так тяжелее, неровности дороги, боковой ветер и прочие прелести открытого воздуха. Шеф едет позади на велике с большой сумкой. Так мы чапали до первой линии дач, а это без малого 6,5 километра. Разворот и назад. На следующее занятие Алексей Дмитриевич загнал нас на территорию бывшего песчаного карьера. Сам уселся на складном стульчике, а нас принялся гонять по грунтовке. Из-за холмистой местности нам приходится подыматься на крутую гору, потом спускаться. Причём последнее сложнее, потому что трудно удержаться от подбегания. Вообще такой тип тренировок нам нравится значительно меньше, но тренер непреклонен. В начале июня у нас соревнования, юниорский ЦС «Трудовые резервы». Шеф перешел в это спортивное общество по меркантильным соображениям. ДСО «Трудовые резервы» относятся к системе начального и среднего специально-технического образования. Априори богатое общество, у них намного лучше с формой, чем в ДЮСШОР. А ещё талоны на питание дают ежемесячного. Можно питаться в диетстоловой, что около нашей школы. Но я обменивал их в буфете на шоколадные батончики по 55 копеек.
Нам предстоит идти десятку, едут только перворазрядники, не ниже. Таким образом нас будет трое плюс тренер. Наша группа в этом году потеряла сестёр Абрамовых. Они бросили заниматься за отсутствием перспектив и остались только ходки. Мы с Сашкой Трикоз, Ирка и Вовка. Вова пролетает, у него только 2-й разряд. Ирка вообще крутая, она тренируется с нами, тянется со всех сил и результаты у неё впечатляющие, подбирается вплотную к КМС.
Тренировки вышли на новый уровень, теперь мы занимались четыре раза в неделю, в остальные дни — обязательный кросс.
Иногда мы появлялись на стадионе, здесь есть возможность проверить результаты на секундомер. Наш тренер ещё тот затейник, он пробует найти новые подходы в технике ходьбы. Наши советские ходоки, да и бегуны берут в основном силой. Адские нагрузки с отягощениями. А вот зарубежные экспериментируют с техникой. Вот и наш шеф наблюдает, как легко птицы ходят, как быстро перемещаются по земле, несмотря на малые габариты. Он вычерчивает скелет человека с прилагаемыми векторами сил.
— Ребята идите сюда, — мы подбегаем и окружаем его.
— Вот смотрите, вы вышагиваете, фиксируя двухопорную фазу. При этом прилагаете немало сил на это. А давайте подумаем. Если опорную ногу, которая образует прямую линию с телом, чуть наклонить вперёд — вот видите, сразу приходится перемещаться на другую ногу. То есть если мы увеличим наклон и наше тело по вот этой оси будет расслабленно падать. Отскок от жёсткого падения переводим на следующее движение. А вот закручивая эту точку таза мы добьёмся того, что судьи не будут к нам придираться.
Нам пришлось переучиваться ходить. Сложнее контролировать ходьбу, но и скорость с экономичностью повысилась.
Шеф истязал нас на пересечённой местности, увеличивая нагрузку. Он объяснял то, что делает. При анаэробных нагрузках организм переходит с потребления молекулярного кислорода на внутренние резервы, какие-то химические реакции внутри тела.
— Так вот, ребята, именно при переходе на анаэробное дыхание вы получаете то необходимое для победы. Второе дыхание приходит именно тогда.
Если бы не наш возраст, шеф бы загонял нас. А так ему приходилось делать скидку на возраст.
В тир я ходил регулярно, Леонид Иванович таки узнал о моей второй секции и у нас с ним состоялся серьёзный разговор.
— Володя, с одной стороны, то что ты получаешь качественную спортивную подготовку это замечательно. Но с другой, когда ты приползаешь в тир уставший после своего бега, то у нас с тобой не получается заниматься с полной отдачей. Тебе придётся выбирать.
— Видимо придётся, но не в этом году надеюсь.
А в конце учебного года на переменке ко мне совершенно неожиданно подлетела Палева и всучила конвертик, сразу развернулась и убежала.
Мы с Таней после 8-го Марта и не встречались наедине, так, кивнём головой и всё.
Что тут у нас, а в конверте открытка, написанная девчачьим подчерком, где меня приглашали в музыкальную школу на отчётный концерт. Завтра в 17.00. Чёрт, а у меня тренировка. Пришлось придумывать причину, шеф разрешил не приходить. Но взамен самостоятельная тренировка — бег по пересечёнке.
В областной музыкальной школе я никогда не был. Старинное помпезное здание со шпилем. Огромная двойная деревянная дверь с мощной пружиной, интересно, а как малявки её открывают?
Справа гардеробная.
— Ты к кому мальчик?
Пожилая женщина с любопытством смотрит на меня.
— А меня пригласили на концерт, одноклассница играет.
— А кто пригласил, продолжает допытываться женщина.
— Таня Палева.
— А, скрипачка, я сейчас узнаю, когда ей выход. — Женщина скрылась за дверью зала. Я прошёлся по коридору, из некоторых кабинетов доносились звуки инструментов.
— Таня будет играть через два номера, да ты заходи, только садись сразу у двери, чтобы не мешать.
Я проскользнул в открытую дверь. Большой зал, огромная стеклянная люстра свисает над головой. Стены увешаны портретами композиторов из которых я узнаю только Моцарта и Чайковского.
Зал почти полон, но позади несколько свободных мест имелось. На сцене играла девочка. Она сидела на стуле и истязала аккордеон. Народ тихо слушал, а по окончанию все хлопали. Потом вышла пианистка и бодренько сбацала минут на десять. Овации и юное дарование ушло со сцены.
Ведущая в чёрном ажурном платье объявила следующего исполнителя:
— Выступает Таня Палева, шестой класс. Венявский, полонез.
Сначала вышла другая женщина и села за рояль, потом появилась Татьяна. Она поклонилась, подложила платочек под подбородок и заиграла.
Честно говоря я толком не слушал, больше любовался девочкой. Её лицо было такое воодушевлённое и какое-то не земное. Я пытаюсь запомнить её тонкую фигурку с тёмной чёлкой на лице. После я долго хлопал в ладоши. Выйдя на улицу смотрел как уходят дети с родителями. А вот и Таня она с родителями. Отца то я уже знаю, а вот маму видел впервые. Статная моложавая женщина с любопытством посмотрела на меня:
— Здравствуйте, меня зовут Владимир, мы с Таней вместе учимся в школе.
— Таня застеснялась и спряталась за отцом.
— А я вроде всех Таниных одноклассников знаю, — сказала через мгновения мама.
— Ну да, но я с «А» класса.
— Тогда понятно.
Мы вышли за ворота школы и тихо пошли в направлении их дома.
Непонятно как так получилось, но те пятнадцать минут, что мы шли, Танина мама терзала меня вопросами.
— А чем в свободное время занимаешься, Вова?
— В основном спортом.
— Каким, футболом?
— Нет, почему футболом. Я занимаюсь лёгкой атлетикой и биатлоном.
Тут оживился папа.
— Так ты умеешь стрелять?
— Ну, значительно хуже, чем бегать на лыжах. Но я стараюсь.
— А как
