Читаем без скачивания Прораб стройки светлого будущего - Алексей Абвов

Несмотря на то, что на предыдущей встрече мы уже затрагивали этот вопрос, возвращение к нему я вполне ожидал.

— Мы уже договорились с вами на счёт того, что простой передачи технологий из будущего не будет. И причины тоже озвучили, надеюсь, они были понятны? Сами технологии не стоят ничего без научной и технической базы, а так же людей, эту базу поддерживающих. Взять этих людей сейчас просто негде. Если вы оторвёте множество своих специалистов от всего того, чем они сейчас занимаются, то только потеряете время, а к желаемым результатам придёте не сильно быстрее, чем в нашей истории. Избежите некоторых ошибок, но наделаете много новых, которые неизвестно во сколько обойдутся. А при реализации всех наших предложений, вы получите грандиозный научный и технический рывок уже через десять-пятнадцать лет так, как будто вы всё сделали сами без нашего непосредственного участия.

— Да, но всё же есть мнение, что как-то маловато полезного мы получаем от вас, хотелось бы большего.

— Вот как раз для этого 'большего', мы и просим выделить нам ресурсы и дать возможности. И для вас и для нас будет лучше, если мы не просто будем что-то передавать вам, а продолжим техническое развитие с позиций, которые остались в будущем, нашим небольшим коллективом. Однако нам очень хотелось предложить вам проект, который собирался реализовывать Советский Союз в нашей истории, и на который у его руководства не хватило политической воли.

Я протянул Хрущёву очередную объёмную папку с одной большой надписью — ОГАС (Общегосударственная Автоматизированная Система учёта и обработки информации). Хрущёв углубился в чтение, прочитав первые две страницы, где по обыкновению было кратко и максимально ёмко в тезисах изложено основное содержание папки, сначала поднял свой взгляд на меня, как бы желая что-либо спросить, но затем, перевернув страницу, продолжил чтение. Сначала его лицо практически ничего не выражало, потом появилась сильная заинтересованность, а после она сменилась сильным раздражением и даже старательно сдерживаемым гневом, когда он дочитал до конца исторической справки.

И я его вполне понимал, ибо испытывал сходные чувства, когда знакомился с этими материалами, подготовленными моими людьми. Даже в наше время очень мало кто из специалистов, изучающих новейшую историю, знает, что такое проект ОГАС и зачем он был нужен. А ведь это ещё один их утерянных ключей к той самой несостоявшейся победе социализма. И ведь даже тогда всем знавшим было настолько очевидно, что только реализация ОГАС позволит СССР решить экономические проблемы и выйти на новые горизонты, однако всё так и осталось на уровне проектов и благих пожеланий. Так что же такое ОГАС и почему возник этот несостоявшийся проект?

Тут следует начать с того, что экономика в СССР была плановой. Впрочем, если быть объективным, любая более-менее развитая экономика не может не быть плановой. Даже западные компании, так или иначе, планируют свою деятельность. Какое-либо производство без планирования вообще невозможно. И совсем не 'спрос рождает предложение', как пишут в учебниках по рыночной экономике, а тщательно спланированный план. Куда в этой самой 'рыночной экономике' входит реклама и маркетинг, вся эта грандиозная система доставки товара от производителя до потребителя, занимающая поистине огромное место, совершенно несравнимое со значимостью выполняемой ей функцией. При капитализме эта гигантская надстройка служит для преодоления конкурентного барьера, для того, чтобы покупатель купил именно товар определённого производителя, а не чей-либо другой, в неё вкачиваются огромные средства и лишь для того, чтобы получить возможность эффективно планировать. Чем дальше развивается производство, постепенно повышая производительность труда и снижая затраты, тем меньшую долю ресурсов оно занимает и наоборот, больше ресурсов забирает надстройка, обеспечивающая распределение произведённой продукции. Если в начале капиталистического времени именно производства владели магазинами, то сейчас уже магазины начинают владеть производством, голова и хвост постепенно поменялись местами. При социализме же можно избежать гигантских пустых трат на всё это перераспределение, эффективно планируя практически всё от и до. Но вот сделать это качественно, избежав перманентного затоваривания неликвидом и дефицита реально нужных товаров, крайне непросто. Если при основании СССР планирование имело ограниченное по перечню товаров и ресурсов значение, касающееся только стратегического уровня, план ГОЭЛРО, индустриализация страны, перенос военных производств на восток во время войны, к примеру, и показало высокую эффективность, то чем дальше развивалась страна, тем эта больше эта эффективность планирования снижалась. Вручную возможно строить эффективные планы в тяжелой промышленности, в производстве военной техники, можно планировать некоторый ограниченный перечень товаров первой необходимости, а вот товары массового спроса уже нет. Слишком много информации приходится учитывать, и необходимая скорость этого учета возрастает в геометрической прогрессии с ростом товарного рынка. Пока продовольственный рынок, рынок одежды и обуви, а так же некоторых других мелких товаров оставался за отдельными колхозами, кооперативами и мелкими индивидуальными производителями, всё было хорошо. Экономика страны развивалась, продуктов и товаров хватало, спрос удовлетворялся. Но после денежной реформы 1961 года государство активно продолжило классовую борьбу, забирая под себя всё что производил этот самый 'частный сектор' и кооперативы, что послужило резкому сокращению того самого предложения. И всё из-за принципиального недостатка производительности плановых органов, не считая остальных перегибов, сопутствующих любым резким изменениям экономической политики. Ну не могут люди, перекладывающие бумажки и использующие счёты, эффективно управлять потребительской экономикой по объективным причинам, сколько бы этих людей не было. В масштабе небольшого города, может быть, и получилось бы, но не в масштабе всей страны. А потому идея создания единой государственной информационной системы для нужд планирования экономики и управления государством оказалась в шестидесятых годах очень своевременной. Первым, кто понял эту суровую необходимость и начал что-то предпринимать был тогда ещё заместитель председателя Совета министров СССР Алексей Николаевич Косыгин. Да, именно тот Косыгин, ставший в последствии председателем СОВМИН-а, который относительно успешно провёл экономические реформы в середине шестидесятых, позволивших СССР совершить огромный экономический рывок, но из-за вкравшихся системных недостатков и систематического саботажа на всех уровнях, вылившихся в 'застой' брежневской эпохи. Косыгин поручил разработать концепцию такой системы талантливому учёному Виктору Михайловичу Глушкову, который в то время как раз занимался вопросами автоматизации в области государственного планирования. Глушко не подвёл, и уже в 1963 году вышло Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, в котором была отмечена необходимость создания в стране Единой системы планирования и управления (ЕСПУ) и Государственной сети вычислительных центров. Естественно, из его изначального проекта было много чего удалено, к примеру, такое смелое новаторство, как введение электронных денег, которое было для того времени слишком радикальным. А после из проекта убрали и все экономические положения, связанные с этой системой управления экономикой, оставив только 'голое железо'. И всё же этому проекту как бы давался 'зелёный свет', не считаясь с огромными расходами, сравнимыми с годовым военным бюджетом и длительного срока реализации, который простирался аж до девяностых годов. Но уж очень многих значимых лиц данный проект при своей реализации мог бы оставить не у дел. Против этого проекта активно выступала Центральное Статистическое Управление (ЦСУ) под руководством В.Н. Старковского. Аппарат ЦСУ чётко понимал, что с введением данной системы в строй они перестанут быть нужными, а огромную власть этого управления, созданного ещё по инициативе Ленина, никто из них терять не хотел. Именно на статистике, готовящейся ЦСУ, и не редко далёкой от реальности, осуществлялось непосредственное управление страной, что к середине восьмидесятых — началу девяностых годов привело к неадекватным действиям власти. Власть просто не догадывалась, что народ в чём-то нуждается, она видела красивые статистические отчёты о росте экономического благосостояния трудящихся, о росте производства самых разных товаров, а внизу у этих самых трудящихся вовсю бушевала эпоха дефицита. Так вот, тогда в шестидесятых, было принято странное решение о передачи разработки, доработки и реализации программы ОГАС именно ЦСУ. Где её благополучно и развалили, уничтожив все имевшиеся документы так, чтобы ничего невозможно было восстановить. Даже для учебников новейшей истории ничего не осталось.