Пикси изумлённо уставилась на меня.
— Ты… правда сделаешь это?
— Да, — пожала плечами я. — Но взамен ты отработаешь на меня не менее пяти лет. Будешь честно отвечать на вопросы, служить мне верой и правдой, приносить пользу. Это не всегда будет просто, пикси. Тебе придётся принять мои правила. Но в награду я сделаю всё возможное, чтобы избавить тебя от проклятья. Что ты ответишь мне?
Пикси склонила голову, а потом зубасто усмехнулась.
— Ну как же жаль, что в этот раз тебя угораздило родиться драконом, принцесса, — сказала она. — Из тебя вышла бы отличная Королева…
— А по существу?
— По существу — согласна. Сделка!
— Сделка, — облегчённо прикрыла глаза я. — И у меня к тебе первый вопрос: ты знаешь эльфийские привороты, которые не оставляют следов?
— У-у-у, — фыркнула она. — Тебе в алфавитном порядке? Или по воздействию?
— Хм. Совсем не оставляющие следов?
Пикси нахмурилась.
— Совсем, не совсем… Покажи мне, о ком мы говорим, и я скажу тебе точно.
— Хорошо, — кивнула я, — отправляйся к Ирлине, пусть она покажет тебе Гэри. Проверь, всё ли с ним в порядке.
— Сделаю!
Я дождалась, пока пикси меня оставит, а после принялась настраивать круг связи. Необходимо поговорить с отцом с глазу на глаз. И назначить время связи.
“Завтра. На рассвете”, — высветилось в круге.
Я вздохнула. Что же, у меня будет время, чтобы написать отчёт для тайной службы. И даже немного поспать.
Живём!
12
Мне снилось, что в кромешной тьме вокруг кровати клубится туман. Меня обнимали чёрные крылья, перья ласково щекотали обнажённую кожу. Было в этих объятиях что-то неназываемое, пугающее, неземное. Но странное дело: мне они приносили уют, покой и ощущение дома.
Такого, какого у меня, возможно, никогда не было…
Я проснулась на рассвете и рывком села в кровати, почти ожидая увидеть кого-то рядом. Но каюта была пуста, и первые лучи солнца заглядывали в окно.
Интересно, к чему снятся такие сны? Надо будет поинтересоваться у Ирлины при случае… Вздохнув, я быстро встала с кровати. Солнце в драконьей столице встаёт чуть позже, но всё равно у меня не так много времени на то, чтобы приготовиться к аудиенции с Императором. Слава Небу, что ледяная магия в сочетании с чарами позволяет мне при желании быть прекрасной в любое время дня и ночи.
Правда, я часто устаю быть прекрасной. Но это уже совсем другая история.
Мои волосы, заплетённые ко сну, рассыпались по плечам, чтобы через пару мгновений снова собраться в сложную, предписанную принцессе причёску. Ледяные кандзаси по мановению моей руки прихватили волосы, звеня инеем. Ночное платье преобразилось, украшенное изморозью. По полу потянулся снежный шлейф. Чары легли на моё лицо, скрывая любые следы сна.
Когда над артефактом соткалась призрачная фигура Ледяного Императора, я была готова.
— Мой Император.
— Дочь, — сказал он ровно. — Рад видеть тебя в добром здравии. Получил твой краткий отчёт. Ты отлично поработала.
— Я не сделала ничего сверх того, что положено ледяной принцессе, отец.
— Возможно. И всё же, мы, твоя семья, гордимся тобой. Ты хотела что-то со мной обсудить?
— Да…
Я вкратце пересказала всё произошедшее.
Император задумчиво нахмурился.
— Интересно, — сказал он. — Ты права, нам следует обратить внимание на эльфийские секреты. Я разрешаю тебе на своё усмотрение предоставлять своим новым подчинённым и рабам преференции в обмен на информацию.
— Хорошо, — по этому пункту — победа. — Также я хотела обсудить с тобой посольство, мой Император. Кто-то из наших должен отправиться послом к сидхе. И это должен быть по-настоящему доверенный, подходящий для подобной работы кадр.
— Да, я уже выбрал кандидатуру. Это будет леди Джина.
Что?! У меня всё заледенело внутри.
Я — принцесса. У меня не так много настоящих друзей. Чтобы их пересчитать, даже не придётся задействовать все пальцы пресловутой одной руки.
Но Джина входит в этот короткий список; более того, она его возглавляет. И…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— При всём уважении к твоей воле, отец, Джина — со всех сторон неподходящая кандидатура. Она не лучший дипломат, к тому же принадлежит к знатному эльфийскому роду. Это может создать больше проблем, чем пользы. Её могут принуждать к следованию эльфийским законам…
— Верю, что она, приёмная дочь моей сестры, справится с трудностями, — голос отца был холоден.
Я сжала зубы.
— Мой Император… Прошу, давайте поговорим начистоту. Мы оба понимаем, что это — ссылка. Что сделала Джина, чтобы так прогневить тебя?
Отец прикрыл глаза. На его лице промелькнуло усталое выражение.
— Она была предупреждена. И не вняла предупреждению.
— Возможно, я заслуживаю более подробных объяснений?
— Леди Джина вступила в отношения с Далом Ртутным.
Что?!
— И что?! — воскликнула я, не сдержавшись. — С каких пор у нас отношения под запретом? Что за безумие?
— С тех пор, как это стало заходить слишком далеко, — отрезал отец. — Ртутный дом малочислен. Слишком, если учесть, что именно на это семейство в первую очередь опирается Трон. Отношение Дала Ртутного к леди Джине стало непозволительно серьёзным. Он прилюдно высказал мнение, что больше не будет искать свою пару, потому что любовь уже нашёл. И это недопустимо.
Отец жёстко посмотрел мне в глаза.
— Трон не интересует любовь. Ртутному Дому нужны наследники, которых эта эльфийка не может дать. Знаю, она твоя подруга. Мне жаль, Иэ. Но я не вижу другого выхода.
Я сжала кулаки.
— Мой Император… Я многим жертвую на благо этой Империи. Я безропотно принимаю твою волю. И крайне редко тебя о чём-то прошу. Но сейчас я вынуждена это сделать.
— Не разочаровывай меня, Иэ…
— Отец! — выдохнула я. — Стоя сейчас, передо мной, скажи мне, что все годы, которые я бросила к ногам твоего трона, не стоят одной милости! Прямо сейчас, глядя в глаза, обреки мою лучшую подругу на изгнание! Покажи, чего на самом деле стоит моё слово!..
Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша.
— И, если оно не стоит ничего, то я сегодня же сложу свои обязанности.
— Ты шантажируешь меня? — бровь Императора поднялась в знакомом жесте. Том самом, который я часто вижу в зеркале.
— Если это единственный способ для меня добиться твоей милости — да. Я шантажирую тебя. Если же я всё же не только оружие Трона, но и дочь… тогда я прошу.
Он усмехнулся и прикрыл глаза.
— Всё же, тебя неплохо обучили. Я доволен… Хорошо. Хотя это и ошибка, но я сделаю, как ты просишь. Но впредь, будь добра, воздержись от такого тона в разговоре со мной.
— Да, мой Император, — я опустила голову, пряча выражение глаз.
Он едва слышно вздохнул.
— Политикам непросто иметь друзей, дочь.
— Я знаю, — мне ли не знать.
В том числе и то, что это единственное “прости”, которое ты можешь себе позволить.
— Значит, сказано и услышано. Твой дальнейший маршрут вместе с инструкциями и сопроводительными бумагами прилетит к тебе с вестником в течение трёх дней: нам нужно ознакомиться с документами, которые пришли сегодня. Отдыхай. О кандидатуре посла тебя уведомят отдельно.
Круг связи погас.
Я пару мгновений постояла столбом, а после, тихо рыкнув, смела всё со стола. По стенам пополз лёд.
— Госпожа? — в дверь осторожно постучали.
Я скривилась.
— Исчезни, Деррен.
— Может, я могу помочь?
— Можешь. Исчезни! И передай остальным помогальщикам, чтобы меня сегодня не беспокоили. Только по срочным вопросам!
За дверью воцарилась тишина. Я для верности заморозила дверь, чтобы наверняка.
У принцесс не бывает истерик. Они не имеют права на капризы, дурное настроение, слёзы и прочее.
Любая слабость, продемонстрированная прилюдно, будет использована против тебя. Любое неосторожное слово вернётся огромными неприятностями.
