– Суришатус! – торжественно произнесла Минерва, коснувшись волшебной палочкой серого мышонка. Писк перешел в пронзительное мяуканье – вместо мышонка на подставке сидел серый котенок.
Почти ни у кого это не получилось ни с первого, ни со второго раза. Котята получались то с мышиными хвостами, то с мышиной головой, а у Невилла и вовсе вышла пушистая мяукающая крыса. Гермиона улыбнулась, увидев это, и повернулась к своей безупречно белой кошке. Рон только устало вздохнул, увидев это. Его котомышь истошно вопила каким-то почти человеческим голосом.
Гарри пододвинул к себе жирную мышь и, откашлявшись, произнёс: «Суришатус!» Перед ним появился пушистый сиамский котенок.
– Вау! Глянь-ка, Гарри, получилось! – воскликнул Рон.
– Очень хорошо, Поттер! – раздался удивленный голос Макгонагал. – Попробуйте-ка ещё раз, – она забрала у Невилла его полукрысу и положила перед Гарри.
– Суришатус! – он коснулся её палочкой. Появившийся кот был ужасно смешным, но это был кот! Гарри удивленно на него посмотрел.
– Замечательно! – одобрительно покачала головой Минерва и от удивления даже забыла похвалить Гермиону.
Впервые от домашнего задания – сделать работу над ошибками, нарисовав схему превращения – была освобождена не только мисс Грейнджер, но и Гарри.
* * *
Следующие два урока Гарри захотел прогулять или куда-нибудь сбежать, или стать невидимым. Но, опасаясь, что будет ещё хуже, вошел в ненавистное подземелье. В конце прошлого учебного года Гарри был уверен, что навсегда распрощается с зельеведением, но не тут то было. Снейп и экзаменационная комиссия оценили его настойку на «отлично».
– Многим из вас незаслуженно повезло во время СОВ, и каким-то чудом удалось получить хорошие баллы. Поэтому я вижу вас сегодня здесь, хотя и в неполном составе. Такие тупицы, как Лонгботтом, больше не будут плавить котлы и варить новые, бесполезные настойки вместо тех, что были предусмотрены программой, - ядовито поприветствовал класс Снейп.
Теперь со всех 4 факультетов изучать зелья осталось около 30 человек. Гарри увидел, что Малфой сидел без своей свиты и верной Пэнси, и не удержался от злорадной улыбки.
– У, черт, и зачем я только сварил на экзамене нормальное зелье! – пожаловался Рон на ухо Гарри. – Сам не знаю, как получилось!
– Поттер, - черные глаза Снейпа впились в лицо Гарри. – Я вижу, что вы слушаете не меня, а Уизли. 5 очков с Гриффиндора.
Гермиона что-то строго прошипела Рону.
– Поттер! То есть простите, мисс Грейнджер! Здесь делаю замечания я, а не вы. Ещё 5 очков с Гриффиндора! Продолжим урок.
Лица Гермионы и Гарри вспыхнули, но профессор только слегка усмехнулся.
– Сегодня мы попробуем сварить снотворное зелье. На самом деле существует более 100 видов этого зелья, вам достаточно знать хотя бы несколько. Рецепт на доске. Приступайте.
Руки Гарри все еще дрожали от злости, когда он сел толочь морские ракушки. Гермиона коснулась его запястья, и когда он поднял на неё глаза, успокаивающе кивнула. Гарри хотел что-то сказать, но, испугавшись потери ещё 5 очков, промолчал. Рон остервенело плющил свои ракушки, очевидно, представляя себе, что это голова Снейпа. Малфой победоносно улыбался.
В течение урока Снейп проходил мимо Гарри и Гермионы, сосредоточенно трудящихся над кипящими котлами, но вопреки ожиданиям, не проронил ни одного едкого замечания. Рон, рискнувший покоситься на него, заметил, что проходя мимо Гарри, Снейп брезгливо кривился, а возле Гермионы о чем-то задумывался. Когда зелье было готово, Снейп взял флакончик Гарри и посмотрел на свет.
– Таким пойлом не заставишь уснуть даже слизней, пожравших школьную капусту, - проронил он, ставя образец настойки к другим.
– Что у вас, мисс Грейнджер? – и взглянув на её пузырёк, едко заметил. – Раньше получалось лучше. Очевидно, ваши мысли витали далеко от уроков.
И Гермионе не понравилось, как он на неё посмотрел.
* * *
В течение дня больше никаких досадных событий не произошло. А после вкусного обеда Гарри забыл даже о неприятностях на уроке Снейпа. Теперь его волновало другое – где он и Гермиона будут встречаться. Однако Рон ни на минуту не оставлял их.
– Рон, - вдруг произнесла Гермиона, - я совсем забыла сказать тебе, что в этом году я не буду старостой. Вместо меня назначили Парвати Патил.
– Как! А ты? Почему?! – возмутился Рон.
– Видишь ли, у меня много предметов. Я не буду успевать выполнять обязанности старосты. Поэтому я попросила профессора Дамблдора освободить меня от этой должности. И поэтому пойди помоги Парвати навести порядок, первокурсники совсем разошлись! А меня и Гарри вызывает к себе директор.
Гермиона взяла Гарри за руку и вышла с ним из гостиной.
– Гермиона, - он взволнованно сжал её пальцы, - как нам теперь быть?
– На обратном пути все узнаешь, - ответила девушка и смущенно улыбнулась. Похоже, волнение Гарри ей было приятно.
– А сейчас мы куда? – удивился он.
– К профессору Дамблдору, конечно!
– Но… я думал, что ты хотела отвязаться от Рона.
– Одно другому не мешает, - пожала плечами Гермиона.
* * *
«Мармеладная мушка», винтовая лестница и двери в кабинет директора. Очки-полумесяцы радостно блеснули парню и девушке, расспросили про первый день учебы и велели садиться в кресла.
– В свете новых событий, ты, Гарри, понимаешь, что должен уметь гораздо больше, чем обычный ученик Хогвартса. Поэтому у тебя будут дополнительные уроки по защите от темных искусств, которые будет вести Аластор Муди, и уроки по высшей магии, которые буду давать я, - сообщил профессор Дамблдор.
– Вы?! – обрадовался Гарри.
– Да. И мисс Грейнджер тоже будет их посещать.
Гермиона заелозила на месте в предвкушении новых знаний.
– Помимо этого, - продолжил Дамблдор, - продолжайте изучать блокологию с профессором Снейпом. Это для вас сейчас самое главное.
Гарри вздохнул.
– Простите нас, сэр, но профессор Снейп так груб с нами! – воскликнула Гермиона.
– У Северуса непростой характер, - согласился Дамблдор, - но лучшего блоколога я не знаю. Поэтому прошу вас продолжать занятия.
– Да, сэр, - снова вздохнул Гарри.
– И ещё… В связи с такой занятостью, я попросил бы тебя, Гарри, не возвращаться в команду по квиддичу, - серьёзно произнес Дамблдор.
Вот ведь странно, когда Амбридж запретила ему играть в квиддич навсегда, он был на грани отчаяния. Теперь его просит не играть и дальше сам Дамблдор! Но Гарри почему-то не почувствовал грусти. Может, прошло время или что-то изменилось? Гарри вспомнил, что его отец был прекрасным ловцом, но после школы не пошел играть в профессиональную сборную. Значит, были дела поважнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
