Это было почти так, как если бы оно кричало мне, чтобы я осталась в живых.
Не обращать внимания на мрачное облако.
Поэтому сегодня я решила сделать именно это. Тяга оставаться в постели весь день охватывает меня, как мстительный призрак, но мне удается откинуть одеяло и встать, чтобы принять душ и освежиться.
Единственное, чего я не могу сделать, это посмотреть на себя в зеркало.
Маленькими шагами.
Я спускаюсь по лестнице около десяти. Останавливаюсь в огромной гостиной со всем ее безупречным мрамором и широкой лестницей. По какой-то причине это кажется пустым и таким... неправильным.
Не тем местом. Неправильной жизнью.
Те мысли, которые пришли мне в голову, когда я впервые пришла в себя в больнице, снова нападают на меня.
Я плюхаюсь на диван. Потребность лечь и уснуть окружает меня, как колыбельная, но я не сдаюсь ей.
В последний раз, когда я это делала, случилась катастрофа.
Кто мог так поступить со мной и почему?
Если я хочу найти ответы, мне нужно больше знать о себе.
Я достаю телефон и гуглю свое имя. Появляется несколько фотографий в форме чирлидерши, на мероприятиях по сбору средств вместе с Алексом и на вечеринках.
Улыбка на моем лице такая отвратительная и фальшивая. Я ненавижу эту улыбку. Это не я.
Есть несколько статей о моем исчезновении на месяц, когда мне было двенадцать, некоторые предполагают, что произошло похищение. Другие говорят, что это был случай бегства. На фотографии, где меня сняли, когда папа держал меня на руках, я была в грязной одежде, с растрепанными волосами и пустым лицом — таким пустым, что это пугает.
Я провожу пальцами по снимку.
— Что с тобой тогда случилось?
Имя папы отображается в поиске по теме: Гарет Эллис. Я гуглила его раньше и часами рассматривала его фотографии. Они всегда приносили мне чувство безопасности и спокойствия.
Гарет Эллис был высоким, подтянутым мужчиной, как и Алекс. У него типичный американский вид: светлые волосы, ярко-голубые глаза и квадратная линия подбородка. Он всегда носил костюмы английского покроя, будто родился в одном из них.
Я провожу пальцами по его лицу, чувствуя, как давление нарастает у меня за глазами.
Скучаю по тебе, папа.
Согласно его странице в Википедии, папа всю свою жизнь был холостяком. Нигде нет ни одной фотографии его жены — моей матери. Сколько бы я ни копала, я натыкаюсь только на статьи о сплетнях, в которых утверждается, что моя мать могла быть шлюхой, которую оплодотворил мой отец.
Я морщу нос. Из того, что я до сих пор слышала о папе, он никогда не был вовлечен в скандал из-за женщин. В статье он сказал им: «Рядом со мной есть единственная девушка, в которой я нуждаюсь, моя Рей».
Я закрываю результаты поиска, чтобы не начать реветь как идиотка. Какое я имею право огорчать своего отца, если я даже не помню его?
Мой палец зависает над Инстаграмом, прежде чем я открываю его. Мой профиль такой же пластичный, как и жизнь.
Все дело в митингах, чирлидинге и вечеринках с остальной частью команды. Мои селфи воплощенное совершенство с идеальным макияжем, идеальными образами и совершенным всем.
Иногда Оуэн и Себастьян фотографируются со мной, что должно означать, что мы поддерживали связь в течение последних трех лет.
Я прокручиваю дальше до своих самых старых фотографий. Учитывая, что я привлекающая внимание шлюха, которая часто публикует посты, мне требуется несколько минут, чтобы добраться до воспоминаний из средней школы.
Моя единственная фотография с Ашером смотрит на меня в ответ. Ей три года, а это значит, что в то время мы были старшеклассниками.
Он стоит посреди пустого поля в бело-синей футбольной форме. Его майка прилипла к животу от пота, а под глазами залегли черные линии, подчеркивающие их лесной цвет.
Он широко и слегка дерзко ухмыляется, выглядя таким великолепным ублюдком, каким он и является.
Он держит меня в свадебном стиле на своих сильных руках. На мне подходящая бело-голубая форма чирлидерши с надписью «Синие Тигры» сверху. Одна из моих ног подброшена высоко в воздух, а обе мои руки образуют букву V с синими помпонами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Огни пятничного вечера сияют позади нас, создавая идеальную пару. Подписи нет, но есть хэштеги. #ТигрыЗаПобеду #МыЛучшие #ШтатГдеМыЖивем #МойГерой
Я таращусь на последний хэштег, будто в то время я могла проникнуть в свою голову и понять, почему, черт возьми, я его так назвала.
Затем я смотрю на свою улыбку на фото. Широкая и глупая, почти... счастливая. Это не фальшивая улыбка, как все мои улыбки после. Во всяком случае, моя фотография с Ашером последняя, на которой у меня было подобие искренней улыбки. Все, что после этого, пластик... фальшивка.
Что произошло три года назад?
Я пытаюсь проследить за социальными сетями Ашера и посмотреть, является ли это изменение взаимным. Потом я вспоминаю, как Люси говорила мне, что он не пользуется социальными сетями. Он никогда не пользовался, даже в старших классах.
Интересно, почему?
Я проверяю свой личные сообщения. Они все либо от Бри, либо от остальной команды. Они спрашивают, почему я не отвечаю на звонки и не вернулась в школу.
Я отвечаю только Люси, говоря, что у меня назначена встреча с врачом.
Надеюсь, она поверит в это и попросит остальных оставить меня в покое.
Я собираюсь выйти из приложения, когда на моем экране вижу новое сообщение. Имя пользователя — Cloud003. Я нажимаю из любопытства, а потом ахаю.
Cloud003: Хочешь знать, кто связал тебя, как шлюху?
Мое сердцебиение учащается, когда я читаю и перечитываю сообщение. Это человек, который это сделал?
Я прокручиваю вверх и нахожу другие сообщения от того же пользователя.
Первое сообщение, которое он отправил, было два года назад.
Cloud003: Я наслаждалась твоей киской сегодня. Счастливого Хэллоуина.
Cloud003: Кстати, эта маска, которую ты носила, была такой паршивой маскировкой. Я, очевидно, знаю, кто ты такая.
Рейна Эллис: Что заставляет тебя думать, что я не знаю, кто ты?
Cloud003: Сомнительно. Иначе ты бы не раздвинула для меня свои ноги с такой готовностью. Ты бы не кончила так сильно на мой член. Признайся — тебе нравятся острые ощущения от неизвестности.
Рейна Эллис: Тебе тоже.
Cloud003: Но я уже знаю, кто ты, моя шлюха. Ты моя шлюха, Рейна?
Рейна Эллис: Да.
Cloud003: Только моя шлюха?
Рейна Эллис: Только твоя.
Я таращусь на сообщения. Этого не может быть. Я бы никогда не назвала себя шлюхой.
Кроме того, кто, черт возьми, этот парень?
Я нажимаю на его профиль. Он настроен на приватный, и там нет фотографии профиля. У него ноль подписчиков, и он следит за двумя аккаунтами, но я не вижу за какими.
Проклятье.
Я возвращаюсь к переписке между нами.
После этого обмена есть сообщение от меня.
Рейна Эллис: Мы можем встретиться?
Cloud003: Это не так работает, Рейна. Повтори это и скажи это правильно на этот раз.
Рейна Эллис: Мы можем встретиться, пожалуйста?
Cloud003: Мне нравится, когда ты умоляешь, но нет, ты меня не интересуешь за пределами неизвестности.
Рейна Эллис: Но ты уже знаешь, кто я такая.
Cloud003: Точно.
Рейна Эллис: Ты придурок.
Cloud003: Тот, на чьем члене ты скакала всю ночь.
Рейна Эллис: Пошел ты. Я больше с тобой не разговариваю.
Больше никаких сообщений от него не поступало до года спустя, прошлой осенью, в октябре.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Cloud003: Я знал, что ты передумаешь, моя шлюха.
Рейна Эллис: Я не передумала.
Cloud003: Тогда почему ты пришла на ту же вечеринку в честь Хэллоуина, одетая в ту же маску кошечки?
