стакан какой-то зеленой жижи. Еще странная парочка в спецодежде кружила вокруг куста, просвечивая его странными датчиками и замеряя его лазерными указками, чтобы в конце концов срезать одну топорщившуюся веточку. Это было так странно и забавно.
Он уже начал проваливаться в сон, как вдруг на дорожке между дома появились трое. Он сначала не узнал Дези: на ней был халат, вроде того, что Кана носила накануне. Но Дез была меньше ростом, поэтому подол волочился, как бы она ни старалась его удерживать. Волосы она собрала под платок, на глазах — огромные темные очки. Кана вела ее под руку, как провинившегося ребенка. На ней был строгий наряд, такие же очки на пол-лица, ярко накрашенные губы сжаты в тонкую нить. По другую руку от Дези шел мужчина, Габриэль Тимидо. Его лицо периодически мелькало в новостях, когда советник объявлял о своих планах улучшить жизнь Нижнего города. Это был высокий человек с рыжеватыми волосами, зализанными до глянцевого блеска. Он улыбался и махал рукой соседям, оттягивая на себя внимание, которое привлекали девушки. Вот только Рему это позерство все равно не нравилось.
Рем сошкрябался с дивана и рванул в коридор, как псина, услышавшая шаги хозяина. Когда дверь распахнулась, он схватил Дези в охапку и принялся то ли обнимать, то ли душить, повторяя «идиотка хренова» и «дура конченая». Как он ни старался, даже это звучало ласково. Дези в долгу не оставалась и тоже отсыпала ему свою долю вежливостей. Кана и мистер Тимидо вошли в дом и закрыли дверь.
Рем выпустил сестру и осмотрел ее. Когда она сняла халат, платок и очки, показались смятые, разорванные на локтях шмотки. Пришитые волосы свалялись комком, а бровь была рассечена.
— Это что такое?
— Упала, когда пыталась сбежать от копов, — фыркнула Дези. — Ты думал, я просто так дамся?
— Идиотка, — выдохнул он и перевел взгляд на Кану и мистера Тимидо. — Спасибо.
Он попытался впихнуть в это слово всю свою благодарность, но все равно получилось как-то недостаточно. Он порылся в карманах, достал таблетницу и протянул Кане.
— Это все, что есть. Возьми, вдруг для исследований пригодится.
Кана округлила глаза и замотала головой.
— Благодарю, не стоит. Рем — это господин Габриэль Тимидо. Советник, — она указала на гостя.
— Спасибо вам за помощь. Мы пойдем, больше проблем вам не доставим.
Он сжал было руку на локте сестры, но советник Тимидо что-то сделал. Посмотрел как-то так, что Рем понял — хрен они куда уйдут. Словно в подтверждение, он сказал: «Надо поговорить» и направился в гостиную. Брат с сестрой последовали за ним. Мужчина указал на диван, предлагая им сесть. Кана ушла на кухню, а через несколько секунд вернулась с четырьмя чашками горячего кофе.
— Благодарю, доктор Хикари, — улыбнулся Габриэль и перевел взгляд на брата с сестрой. — В неприятную историю вы попали, молодые люди.
— Этого больше не повторится, — пролепетала Дези. Тимидо мягко улыбнулся.
— Я в этом не сомневаюсь. Вы же не лишены инстинкта самосохранения. И все же у нас осталась пара нерешенных вопросов, — он сделал глоток кофе и поставил чашку на стол. — Говорят, моя политическая программа слишком либеральна. Я планирую стать новым губернатором и взять курс на воссоединение Верхнего и Нижнего города. Это нравится не всем, многие помнят подрыв Башни Бедняков. Но, к счастью, мне удавалось создать новый образ для жителей Нижнего города среди избирателей. И тут происходит эта некрасивая ситуация с мисс Дезире.
Девушка опустила глаза.
— Я навел справки, госпожа Мария и правда ваша бабушка. Но журналистам до этого уже нет никакого дела, по их мнению вы воровка и самозванка, а Гектор Рива — защитник города и официальный протеже губернатора Никколо.
— Ваш губернатор только и знает, что по ночам до женщин домогаться, — хмыкнул Рем. Кана еле заметно вздрогнула и бросила на Рема предостерегающий взгляд. Молодой человек непонимающе нахмурился.
Тимидо невозмутимо продолжил.
— Но если бы дело было только в скандале… Господин Рива работает со всей своей одержимой страстью и ему удалось разнюхать кое-что еще, — в руке мужчины блеснул трекер Дези. — Взлом системы социального мониторинга. Это угроза совершенно нового уровня. И если в СМИ просочиться, что такие фокусы могут проворачивать необразованные бедняки, вся моя кампания полетит псу под хвост. Мисс Дезире сказала, что это Ваших рук дело, Рамон.
Рем поморщился.
— Посадите меня, а ее отпустите.
— Очень самоотверженно, — еще одна улыбка. — Но нет. Мисс Дезире отправить в Нижний город не получится. Она все еще находится под следствием, и выпустили ее только под поручительство мое и доктора Хикари. Мы представили молодую леди как ассистентку доктора, ей придется некоторое время выполнять обязанности ассистента.
Дези кивнула. Видимо, эту часть с ней уже обсудили.
— А что насчет вас, мистер Рамон. Вы, конечно, можете вернуться, но я уверен, Вам не захочется бросать сестру. К тому же, я рассчитываю получить от вас ответную услугу. Будем считать, это будет платой за мое участие в освобождении мисс Дезире. Я предоставлю ей адвоката и полную защиту.
— А от меня что нужно?
— Всего навсего сломать пару устройств.
Глава 11. Кое-что о Кане
Пока Габриэль Тимидо обрисовывал молодым выходцам из Нижнего города картину их ближайшего будущего, Кана Хикари, как ни старалась, не могла оторвать взгляда от его рук. Чтобы как-то отвлечься, она цедила кофе мелкими глотками, держала спину прямо до сведенных мышц, так что ноющая боль, растекшаяся вдоль позвоночника, подрезала крылья ее рвавшейся в полет фантазии.
«Это просто нужно перетерпеть», — напоминала она себе и, нужно сказать, умело справлялась с задачей, которую себе поставила.
Кана вообще не очень умела сдаваться. Это качество, в частности, позволило ей уже в двадцать пять лет стать уважаемым учёным, хотя все, как один, твердили, что тут все дело в наследственности. Кана Хикари была дочерью двух великих ученых, которые создали «Кассандру» — систему мониторинга и прогнозирования глобального благополучия. Эта нейросеть анализировала большие данные и могла предсказать все на свете: изменение климата, перспективы выбранной схемы лечения или насколько два человека подходят друг другу в репродуктивных и социальных целях. Последний вопрос на тот момент особенно волновал человечество. После экологических и экономических кризисов численность населения все никак не восстанавливалась, детская смертность была высокой, и первым применением «Кассандры» в Наре был поиск потенциальных партнеров, которые могли бы обеспечить выживание человечества как вида. Танака Хикари, создатель алгоритма, и Наоки, специалист-репродуктолог, работавшие над этой версией нейросети, были определены в пару. Они и не думали противиться версии
