Читаем без скачивания Кодекс честного вора - Владимир Колычев

– Зарвался, – кивнул Артем.

Проруха на Сергила нашла. Сначала он Артема заказал, а когда его прижали, выкручиваться стал. И даже выкрутился. Но равновесие было уже потеряно, Сергила несло под откос. Ему бы взять себя в руки, унять свой пыл, успокоиться, глядишь, и разум бы вернулся, а он продолжал идти в разнос. Не видел он берегов, потому и занесло его… Хрен с ним, с банкиром: Сергил вправе был снять с него «слам». Но насиловать его дочь – это уже западло.

Как знал Артем, что рано или поздно Сергил слетит с катушек. Так оно и случилось.

– Разобраться надо, как там и что. До мелочей разобраться, – сказал он.

– Разобраться и предъявить. – Бовик вопросительно посмотрел на него.

– Думаю, что пора, – согласился Артем.

Он должен предъявить Сергилу за сделку с Темкиным. Саша сейчас на своем острове, если вдруг воры захотят поговорить с ним, его привезут в Москву, а пока есть видеозапись, где он подробно объясняет, как и сколько денег получил Сергил. А Давид пусть считает, в полной ли мере Сергил снял в «общак» с этой колоды. Если нет, то за «крысятничество» должен быть строгий спрос…

Обидно, когда судьба ставит подножку в двух шагах от финиша. Но вор не должен обижаться – ни на судьбу, ни на людей. Вор должен быть выше всяких обид.

– Вымогательство вам шьют, Сергей Гурамович… – Адвокат нервно постучал пальцами по столу. – И еще изнасилование…

– Не было никакого изнасилования, – покачал головой Сергил. – Катя сама разрешила.

– Э-э… Она спала в этот момент…

– У нас отношения были, понял? – Сергил пристально смотрел на адвоката.

– Да я-то не против… Только потерпевшая утверждает обратное. Нервный срыв у нее был, она сейчас в больнице…

– Я еще раз говорю, у нас были отношения. Она должна это подтвердить.

– Как?

– Поедешь к ней и все объяснишь. Если не поймет, ей организуют путевку в грязный притон. Так ей и скажи. Если не поймет, есть человек, он все решит…

Сергил давно знал Яшу Розанова и мог доверять ему, хотя и не на все сто. Не исключалась такая ситуация, в которой адвокат мог перейти на сторону ментов, но пока для этого нет даже предпосылок. Менты не прессуют Сергила, не натравливают на него отморозков, которые могли бы устроить самосуд. За вымогательство предъявили, но если Тартаков откажется от своих претензий, дело закроют.

А Тартаков должен заткнуть свой фонтан, Сергил знал, на какие рычаги надо нажать.

– Я все понял, Сергей Гурамович, – кивнул Розанов.

– Прямо сейчас к этой сучке и езжай. Цветы возьми, от меня… Ты мужик холостой, да? Или уже женился?

– Ну, меня в загс не загонишь, – усмехнулся Яша. – Меня загсом в детстве напугали, я теперь его до смерти бояться буду.

Мужчина он уже не молодой, под сорок ему, но выглядит хорошо – стройный, ухоженный, фарсовый.

– Шутишь? Это хорошо, что шутишь… Это хорошо, – качая головой, повторил Сергил. – Плохо, что я не шучу… Катька – девка знатная, красивая. Да и ты мужик вроде ничего… Что, если ты женишься на ней?

– Я?! На ней?!

– Отец у нее банкир, за нее хорошее приданое дадут.

– Ну да, Тартаков мужик небедный, – задумался Яша.

– А Катька девочкой до меня была… Хорошая девочка, красивая…

– Ну, если надо будет жениться, я готов… – решился адвокат. – Все сделаю, лишь бы она все как надо сказала…

– И с Тартаковым поговори. Скажи, что я предлагаю мировую. Если он не поймет, то мы встретимся с ним на тюрьме, там и поговорим.

Сергил переговорил с адвокатом, показал ему на дверь и сам вызвал для себя конвой.

Ни от тюрьмы нельзя зарекаться, ни от сумы. Тем более, одна беда тут же спровоцирует другую. Нельзя было Олегу Степановичу садиться в тюрьму, банк держится на нем, без него все накроется медным тазом. Да и не выживет он в тюрьме… Сергил его там ждет, а руки у него длинные, костлявые, вцепится в горло, и все.

– Сергей Гурамович знает все про ваши махинации на финансовом рынке, – сказал представительной внешности средних лет мужчина. Холеный, лощеный, с хорошими манерами. – Одно его слово, и вы, Олег Степанович, окажетесь за решеткой. Вам это нужно?

– Ну, одного слова, положим, будет мало, – со скрипом выдавил Тартаков.

Не так уж и просто будет его «закрыть». Он уже довольно-таки давно отошел от грязных схем, по которым отмывал криминальные деньги. Но в свое время он очень хорошо на этом поднялся, вывел свой банк на новый уровень. Сейчас он занимался инвестициями, работал с бюджетными потоками. Нарушений, признаться, много, но вскрыть их будет очень сложно. Да и ничего такого страшного там, чтобы всерьез переживать.

От прежних грязных схем остались только воспоминания, но их можно вытащить из архивов, освежить, красной строкой вписать в уголовное дело. В принципе Сергил способен был поднять волну, но у Тартакова есть свои покровители. Есть люди, которые очень помогли ему. Он ведь готов был выплатить Сергилу выкуп за своих родных. Готов был отдать ему чужие деньги, и если бы сделал это, ему бы ничего не оставалось, как застрелиться…

– Сколько нужно будет слов, столько Сергил Гурамович и скажет, – продолжал тем временем адвокат вора.

– Кому он скажет? – с презрением усмехнулся Тартаков. – Ментам? Он же вор, он не может ментам жаловаться.

– Поверьте, это сделают без его личного участия.

– Ну что ж, посмотрим, кто кого.

Олег Степанович уже бросил вызов вору. Сергил в тюрьме, там он пусть и остается. Похищение, незаконное лишение свободы, вымогательство, грабеж… все это мелочь по сравнению с тем, что эта гнида сделала с Катей. Девчонка спала, а эта мразь надругалась над ней. С Катей нервный приступ случился, когда она узнала, что с ней произошло. Олег Степанович отправил ее в специализированную клинику к хорошему знакомому. А сегодня утром она вместе с матерью вылетела за границу, от греха подальше. Есть у него золотая соломка, которую он приготовил на черный день. Если с ним что-то случится, его жена и дочь ни в чем не будут нуждаться…

– Вы это серьезно? – удивился Розанов.

– Совершенно.

– Сергей Гурамович вам этого не простит.

– Взаимно.

Сергил переступил черту, когда потребовал очередные пять миллионов на свои нужды. Олег Степанович в долги влез, чтобы найти десять миллионов, отдал деньги, думал, что все, и тут вдруг опять двадцать пять. Сегодня пять, завтра десять, послезавтра пятнадцать… Взбесила его наглость вора, он обратился к своему приятелю из МВД, тот сказал, что не знает, чем ему помочь. Тогда Олег Степанович задействовал криминальные каналы и просто-напросто заказал Сергила. Как оказалось, он погорячился. И заказ провалился, и товарищи из органов вдруг прониклись его проблемами. Одно наложилось на другое, и в итоге Сергил оказался за решеткой. А вместе с ним задержали киллера, которого Тартаков нанял через посредника. Сергил говорил, что это был тот самый киллер. Если это действительно так, Олегу Степановичу грозили серьезные неприятности, но пока об этом даже разговоров не было. Или наврал Сергил, или киллер держал язык за зубами.

А если вдруг Олега Степановича обвинят в организации убийства, он воспримет это как должное. Он и раньше готов был идти до конца, а после того, что случилось с его дочерью, тем более, будет держаться до последнего.

– Ваша жизнь поставлена под угрозу, – сказал адвокат.

– Я знаю.

– Вы совершаете большую ошибку.

– Ошибку совершил Сергил. Он не должен был трогать мою Катю.

– Я хотел поговорить с вашей дочерью, но не нашел ее.

– И не найдете. Катя за границей, а где, даже я этого не знаю. И не смогу сказать, где она, даже под самыми страшными пытками.

– Пыток можно избежать. Нужно просто решить вопрос миром… Ваша Катя так прекрасна, что Сергей Гурамович просто не смог устоять. Он собирался сделать ей предложение, когда она проснется. И сейчас он готов жениться на ней.

– Что вы сказали? – Тартаков побагровел от гнева.

– Сергей Гурамович считает Катю своей невестой, – с опаской глянув на него, неуверенно проговорил адвокат. – Он хочет жениться на ней.

– Если вы сейчас же не уйдете, я вызову охрану!

– Сергей Гурамович хочет решить вопрос миром. Он очень богатый человек, у него очень серьезный бизнес в Испании, он мог бы составить отличную партию вашей дочери.

Олег Степанович не мог слышать эту ересь. Его милая нежная девочка выйдет замуж за грязное животное? Да ни за что на свете! Лучше умереть страшной смертью, чем допустить такое.

Он нажал на кнопку, и в кабинет вошел начальник охраны.

– Максим Георгиевич, проводите этого человека, он здесь не нужен.

– Вы подумайте, Олег Степанович. Возможно, вы измените свое решение, – не сдавался Розанов. – Я завтра приду, мы поговорим…