Выглядел не в пример лучше чем вчера, но сил подняться самостоятельно не было. Тут же вскочила и подставила своё плечо, предлагая опереться. В ответ последовал долгий внимательный взгляд.
Который неожиданно смутил, поэтому глаза я неловко опустила в пол.
Почувствовала на себе тяжесть его тела – помощью всё же решил воспользоваться – и обхватила его за торс рукой, второй придерживая за плечо. Поднимались мы медленно, осторожно.
Если эта гора мышц упадет на меня с высоты своего роста – быть беде. Перелому точно.
Моя возродившаяся не так давно ирония так и плескала, хорошо, что пока тихо и только в моей голове. Зато это было признаком того, что морально ощущаю себя довольно комфортно.
Вместе мы вышли на улицу, где я поймала долгий взгляд, намекающий, что если не хочу стать свидетелем справления естественной нужды, то можно бы и отвернуться или отойти. Молчаливым предложением воспользовалась тут же – удивительно, как быстро пришло взаимопонимание, и, облокотив мужчину на стену землянки, вошла внутрь.
Здесь собрала покрывало с пятнами крови, подготовила посуду и приняла нелегкое для себя решение отправиться на озеро.
Как же было страшно идти туда одной после вчерашнего. Прямо снова начинало трясти от одной только мысли, но альтернативы пока не видела.
Посчитав, что в принципе времени ему должно было быть достаточно, приоткрыла дверь и вышла наружу, увешанная поклажей для стирки и сбора запасов воды. Зверь сидел недалеко от входа и смотрел на дверь, видимо, ожидая меня.
– Думаю, нужно сходить на озеро. Постирать. И воды тебе принести. Сейчас тебе лучше много пить. Боюсь представить, сколько крови ты потерял…
Меня прервал недовольный звук и хмурое выражение лица.
– Послушай, ну сколько мы тут протянем без воды? А ты же не можешь идти, ведь…
Он тяжело встал, демонстрируя, что справится, если мне так сильно приспичило принести воды.
– Ты свалишься по дороге.
Игнорируя мой укоризненный взгляд, он сделал шаг мне навстречу и покачнулся, еле успела подхватить. Зверь наклонился и коснулся губами вчерашнего укуса, отчего невольно зажмурилась, ожидая новой порции боли. Однако он всего лишь поцеловал и снова посмотрел на меня долго и многозначительно.
Кажется, это значило, что кусать меня постоянно он не собирается, а вчера – был исключительный случай.
Ещё один тяжелый шаг.
– Я же говорю…
Однако, не обращая внимания на мои слова, хотя и опираясь на мои плечи неподъемным грузом, он продолжал медленно идти.
Упрямства в нем столько же, сколько и веса. Однозначно. Переубедить просто нереально. С другой стороны, идти вместе не так страшно. Пусть и медленно. Но нам же торопиться и некуда.
Шли мы очень долго, периодически отдыхая под кронами особенно раскидистых деревьев в тенечке. Когда же впереди показалось озеро, я едва не прыгала от счастья.
Усадив спутника на берегу, принесла ему воды и разделила ягоды, которые к счастью попались по дороге, на равные доли. Ну как на равные, разделила по соотношению наших весовых категорий.
Однако съев небольшую часть, огромная мужская ладонь ссыпала мне на колени остатки, ухватив при этом емкость с водой. Зверь жадно пил. Мне даже пару раз пришлось сбегать к озеру.
Там же затирала покрывало и повесила сушиться. Набрала в термос и емкость ещё воды. И посчитав, что тащить его к воде, а потом обратно, сложнее, чем принести воду несколько раз к нему и промыть уже заживающие чудом раны, так и поступила.
Аккуратно водила влажной тряпкой по его телу, шея, плечи, кубики пресса, длинные крепкие ноги. Раны заживали оставляя на его смуглой коже неаккуратные светлые шрамы, которые конечно украшают мужчину, но не в таком же количестве. Мне было искренне жаль его. Хотя нет, это не жалость. Скорее сочувствие.
А ещё неплохо бы постирать его бриджи с засохшими пятнами крови.
Ухватилась за резинку и потянула вниз, только в этот момент сообразив, что даже не объяснила, что и зачем делаю. Тут же поймала озадаченный взгляд, от чего сразу смутилась, залившись румянцем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Прости. Подумала, что нужно и твою одежду постирать.
Свою же застирала после вчерашнего, опять щеголяла в одной только рваной длинной футболке.
Мужчина расслабился, позволяя мне себя раздеть и продолжая сканировать взглядом. А потом протянул вновь пустую кружку.
Застирав его импровизированные штаны, я набрала ещё воды и присев рядом, поднесла к его губам. Сделав большой глоток, зверь, продолжая сидеть на траве, слегка откинул голову назад, а я случайно плеснула на его грудь и живот. Быстро провела рукой, смахивая капли на землю, а его кожа… покрылась мурашками.
Вместе с тем нельзя было не заметить, что такое простое мое действие привело к тому, что раненый и почти бессильный мужчина сейчас возбужден. Заставить себя перевести взгляд от его паха на лицо было непросто.
Машинально облизала губы и отвела глаза в сторону, разглядывая букашек в траве. Как вообще после всего, что между нами было, можно смущаться? Но я не знала, как правильно себя вести с ним новым.
Мужчина же протянул руку и за подбородок повернул так, чтобы поймать мой взгляд. Его большой палец очертил контур моих губ, которые раскрылись сами, не дожидаясь, пока подумаю, что делаю.
Он притянул меня к себе, и в то время, когда была увлечена осторожным, но глубоким поцелуем, гладя его волосы и шею, перекинул одну мою ногу через себя, усадив верхом на свой живот. Его действия в мгновение зажгли внизу моего живота искру, которая разливалась теплом по всему телу.
Учитывая тот факт, что мое белье было изодрано в клочья еще в первую нашу встречу, все последнее время ходила без него. А потому он не мог не заметить мою довольно влажную реакцию и довольно фыркнул, от чего я вновь смутилась.
– Послушай, – чуть отстранилась от его губ, – нам наверное не стоит, ты еще слаб…
Его руки почти невесомо погладили меня от лопаток по талии до бедер, посылая очередной импульс возбуждения, а упрямый завороженный взгляд говорил о том, что он против моей теории о том, что нам сейчас нужно делать, а что нет…
– Ну, если ты уверен, то… – не договорив, снова прислонилась к нему в поцелуе. Его язык тут же вновь скользнул внутрь, вытворяя такие вещи, что я просто теряла голову – гладил, нажимал, проходился по зубам.
М-да, прогрессирующая разумность отразилась и на этом.
И всё же чувствовалось, что он ещё не здоров полностью – если обычно от его объятий дышать было трудно, то сейчас огромные лапищи лишь легко поглаживали мои бедра и ягодицы, чуть сжимая, но не причиняя совершенно никакого дискомфорта.
Не разрывая поцелуй, надавила на его плечи, заставив лечь на траву, и чуть приподнялась, насаживаясь на его словно каменный член. Столько времени провели вместе, а привыкнуть к этому размеру так и не получается, каждый раз удивляюсь, как в меня помещается это. Однако чувство наполненности приносило скорее удовлетворение, чем дискомфорт.
Смущение не покидало, поэтому не сводила взгляд с его плеч. Так было проще.
Но мужчина отрывисто выдохнул и переместил одну руку на мой затылок, аккуратно фиксируя голову за волосы и заставляя смотреть себе в глаза. Я же продолжала медленно двигаться, потихоньку заливаясь краской.
Обычно мы занимались сексом в порыве страсти, не особо соображая, что именно делаем, кусая, царапая друг друга. Чаще ночью. Сегодня же все было иначе.
Будто впервые. Аккуратно. Чувственно. Осознанно…
Да, я видела по его глазам, что со вчерашнего дня что-то изменилось, будто человек начал просыпаться. И сейчас этот человек хотел не просто чувствовать, а видеть, знать наверняка, что я здесь, с ним, по доброй воле. Ощущать мои эмоции. Ловить каждый мой стон, вырывавшийся из чуть закушенных от витающей неловкости губ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Нервы были будто оголены, всё мое внимание сосредоточено на его пронзительном смущающем взгляде и собственных, подводящих к грани удовольствия, ощущениях. Поэтому прошло совсем немного времени, когда я почувствовала, что близка к окончанию и ускорилась. Он не мешал, только пристально смотрел и глубоко дышал, иногда сжимая губы, видимо тоже сдерживаясь, надеюсь, не от боли. Меньше всего сейчас мне хотелось причинять ему боль.
