Читаем без скачивания Бастард рода Неллеров #1 - Серг Усов

Сегодня на переменах я проиграл восемь зольдов. Приятели успели забыть, что вчера я выиграл в полтора раза больше и в качестве утешения накормили меня вкусной сдобой до отвала.

— Побегу, а то от дядьки влетит. — говорю, дожёвывая. — Спасибо, друзья.

— Не пропадай. — напутствует меня Чибит. — Заходи в гости. Не бойся, я предупрежу. Никто на тебя собак спускать не будет.

Держать в городе псов могли только дворяне, бесплатно, или богатые простолюдины, внося в казну префектуры ежегодно немалую сумму. Семья Чибита относилась к третьей категории граждан — его отцу, офицеру стражи, за содержание у себя дома служебных собак приплачивали.

— До встречи. — прощаюсь и спешу домой.

Пока Ригер опять не ушёл в свой чёртов амфитеатр, необходимо получить от него очередные уроки мечного или копейного боя, как он решит. Мой энтузиазм относительно обучения владению оружием, после того, как я приобрёл общие понятия о возможностях магии, только укрепился.

В школьной библиотеке, представлявшей собой небольшую комнату с тремя стеллажами, где двоюродный брат нашего директора торговал бумагой и писчими принадлежностями, заодно присматривая, чтобы ученики не выносили наружу и не портили книги, я нашёл всего четыре нужных мне описания, коротких как инструкция по применению молотка для слабоумных. Тем не менее, даже такие куцые знания мне оказались полезными.

Надо учиться, учиться и учиться, прав тот Ильич. Срезаю путь, свернув вначале на Мытную, а затем на воняющую псиной и мочой Кожевенную. Пересеку и окажусь на краю трущоб, жуткого района, служившего одним из многочисленных подобных очагов большинства эпидемий, временами обрушивающихся на город, герцогство, королевство материк.

Почему не снесут эти рассадники антисанитарии во всех городах? Да потому что они являются богатейшими банками практически дармовой рабочей силы, обходящейся дешевле содержания рабов. Ошиблись предшествующие поколения правителей, наделив невольников хоть какими-то правами.

А ещё, конечно же, мор считали не следствием жуткой грязи, распространения паразитов и крыс, а карой божьей за грехи. Вот и чувствовали себя спокойно обитатели трущоб, если не бунтовали. Мятежи гасились крайне жестоко.

Днём здесь было довольно безопасно, к тому же, мне предстоит пройти среди гнилых и полуразрушенных домишек всего-то метров сто, и я окажусь на своей улице, только со стороны противоположной дому скупщика Карла.

— Вот ты и попался мне, щенок.

Откуда он здесь взялся? Из воздуха что ли возник, или я, погрузившись в свои мысли перестал замечать всё вокруг? Ответ очевиден. С таким безответственным отношением к собственной безопасности однажды можно нарваться на неприятности. Можно? Какого чёрта, уже нарвался.

Тот самый остроносый мужичок, подельника которого я отправил в руки стражи, встретил меня в узком проходе между развалинами длинного сарая, заросшими крапивой, кустами и ещё не пойми чем, и хибарой с провалившейся крышей, окружённой завалившимся забором из гнилых палок.

Бежать назад уже не получится, вперёд тоже, мерзкий тип приблизился почти вплотную, а в руке у него внешне крепкая короткая дубинка.

Он следил за мной? Что-то я не замечал его почти совсем. За месяц пару раз мелькнул, и разошлись как корабли бортами мимо друг друга.

Этот сорт уродов мне известен и по прошлой жизни. Самое дно криминального мира, не воры, не убийцы и даже не мошенники. Шакалы, подъедающие объедки, только и способные, что постоять на стрёме, отвлечь внимание или вот так, как сейчас, напугать и угрожать в глухом уголке мальчишке.

Надо включать испуганного дурачка.

— Дяденька, вы чего? Я же вам ничего не сделал? — начинаю мелко трястись, отступая спиной к кустам.

Там сидит единственный свидетель моей беды разъевшийся на крысах кот, а может и кошка — кто их разберёт? — совсем не напоминающий земных домашних питомцев, скорее, лесного матёрого хищника.

— Не сделал? — он оскаливает рот с частью жёлтыми, а больше почерневшими зубами. — Ты, сучонок, меня дохода лишил. Помнишь? И теперь будешь мне возвращать то, что я из-за тебя потерял.

Всё понятно. Убивать этот подонок меня не собирается, ему не нужно. Запугать и заставить платить — старый как мир способ наживы.

Ошибся остроносый, ох, как ошибся. Перед ним не простой паренёк из небогатой семьи, а битый жизнью мужчина, хоть пока ещё и не в достаточно крепком теле, не успел я его прокачать. Зато, чем защитить себя у меня имеется — нож, в простонародье именуемый заточка, именуемый, разумеется, в оставленном мной мире, здесь про такую форму не знают, нужды пока ни у кого не возникало.

Сам себе оружие сделал, объяснив опекуну правила детской игры в ножички. Тот и повёлся, подобрал мне подходящую заготовку. В самом деле, это своим школьным приятелям я придумал развлечение на деньги, а у соседских-то ребятишек откуда монетам взяться? Для них другие игры потребовалось придумать.

Ножны изготовил из двух тонких дощечек, стянув их между собой кожаным ремешком. Теперь заточка всегда при мне, когда покидаю наш с дядей домик, спрятана под рубашкой навыпуск, висит на ремне с правой стороны.

— У меня нет денег. — удачно выдавливая из глаз слёзы.

— Это меня не волнует. Понял? Будешь мне сюда приносить каждый шестой день по полудрахме. Где возьмешь, меня не интересует. Воруй, проси милостыню, подрабатывай. Раз на школу есть, найдётся и на откуп. Иначе тебе конец. Запомнил? В следующий раз…

Что случится потом, в случае, если я не стану выполнять его требования, он договорить не смог. Взяв меня обеими руками — одной за ворот рубахи, другой за шею — не мог увидеть, как я извлёк нож, удар которым точно в печень заставил его содрогнуться от резкой, невыносимой боли.

— А-ахх… т-ты… с-сучонок…

Придурок был пусть и не крепким, но всё же взрослым мужиком, а я в теле подростка, и свернуть мне шею он смог бы, по идее, но его скрутило так, что у него не осталось сил даже закричать. Только хватал ртом воздух, смотрел на меня полными мук и ненависти глазами, пытался говорить и начал оседать на землю.

Мне уже приходилось убивать, так что, в оторопь не впадаю и рассуждаю достаточно спокойно. Если не считать кота, нас никто ещё не увидел. Да и действовал я в порядке самообороны, а наказаний за превышение её необходимых мер в этом мире к счастью не предусмотрено. Получается, со стороны закона ничего не грозит. А действовал остроносый на свой страх и риск, не как представитель какой-нибудь шайки. Даже если станет известно,