее кожу чуть пониже лопатки. Видимо, это и стало причиной такого состояния крыла. Непонятно только как он получил подобную травму, но сейчас выяснять подробности Сешъяр не стал, решив, что оные могут подождать.

— Сейчас будет немного больно, — тихо шепнул мужчина, склонившись к уху ребенка. Одновременно со своими словами, сформировал над рукой покров из целительной магии, замешанной на магии крови и их связи, используя последнее скорее интуитивно, чем осознанно. Так же, полностью доверившись собственному чутью, нажал на ребро, ставя его на место. При этом крепко держал ребенка в руках, пытаясь забрать пронзившую хрупкое тело боль.

Раздался жалобный всхлип. Вцепившись пальцами в рубашку отца, мелкий уткнулся носом ему в плечо, захлебываясь слезами и надрывно плача. Сешъяр незаметно для остальных перевел дух. Слезы это уже хорошо, это намного лучше, чем безразличие и ступор, владевшие Рагдэном для этого. Грудь отпустили сдавливающее до этого тугие кольца беспокойства, смыв неприятный осадок потоком облегчения и бессознательной радости.

— Все хорошо, солнце, — тихо шепнул плачущему ребенку на ухо, чувствуя как по щеке стекает непрошенная слеза. Боль удалось забрать лишь частично, да только и оного кусочка хватило, что бы понять, как не сладко пришлось маленькому мальчику. Гладя его по волосам, не переставал шептать, стараясь окутать сына своей любовью и теплом. — Все будет хорошо. Ты в безопасности, Рагдэн. Теперь все будет хорошо, малыш…

— Мама… Мама… — не переставая звал мелкий, глотая слезы. — Я хочу маму! Где мама?

— Она скоро вернется, Рагдэн, — отодвинувшись, Сешъяр ласково вытер слезы на лице сына и невесомо коснулся губами его лба. Поднявшись на ноги, удерживая ребенка на руках, дракон придал его к себе и повернулся лицом к остальным участникам практики. — Думаю, нам пора возвращаться в деревню, на сегодня мы перевыполнили план по работе в команде и уничтожили стаю малоприятной нежити.

— Это все, на что мы сегодня должны были посмотреть? — полюбопытствовал Райшат, снисходительно улыбнувшись. — Жаль, я надеялся на более интересное зрелище.

— А я надеюсь, магистр, что вы не запамятовали, с кем говорите и о чем, — сжав губы в тонкую линию, дракон зло прищурился, одарив сородича не самым добрым взглядом.

Сейчас Сешъяр не был настроен на привычную пикировку, желая поскорее добраться до комнат на постоялом дворе и успокоить сына. А еще был бы не прочь пообщаться с Кораной, хотя бы просто почувствовать ее присутствие рядом, что бы можно было поделиться этим с сыном.

— Как скажите, господин директор, — черный дракон не стал упираться и развивать конфликт. Инстинктом самосохранения природа его не обделила, почувствовать настроение директора не составило труда, а попытка мериться силами с главой Гильдии Некромантии попахивала суицидальными наклонностями. Такое звание не дают за красивые глазки.

Очередной поединок взглядом оказался снова за Сешъяром. Заметив, что сородич отступил, он кивнул ему головой и двинулся к выходу из леса, в сторону деревеньки, где они остановились для прохождения практики. Предстояло весьма не простое дело. Во — первых, успокоить сына, во — вторых, проверить его состояние, а в-третьих…

Дракон устало вздохнул. Он не знал, что «в-третьих». Все, о чем сейчас получалось думать — это Рагдэн. Мысли не давали возможности рассуждать здраво и ясно или просто поразмышлять на какую — то иную тему. И Сешъяр вполне обоснованно сомневался в том, что в ближайшее время вряд ли сможет переключиться на что — то иное.

Вечером, когда Рагдэн забылся тревожным сном, находясь под действием лечебных зелий и специального целительного полога, наложенного на его кровать, мужчина устроился на подоконнике открытого окна, опираясь спиной на стену и уставившись невидящим взором в черное звездное небо.

От тихого стука в дверь он вздрогнул, резко выныривая из своих мыслей. Проверив состояние сына, Сешъяр слез со своего насеста и подошел проверить, что же за незваный гость решил наведаться к нему.

За дверью обнаружилась Саминэ, неловко переступающая с ноги на ногу. Девочка не осмеливалась поднять на него глаза, словно сама боялась своего порыва, приведшего к двери комнат директора Академии.

— В чем дело, девочка? — тихо, стараясь не разбудить Рагдэна, поинтересовался, даже не пытаясь понять, зачем она пришла. Сейчас он не хотел ни о чем думать или гадать, душа требовала присутствия любимой рядом, однако, это не представлялось возможным в ближайшее время. Корана не желала откликаться и появлялась только тогда, когда сама считала это необходимым.

Саминэ вздрогнула, бросила на него робкий взгляд и что — то быстро написала в блокноте, с коим не расставалась никогда. Протянув его дракону, потупила взгляд. Щеки девушки покрылись легким румянцем смущения.