Читаем без скачивания Скифы. «Непобедимые и легендарные» - Михаил Елисеев

А когда царю доложили, что его войска идут уже по землям будинов, а скифы по-прежнему избегают серьезных столкновений и явно собираются уходить еще дальше, он всерьез забеспокоился. Местность, по которой шли персы, не была опустошенной, но по одной только причине — она была абсолютно бесплодной, и предавать огню там было нечего. И потому Великий царь был немало удивлен, когда ему сообщили, что впереди находится город, правда, полностью покинутый жителями. Поселение было окружено деревянной стеной, но судя по всему, никто его защищать не собирался, а все жители просто убежали, спасаясь от вражеского нашествия. Но они не просто покинули город, а вывезли из него все, что могло представлять хоть какую-то ценность для утомленного долгим походом войска. Разгневанный очередной неудачей, Дарий велел город сжечь и продолжать поход, втайне надеясь, что эта безумная гонка скоро закончится. Но скифские вожди продолжали отступление, и у царя не оказалось иного выхода, как последовать за ними, ведь потерять врага из виду было еще хуже. Но скоро дозорные примчались с новой вестью — впереди лежит большая водная преграда, за которую ушли скифы, и судя по всему, это река Оар.

А теперь возникает очень интересный вопрос, который с давних пор тревожил умы ученых мужей — как далеко завел Дарий свои войска на восток в погоне за скифами? Вот что написал по этому поводу историк и географ Страбон: «От Истра до Тираса лежит «Пустыня гетов» — сплошная безводная равнина. Здесь Дарий, сын Гистаспа, перейдя во время похода на скифов через Истр, попал в западню, подвергшись опасности погибнуть со всем войском от жажды; однако царь, хотя и поздно, понял опасность и повернул назад». Таким образом, из текста следует, что царь, перейдя Истр, продвинулся на север совсем недалеко и, попав в ловушку, быстро вернулся назад — а это полностью не согласуется с рассказом Геродота. Юстин в своем изложении похода вообще ничего не говорит ни о сроках, ни о расстояниях — «Враги, однако, не давали ему возможности завязать сражение, и Дарий, боясь, что в случае, если будет разрушен мост через Истр, ему будет отрезан путь к возвращению в страну, отступил, потеряв 80 000 людей». Этот отрывок как хочешь, так и понимай, данный вопрос он не освещает, а вот Геродот дает действительно связное изложение и привязки к условиям местности. Во-первых, «отец истории» довольно четко определяет время первого соприкосновения скифов с врагом: «Головной отряд скифов встретил персов на расстоянии около трехдневного пути от Истра». В принципе это как раз и согласуется с сообщением Страбона, только у того все на этом и заканчивается, после Дарий сразу уходит назад, а вот у Геродота это только начало войны. Странно, но даже такая точка зрения имеет своих последователей.

Дальше идет довольно подробное изложение боевых действий, и опять все события имеют привязку к конкретной местности и названиям: «Лишь только персы заметили появление скифской конницы, они начали двигаться по следам врагов, которые все время отступали. Затем персы напали на одну из частей скифского войска и преследовали ее в восточном направлении к реке Танаису. Скифы перешли реку Танаис, а непосредственно за ними переправились и персы и начали дальнейшее преследование, пока через землю савроматов не прибыли в область будинов». Здесь можно изощряться как угодно, но факт остается фактом: Танаис — это античное название реки Дон, и от этого никуда не денешься, а значит, из текста следует, что враждующие армии эту реку перешли. «…Путь персов шел через Скифию и Савроматию… персы продолжали следовать все дальше за отступающим противником, пока, пройдя через эту страну, не достигли пустыни. Пустыня эта совершенно необитаема, расположена она севернее страны будинов и тянется в длину на семь дней пути. Севернее этой пустыни живут фиссагеты». В принципе и тут все понятно, персы все время шли на восток и, возможно, в конце взяли чуть севернее. Город будинов, который они сожгли после перехода через Танаис, мог просто оказаться у них на пути, а не быть целью отдельного похода, как это иногда пытаются представить. Но главной проблемой является то, что никто не может четко сказать, где находится та самая река Оар, на берегу которой разбил лагерь Дарий. «Из их земли (фиссагетов) текут четыре большие реки через область меотов и впадают в так называемое озеро Меотиду. Названия этих рек: Лик, Оар, Танаис и Сиргис».

«Дойдя до пустыни, Дарий с войском остановился станом на реке Оаре» — так написано у великого историка. И вот тут начинается! Куда только не помещали эту реку, с чем только не идентифицировали! Все версии перечислять не буду, назову лишь ту, к которой склоняюсь сам, в которой реку Оар пытаются отождествить с Волгой. И хотя Геродот также сообщает, что Оар впадает в Меотиду (Азовское море), но, на мой взгляд, историк мог и ошибиться, ведь регион был для эллинов диким и до конца не изведанным. Некоторые, считая реку Оар Волгой, исходят из того, что в письменных древнеримских источниках II–IV вв. н. э. Волга называется рекой Ра, и отсюда идут спекуляции на тему одинакового созвучия. Я думаю, что это дело абсолютно неблагодарное, достаточно вспомнить, как некоторые «первооткрыватели» пытались слово «Батый» вывести из слова «батька» и объявляли это истиной в последней инстанции. «Открытий» я делать не собираюсь, просто постараюсь объяснить, почему мне больше нравится версия с Волгой.

Если исходить из того, что персы перешли Танаис (Дон), то следующая крупная водная преграда при движении на восток — это Волга. Потому и встал там царь лагерем, потому и стал делать укрепленный район, так как понимал, что если дальше и пойдет, то лишь затем, чтобы догнать скифов и сразиться с ними. Сама логика вещей должна была после подсказать царю движение на юг, чтобы вернуться через Дербентский проход в Азию, но оставались скифы, и не победив их, об этом нечего было думать. Волга представляла собой прекрасный естественный рубеж, а возведение в тех краях укрепленного района делало ее форсирование для разных кочевых племен довольно проблематичным. Эта цепь укреплений должна была стать опорным пунктом персов в регионе, и скорее всего именно из них планировал Дарий продолжить завоевание Северного Причерноморья. Опять же, утверждая, что Оар — это не Волга, ссылаются на указание Дария ионийским грекам ждать его 60 дней, а потом отплывать в Малую Азию. Но из текста того же Геродота мы видим совсем другую картину — Великий царь пропустил все сроки своего возвращения, о чем скифы и напомнили эллинам на Истре: «Ионяне! Назначенное вам для ожидания число дней истекло, ивы, оставаясь здесь, поступаете неправильно». Поэтому привязывать поход Дария к этим 60 дням тоже смысла нет — при удачном ходе дел он и не собирался возвращаться к своим кораблям. Но само по себе это известие очень ценно, так как наглядно показывает, что война со скифами сильно затянулась и персы реально могли дойти до Волги (Оар).

Лучше всего охарактеризовал сложившуюся по этому вопросу ситуацию Е. В. Черненко: «Мнения исследователей о том, как далеко проникли войска Дария в пределы Скифии, можно свести к двум основным точкам зрения. Отмечая фантастичность некоторых эпизодов в рассказе Геродота, одни ученые определяют «короткий» маршрут персов, ограничивая его, следом за Страбоном, только тремя днями пути и пределами «Гетской пустыни» (М. И. Артамонов, А. М. Хазанов и др.); другие называют «длинный» маршрут, охватывавший не только глубинные районы Скифии, но и земли, лежащие за ее пределами (Б. Н. Граков, Е. А. Разин, А. И. Мелюкова, В. А. Ильинская, А. И. Тереножкин)». Одним словом, полемика может продолжаться бесконечно, и вряд ли когда в ней будет поставлена точка, свою же точку зрения на проблему я высказал, и поэтому при описании дальнейших событий буду исходить из нее.

Расположившись большим лагерем на берегу Оара, Дарий решил создать мощный укрепленный район, густо насытить его войсками и, закрепив за собой пройденную территорию, двинуться дальше на восток, преследуя скифов. Пока для Великого царя все складывалась довольно удачно, невзирая на то, что войска шли по выжженной и разоренной земле, а также стали ощущаться проблемы с продовольствием. Единственное, что его по-настоящему тревожило, так это то, что скифы упорно избегали решающего боя и все время отступали и отступали. Ведь разгром скифского войска являлся главной целью первоначального этапа его грандиозной военной кампании, и идти дальше, оставляя их в тылу, было очень опасно. Но пока кочевники сами шли туда, куда надо было идти Дарию, и весь вопрос теперь заключался в том, как далеко они будут отступать. Избегая большого боя, они охотно вступали в мелкие стычки, стараясь нанести противнику как можно больший урон, и так же стремительно исчезали, едва появлялась возможность навязать им полноценное сражение. Дарий был знаком с подобной тактикой, он наблюдал ее у массагетов, а потому прекрасно знал, что рано или поздно скифы с ним в бой вступят — весь вопрос был только в одном — когда? И какие действия они еще предпримут перед этим? Но на эти вопросы пока не было ответов, и потому царь распорядился начать строительство восьми больших укреплений, которые все вместе образовали бы большой укрепленный район. По царскому замыслу, он должен был оставить здесь значительные отряды тяжелой пехоты, а с более мобильной частью войска продолжить преследование скифов. Тысячи персидских солдат копали рвы, насыпали валы и ставили на них деревянные заграждения, работа кипела днем и ночью, когда примчавшиеся разведчики принесли сообщение, которое разрушило все планы их повелителя.