После одного из торжественных вечеров и последующего ужина прекрасный пол также занялся умерщвлением плоти, производя эту операцию особенно торжественным образом. Женщины превзошли мужчин и ходили по улицам даже босиком, несмотря на то, что процессии нередко продолжались шесть и более часов кряду. Те дамы, которые в силу известных обстоятельств не могли принимать участия в процессии, под влиянием уговоров со стороны иезуитов, производили самоэкзекуции дома. Позднее вошло во всеобщую привычку, что женщины и девушки расхаживали официально по улицам с плетью в руках, и даже дамы высших сословий не стеснялись показываться в публичных местах полуобнаженными и занимались при всем честном народе умерщвлением своей плоти. Считалось, что таким путем они дают всем очень хороший пример. Один период времени был настолько чреват подобными эксцессами, что духовенство стало произносить в церквях соответствующие проповеди, а известный теолог Герзон, ректор парижского университета (канцлер), написал в порицание столь грустного явления крайне желчную статью. Он утверждал, что сделавшийся модным обычай нельзя иначе назвать, как безбожным, ибо он идет вразрез не только со здравым смыслом, но и с благопристойностью. «Если кто-либо так легкомысленно проливает свою собственную кровь, то он поступает так же дурно, как если бы он сознательно себя кастрировал или как-нибудь иначе изувечил. С таким же успехом он мог наносить себе ожоги при помощи раскаленного железа, чего, между прочим, до сих пор не наблюдалось, и чего никто не находил разумным и желательным, за исключением разве лжехристиан и индийских идолопоклонников, которые считают священной обязанностью крестить себя посредством огня».
В 1601 году парламент Парижа издал особый декрет против всяких братств флагеллянтов в Бурже, носивших имя синих кающихся. Немного погодя приказание, изложенное в упомянутом только что декрете, было распространено на все союзы флагеллянтов, причем пояснялось, что члены этих сообществ будут почитаться не только еретиками, предателями и цареубийцами, но, помимо всего этого, еще и распутниками или распутницами. После этого секта начала распадаться, а затем и вовсе исчезла из Франции.
В семнадцатом столетии наблюдались еще изредка единичные процессии в Италии, Испании и Португалии. Патер Мабиллион рассказывает, что в 1689 году ему пришлось встретиться в Турине с процессией флагеллянтов, дефилировавшей по улицам в Страстную Пятницу. Далее известно, что еще в 1710 году подобные торжественные шествия наблюдались в Италии. В своем сочинении «Испанские и португальские хроники» Кольменар упоминает об аналогичных процессиях, которые, впрочем, – прибавляет он – являли собою смесь галантности со святостью и набожностью. «В этих процессиях, – говорит Кольменар, – принимали участие все кающиеся и хлыстуны города. На головах их были надеты высокие, в три фута, конические шапки, напоминавшие собою головку сахару; шапки эти были изготовлены из белого полотна, причем с передней части их опускалось нечто вроде вуали, покрывавшей лицо сектанта. Некоторые примыкали к процессиям из побуждений чисто религиозного характера, другие же становились участниками шествия только в угоду своим возлюбленным, а также и потому, что подобный род галантности считался совершенно новым и даже неслыханным. Такие сектанты носили перчатки и белые сапоги, имея на манишке, на шапке или на пучке розог ленточные банты того именно цвета, который предпочитался обыкновенно дамами сердца их. Они истязали себя по установленным в братстве правилам, применяя для этой цели чаще всего плеть из веревок, в конце которой были скрыты туго скатанные восковые шары, унизанные осколками стекла. Кто истязает себя наиболее сильно, тот почитается самым мужественным».
В Лиссабоне еще в 1820 году существовали процессии флагеллянтов. Доктор Мадден рассказывает, что в 1847 году ему приходилось встречаться с подобными процессиями, но без публичных истязаний во время торжественного шествия.
Глава XIII Флагеллянты
Флагеллянтизм с его обычаями, нравами и церемониями, историческое происхождение и развитие которых мы рассмотрели в предыдущей главе, представляет собою в высшей степени изумительное явление. Некоторые историографы пытались доказать, что флагеллянтизм явился следствием той громадной и сильной эпидемии чумы, которая свирепствовала и похищала огромное количество жертв в Германии. Мы лично более склонны полагать, что он представляет собою результат массы тех нововведений и реформ, которые были предприняты по отношению к существующим прежде формам почитания Бога различными людьми, в различные времена и в самых отдаленных странах света. В человеке скрывается, очевидно, врожденная наклонность к строгому виду богослужения. У всех народов древности, молились ли они одному богу или поклонялись нескольким богам, существовал обычай в целях благочестия наносить себе физическую боль и довольно мучительные страдания. И это прежде всего свелось к самобичеванию, которое с самых ранних времен применялось в той или иной форме решительно повсюду. Самобичевания считались особенно священными у христиан, и это объясняется тем обстоятельством, что факт нанесения себе физической боли представляет собою как бы часть из истории земных страданий Иисуса Христа.
Впрочем, в самой процедуре умерщвления плоти и телесных покаяний существовала огромная разница между христианами Востока и Запада. На Востоке христиане как по количеству, так и по влиянию своему были постоянно организованы и ни в теории, ни на практике не позволяли себе таких излишеств и увлечений, как западные братья их. Так, например, сознание грехов и безграничное покаяние они считали уже достаточной искупительной жертвой, причем лучшим и самым необходимым спутником покаяния служили у них слезы. Во время богослужебных обрядов и церемоний слезы на Востоке играли поэтому главную роль, а так как самобичевание является великолепным и самым действенным средством для того, чтобы заставить человека плакать, – то вот к этому именно способу восточные народы зачастую и обращались.
Западные же христиане пошли в этом направлении гораздо дальше: по их верованию, акт самобичевания обезвреживал каждый совершенный грех, отнимал от него, так сказать, бывшее его значение. Вот почему они прибегали как к непосредственной, прямой и немедленной искупительной жертве именно к самоистязаниям. Габриель, архиепископ Филадельфии, в своем сочинении «Собрание деяний святых», приводит несколько исторических фактов в доказательство того, что христиане Востока имели действительно упомянутое представление о самобичевании и добровольном умерщвлении плоти. Вот что говорит, например, этот автор.
«Некий святой решил удалиться от света и поселился на горе Митриа, расположенной в Тебене. В келье, находившейся по соседству с кельей этого отшельника, проживал монах, который очень часто навзрыд плакал, упоминая при этом о совершенных в жизни своей грехах. Так как святой не в состоянии был плакать, но в то же время сильно завидовал своему монаху-собрату по отшельнической жизни, то последний как-то обратился к первому со следующими словами: «Отчего ты плачешь, несчастный? Почему ты не оплакиваешь горькими слезами своих грехов? Я доведу тебя до слез, я хочу, чтобы ты непременно плакал, и если ты, по своему внутреннему побуждению, не можешь вызвать на глазах твоих слезы, то я употреблю все усилия и добьюсь того, что ты будешь плакать, несчастный!»
С этими словами монах взял в руку большую плеть и стал усердно хлестать себя до тех пор, пока не впал в блаженное состояние, граничившее с ощущением полного счастья. Таким образом он снова вызвал у своего соседа чувство бесконечной зависти и, разумеется, подражание.
Другой писатель о восточных христианах говорит: «Некоторые из монахов орошали землю своими слезами, в то время как другие, не умевшие без причины плакать, обращались к истязанию себя плетьми или розгами».
Христиане Запада, бывшие более свободными и менее ограниченными, заходили в своих мыслях и мнениях о полезности флагеллянтизма гораздо дальше. Хотя они и прибегали к аналогичному способу умерщвления плоти на том же основании, на котором истязали себя восточные собратья их, но тем не менее главным и доминирующим побуждением в данном случае служила у них любовь к Иисусу Христу вместе с желанием путем известных страданий приблизиться к нему и стать ему более родственными.
Это основание проглядывает в статутах различных духовных орденов, а во многих из них проходит даже красной нитью. Так, например, в некоторых предписаниях говорится: «Тот, кто занимается умерщвлением своей плоти путем самобичевания, должен во время экзекуции мысленно представлять себе Иисуса Христа, следить своим духовным оком за Его страданиями, испытанными Им на кресте. Каждый кающийся должен постараться испытать те же боли, которые достались на долю Сына Божия».
