Читаем без скачивания Шуттовские деньги - Роберт Асприн

– А где они остановились? – поинтересовался Бикер. – Быть может, можно было бы попробовать договориться с владельцем этого отеля?

– Остановились они в «Катящихся костях», – кисло отозвалась Рембрандт. – А это – вотчина Максины Пруит. Вряд ли с ней можно о чем-то договориться.

– Это точно, – угрюмо буркнул Шутт. – На самом деле, я бы ничуть не удивился, если бы оказалось, что она помогла им разыскать Шоколадного Гарри. – Он нахмурился. – А ведь это забавно: сколько проблем одновременно нам создали именно посторонние!

– Ренегаты, якудза, МНС, – перечислил Бикер. – Да, это похоже на заговор. Но по крайней мере наш юный Суси хотя бы якудзу на какое-то время отвлек. А я могу твердо заверить вас в том, что все ваши финансовые отчеты в полном порядке. Даже если эти инспектора сунутся, они даже при самом жесточайшем аудите не найдут никаких нарушений.

– Умница, Бикер, – похвалил дворецкого Шутт. – В этих делах я тебе целиком и полностью доверяю. Но вот о том, что творится с Шоколадным Гарри, нам стоит позаботиться. Он превратил наш склад в военизированное укрепление, и тем самым на какое-то время обезопасил себя от посягательств, но сдерживающий фактор во все времена служил только временной мерой. К тому же сложившееся положение мешает нормальной жизнедеятельности. Когда кому-то нужно сбегать на склад за свежей батарейкой и он знает, что для этого предстоит пройти через такие препоны, он, скорее всего, предпочтет не ходить, и что же тогда получится? А получится то, что какое-то наше оборудование не будет функционировать как положено. Но с другой стороны, если мы велим Ш.Г. снять все возведенные им оборонительные укрепления, он станет легкой добычей Ренегатов.

– Порочный круг, – вздохнул Армстронг. – Опять нужно думать о том, как избавиться от Ренегатов. Он в сердцах ударил кулаком по подлокотнику кресла. – Я бы предложил сцапать их, застигнув врасплох, а уж потом сочинить какой-нибудь благовидный предлог и, воспользовавшись им, вышвырнуть их с Лорелеи. А потом пусть Макс себе волосы рвет и пеплом посыпает.

– Это риск, – отметил Бикер. – Могут пострадать ваши люди.

– Чтобы легионеры не справились с горсткой каких-то жалких цивилов? – проворчал Армстронг и горделиво вздернул подбородок. – Думаю, мы бы с ними без труда управились, капитан.

– Знаю, знаю, ваши люди себя в обиду не дадут, лейтенант, – улыбнулся Шутт. – Но мы находимся не на поле боя, а в закрытом помещении, битком набитом гражданскими лицами, и не имеем права прибегать к применению силы всякий раз, когда нам этого захочется. Безусловно, если все прочие меры окажутся бесполезными, я обещаю вам вернуться к вашему предложению, но для начала мне хотелось бы выяснить; какими еще вариантами мы располагаем.

– Не так все просто, – заметила Рембрандт. – Если за всем этим стоит Максина Пруит, то избавление от Ренегатов – это всего лишь временное облегчение. Она изыщет другой способ навредить нам. И я так думаю, она будет этим заниматься все время, пока мы будем здесь находиться.

– Вы правы, – согласился Шутт. Он прикрыл глаза и помассировал переносицу. – Я подозреваю, что почти все наши недавние неприятности исходят от нее, хотя и не могу этого доказать. Но если она вынудит нас реагировать на десятки всевозможных комариных укусов, она добьется свой цели: этим она измотает нас, и у нас не будет сил ответить на настоящую беду, которая может нагрянуть оттуда, откуда мы ее не ждем. Классическая партизанская тактика.

– А напрямую ударить по Пруит мы никак не можем? – сдвинул брови Армстронг.

– Без превышения полномочий – нет, – покачал головой Шутт. – И без риска причинить вред гостям станции. Для того чтобы в открытую выступить против нее, нужна очень наглая провокация с ее стороны, а Макс не настолько глупа, чтобы презентовать нам такую провокацию. Но даже если бы она и сделала нам такой царский подарок, и мы бы в итоге одержали победу, генерал Блицкриг все выставил бы, как наше поражение.

– Знаете, я вот думаю, – рассеянно проговорила Рембрандт, – может быть, мы тут подзасиделись? Когда мы получили это назначение, все были в полном восторге, и в принципе, если забыть о пережитых проблемах, нам тут было очень и очень здорово. Но я, например, не для того поступала в Космический Легион, чтобы казино охранять. И я очень опасаюсь того, что пребывание здесь в конечном итоге может отрицательно сказаться на боевой подготовке роты, и когда дойдет до дела, окажется, что наши солдаты обленились, разбаловались и разучились держать в руках оружие.

– Да-да, у меня тоже бродили примерно такие же мысли, – подхватил Шутт. – Для того чтобы разнимать пьяные драки у стойки бара и вылавливать карточных шулеров, элитное подразделение Космического Легиона, по большому счету, ни к чему. Боюсь, очень многие наши люди попросту утрачивают здесь свою квалификацию именно в силу своей невостребованности.

– Совершенно с вами согласен, – горячо поддержал капитана Армстронг. – С этой работой запросто бы справились гражданские. Не пытайся Пруит нам подгадить, можно было бы со спокойной совестью улететь отсюда и оставить вместо себя переодетых актеров. Добавить к ним еще несколько подготовленных охранников – и в казино все было бы тихо и спокойно.

– Быть может, вы правы, – кивнул Шутт, – Единственный нюанс в этой радужной перспективе заключается в том, что Максина ни за что не уйдет со сцены. И даже если уйдет она, ее место непременно займет какой-нибудь другой мафиози.

– Круг замкнулся, – мрачно констатировал Армстронг. – Начинай сказку сначала. – Не приноси это заведение такой прибыли, я бы посоветовал вам умыть руки, капитан.

– О, уверяю вас, за хорошую цену я бы его продал, не раздумывая. – заверил Армстронга Шутт. – Самая большая ошибка любого инвестора – держаться за собственность тогда, когда продавать ее уже поздно.

Бикер согласно кивнул.

– Однако не стоит забывать и о том, что продавать что-либо в панике, до срока также не стоит. Макс Пруит была бы вне себя от радости, если бы вы решились отдать казино за бесценок. Через полгода его владелицей стала бы она – если не в тот же день.

– Вот-вот, готова побиться об заклад, – подхватила Рембрандт. – Вы бы вышли через парадный вход, а она бы вошла через служебный.

– Ладно, пока я никаких таких шагов делать не собираюсь, – покачал головой Шутт. – Настанет время – тогда и будем действовать, и к тому времени мы будем в полной боевой готовности. Пока же постараемся смириться с тем, что имеем.

– Есть, сэр, – отозвались Рембрандт и Армстронг. Вид у них обоих был совсем не веселый.

– Слишком многие происходят, – устало и озабоченно покачал головой Клыканини. – Это плохой быть. Один маленький ошибка моги становиться очень большой.

– Понимаю, к чему ты клонишь, – кивнула Супермалявка. Миниатюрная легионерка только что сменилась с дежурства и еще не успела снять костюм официантки, благодаря которому могла беспрепятственно перемещаться по толпе завсегдатаев казино, не привлекая к себе внимания – ну, кроме тех, естественно, кто хотел заказать выпивку. – Наша рота справиться с любой бедой, когда действует сообща. А теперь Шоколадный Гарри сидит в осаде из-за этих пакостных байкеров, и чтобы пробраться на склад, нужно, считай, беспримерный подвиг совершить – под стать взятию бастиона. И агентов этих из МНС, что на капитана компромат собрать возжелали, ты своими глазами видел. И, что того хуже, в нашей роте обосновался самый настоящий шпик.

– Тактика борьба с такой положение бывает описана в военные учебники, – сообщил подруге Клыканини. Волтон-великан допоздна засиживался за книгами, штудировал всевозможные руководства, стремясь как можно лучше познать природу человеческую. Особенно большой интерес у Клыканини вызывали учебники по военной истории из личной библиотечки лейтенанта Армстронга. – Крепи свой позиций против один враг, но при этом собирай силы против другой. «Тактика обороны» – вот какой называется этот книжка. Когда читать, все простой получается, а в жизни, наверный, так не бывать.

– Да, в жизни так легко не получается, – кивнула Супермалявка. – Знаешь, эту фразу можно было бы сделать девизом Легиона – по крайней мере, именно руководствуясь ею, живут многие подразделения. Нам повезло: у нас командир не такой, как все, правда, Клычина?

Клыканини хрюкнул – совсем по-кабаньи. Правда, человек, плохо знакомый с волтонами, мог бы и испугаться, заслышав этот звук. Но Супермалявка знала, что это хрюканье можно приравнять к негромкому смеху.

– Больший, чем повезли, – сказал Клыканини. – Капитаны, наверный, какой-то большой ошибка делай, за что его посылай в наши рота. Только наши капитаны – он не на шутку умный бывай, это я серьезный говори. Он нам показывай, что мы моги бывай самый лучший рота в Легион, и заставляй много трудиться, чтобы это так и случайся. Я так думай: наши капитаны.– самый лучший командиры в Легион.