строй, – Востровский сверлил его взглядом. – Я тебе сказал – к Лере не подходи. Что тут может быть непонятного? Не твой уровень! Не твой! Заруби на своем носу! Если не понимаешь по-хорошему, могу объяснить и по-другому, – он, понизив голос, перешел к угрозам: – Я ведь могу тебя не только уволить, но и поспособствовать, чтобы не взяли ни на одно приличное место. А у тебя кредит на квартиру. Сделаю так, что пойдешь кирпичи таскать вместе с гастарбайтерами. Так стоит ли рушить жизнь из-за девушки? Ты вот об этом подумай, – он обошел стол и сел в свое кресло. Снова поднял взгляд на Сергея: – Свободен, – последовал хлесткий приказ.
Задерживаться Сергей не стал. Нужно подумать над случившимся, сплошные непонятки. Лера дочь Востровского! В голове не укладывается.
Стоило открыть дверь “аквариума”, как все разговоры стихли. В очередной раз быть источником пересудов Жаркому не понравилось. Его разглядывали как диковинную зверушку. Прошел к своему рабочему месту и сел в кресло, спиной ощущая, как коллеги сверлят его спину взглядами. Он реально чувствовал это физически.
Едва запустил компьютер, как посыпались сообщения практически одного содержания – кто эта девушка и почему влепила ему пощечину. Ну про “кто” он в курсе, а вот за что… Хотел бы и сам знать. Отвечать не стал, пошли все к черту.
– Больно? – излишнее сочувствие в голосе Агаты заставило скрипнуть зубами. Да не по голове же кирпичом дали, тут, скорее, пострадала гордость. – Вот, приложи, – девушка протягивала лед, завернутый в полотенце. Где-то уже подобное было.
– Спасибо, – Сергей старался держать себя в руках. – Не нужно было беспокоиться.
Агата смотрела таким взглядом, будто он раненый боец. Что за манера из всего устраивать трагедию?
– Но это же больно. Наверное, – она переминалась с ноги на ногу, все так же протягивая ему сверток. – Просто я никогда не давала пощечин.
– И не нужно, – Сергей, забрав лед, положил его на стол. – Это уместно только в кино.
– Да-да, – закивала Агата, соглашаясь, – такой некрасивый поступок. Я даже не представляю, что ты мог сделать такого, чтобы так разозлить ту девушку.
“Да я и сам не представляю”, – но вслух эту мысль не произнес. Мессенджер на компе всё продолжал оповещать о новых сообщениях. Говорят, только девушки отличаются любопытством. Черта с два! Парни тоже не прочь пообсуждать что-нибудь.
– Агата, извини, я сейчас совсем не настроен на общение. Да и дел много.
– Конечно. Прости. Ну, я пойду? – она так старательно изображала участие, что только раздражала.
– Иди, – кивнул он девушке. – Да задрали, – прошипел, открывая сообщения. Сейчас этих как пошлет. Наплевав на корпоративную этику. Смешно им, подлецам. Бабки-сплетницы, а не мужики.
Подхватив дурацкий сверток со льдом, пошел в туалет. Надо же посмотреть, что там на лице такого страшного, что Агата опять всполошилась. Телефон тоже захватил. У него просто острейшее желание позвонить одной злой фурии.
Как и ожидалось, ничего на лице криминального нет. Небольшая краснота, не более того. Через пять минут и ее не останется. Высыпал лед в раковину, вытряхнул полотенце, чтобы вернуть владелице. И откуда у девчонок всегда есть всё?
Разобравшись со льдом, вышел в холл, направляясь в укромный угол. Там не помешают разговору. Только вот разговора и не вышло. Его номер тупо был в черном списке. Сообщения тоже не доходили до адресата. Вот тебе и приплыли. Лера не только скора раздавать пощечины, но и рвать все контакты.
– Зашибись, – раздраженно произнес Сергей. – Сразу видно – родственники. Характером, похоже, в Востровского.
Пока он пялился на экран телефона, подошли двое коллег.
– Так что за горяча штучка? – один из них, закинув руку Сергею на плечо, ехидно задал вопрос. – Симпатичная такая, но уж очень резкая. Машуня сказала, что представилась как Валерия Клименко. Так кто такая? Нам всем ну очень интересно, чего ты то с синяком, то вот пощечину влепили.
– Очень интересно, – поддержал его второй. – Тут еще Агата на тебя виды имеет. Так вьется. Не знает, бедненькая, с какой стороны подкатить. Серый, имей совесть, всех баб себе загребаешь!
– За что, похоже, и огребает! – хохотнул первый.
– А не пошли бы вы в пешее эротическое? – рыкнул Сергей, сбрасывая руку шутника со своего плеча.
– Да ладно, было б из-за чего расстраиваться. Валерия, конечно, куколка и фигурка зачет, но не скажу, что прям мисс Мира.
– Так всё, парни, отвалили, – Сергей, махнув рукой на коллег, пошел в офис. Нафиг идиотов. Там работы еще непочатый край, а с Лерой потом поговорит. И вообще он еще не решил, стоит ли оно того.
Востровский мужик серьезный, просто так угрожать не будет. Про таскать кирпичи начальник, конечно, загнул, но репутацию подпортить может. На счету только два платежа за ипотеку. Сделал доброе дело, называется. Нет, требовать назад деньги у Дениса он не будет. Это просто непорядочно, да и сделал это от всей души.
Прощелкать карьеру ради малознакомой девицы, с которой пару раз целовался, будет очень глупо и недальновидно. Но и спустить ситуацию на тормозах Сергей просто не мог. Все вопросы должны быть закрыты. Иначе зудеть будут в мозгу. Да твою то мать!
Повторное возвращение Сергея в кабинет Алексей Георгиевич наблюдал, вскинув бровь и сложив руки на груди. Зорко следил за подчиненным, наблюдая, а не захочет ли тот высказаться. Востровский делал ставку на амбиции парня. Хоть и молод, но уже умеет расставлять приоритеты. На рожон не полезет, а Лерка теперь его и на пушечный выстрел не подпустит. Дочка упертая и резкая, и терпеть не может, когда на неё давят. А тут такая подстава за ее спиной.
Алексей Георгиевич размышлял о том, что она через пару месяцев перебесится, а к тому времени у Сергея уже пропадет интерес. И если с нужным Сергеем не срастется, всегда можно найти замену. Жаль, нечего и мечтать свести Леру с Ярославом Подгорским. Вот это да, вот это был бы ход! В любом случае, пусть и талантливый, но начинающий архитектор без должного веса и финансов в зятьях ему не интересен.
Сергей бросил на шефа быстрый взгляд и прошел на свое место, впервые жалея, что выбрал дальний от входа угол. Теперь
