что никакой выгоды для себя. Да, я не богата, но на жизнь вполне хватает. Мне не нужны ваши материальные блага.
- Предпочитаешь быть нищей? Твой папаша позаботится об этом!
- Я не буду нищей! – произнесла она. - И чтобы вы знали, Ярослав Витальевич, что нищим быть не стыдно, стыдно быть дешёвым! Бесспорно, обидно терять свои деньги и имущество, но они лишь материальные блага, по-настоящему жалко, когда человек теряет свою истинную собственность — своё человеческое достоинство.
- Какая-то шалава станет мне здесь о достоинстве распинаться! – вскипел Ярослав, - я и так проявил к тебе большое терпение и проявил милосердие, предложив такой девке, как ты стать моей женой!
Это уже слишком. Алиса встала и приблизилась к мужчине, посмотрев с презрением в его чёрные глаза, решительно ответила:
- Кость, брошенная собаке, господин Соколовский, не есть милосердие. Милосердие - это кость, поделённая с собакой, когда вы голодны не меньше, чем она. Вы предложили мне сделку исходя лишь из своих собственных интересов.
- Ты просто несносная женщина! У тебя отвратительный характер, Лисица. Не можешь не перечить, жизнь не чему не учит, так?
- У меня нормальный характер, - возразила девушка, - просто это вы спутали мой характер с моим отношением к вам. Мой характер зависит от меня, а моё отношение к вам - от вашего поведения.
Ярослав опешил. Он просто оторопел и удивлённо смотрел на девушку, пару раз моргнув. Она боится его до потери сознания, но продолжает язвить. Губы его сжались. По его взгляду Алиса поняла, что Яр даже не предполагал, что она вздумает отказываться от его предложения. Господи, неужели этот мужчина считает себя таким сокровищем?
- Выйдешь за меня замуж и долг твоему отца я прощу. Но вот украденное он должен будет вернуть, - процедил холодно он.
Алиса заметила, что он сжал руку в кулак, словно сдерживался, чтобы не кинуться на неё.
- Я должна подумать.
- Ты, кажется, не поняла, девочка, я не спрашиваю твоего согласия. У тебя лишь два пути: бордель или замужество.
- Вы готовы заплатить столь внушительную сумму за женитьбу на мне?
- У меня есть для этого свои весомые причины. Да.
Алиса на миг закрыла глаза. Вот и всё. Все её розовые мечты сложились в один миг и рухнули, словно хрупкий карточный домик. Она так мечтала выйти замуж по любви, а не стать женой бездушного человека, который не умеет любить. Она мечтала о прекрасной сказке, о доме, детях и любящем мужчине.
Алиса внимательно посмотрела в глаза Яра, пытаясь отыскать в его взгляде хоть небольшой намёк на доброту. Но его лицо было строгим, губы сжаты, он явно уже принял решение и её мнение его мало интересует.
- Но вы ведь презираете меня. Как можете жениться на такой женщине?
- Мне не нравится в тебе твоя безнравственность, Лисица. А во всём остальном… ты очень красивая женщина. В постели нам будет хорошо, - он усмехнулся, видя её замешательство.
Алиса сжалась под его наглым взглядом.
- Наш брак будет фиктивным? – спросила она.
- Нет, самым что ни на есть настоящим во всех смыслах этого слова. И не строй здесь из себя оскорблённую невинность, - добавил он, видя, как округлились её глаза. – У тебя нет выбора, - жёстко напомнил он, словно она могла об этом забыть.
Алиса и сама это понимала. Она должна помочь своему отцу. В конце концов она должна отцу. Он вырастил её один, потеряв рано жену и ни в чём не отказывал дочери. Алиса перевела дыхание, она обязательно выяснит в какую историю влип её отец и куда исчез. Она мало что понимала во всей этой истории, но точно знала одно – отец её очень любит.
Ярослав хмурился, наблюдая за безрадостным выражение её лица.
- Я делаю подарок тебе этим предложение, ты разве не понимаешь?
- У нас с вами разное понятие о подарках, Ярослав Витальевич, - произнесла гневно девушка, её синие глаза горели вызовом, - для вас деньги значат всё – они для вас истинные подарки, настоящая ценность. Для меня же более важными подарками являются: любовь, честность, порядочность... Они - это та единственная ценность, которая не поддаётся власти и не продаёся за деньги. Но подобные подарки слишком дорогие и не стоит их ждать от дешёвых людей.
На лице Ярослава показались красные пятна. Он приблизился к девушке и яростно схватил её за волосы, прожигая взглядом. Алиса даже не вздрогнула и не отвела взгляда, лишь небольшой стон, вырвавшийся невольно из её горла, показал Яру, что его хватка причиняет ей боль. Их взгляды скрестились в молчаливом вызове, мрак против стали. Губы девушки приоткрылись и Ярослав замер, переводя взгляд на них: пухлые, такие соблазнительные и невероятно сладкие. Он уже и думать забыл о том, что хотел проучить её за эти слова. Мысли спутались, гнев уступил место желанию.
Его рот яростно накрыл губы девушки. Но поцелуй очень быстро перестал быть грубым. Алиса поражённо замерла в его руках. Сейчас её целовал кроткий, преисполненный нежности ласковый мужчина, который каким–то чудесным образом уживался в одном теле с деспотичным и властным. Переполненная чувственными эмоциями, девушка прижала ладони к его груди и страстно ответила на его поцелуй. Она тут же ощутила, как он внезапно замер, явно не ожидая от неё такого порыва страсти и отклика.
Яр мгновенно позабыл о сдержанности и стал целовать её по–настоящему, буквально теряя голову от страсти. Алиса ощущала жар, исходивший от его мускулистого тела. Они оба тяжело дышали и, прервав поцелуй, они посмотрели друг другу в глаза, голова у обоих шла кругом.
Алисе в это мгновение показалось, что одной лишь силой своего притягательного взгляда, она была способна приковать его к себе, но ощущение это было иллюзией, она это знала. Такого мужчину, как Ярослав непросто удержать.
Всё тело Ярослава напряглось, когда своей нежной щёчкой девушка задела его гладко выбритую щёку, пытаясь отстраниться. В его виски сильно ударяла кровь, в которой зажглось страстное пламя такой силы, что он громко застонал, словно от нестерпимой муки. Алиса вздрогнула, а он плотнее вдавил свои бёдра в её живот, давая девушке в полной мере почувствовать всю силу своего желания.
Мужчина что-то невнятное прорычал ей на ухо, запечатлев поцелуй на шейке и невольно заёрзал восставшей плотью о её бёдра, чтобы хоть немного облегчить адскую боль, которую он испытывал сейчас.
Наверное
