Насмешливо фыркнув на подобное заявление, Мике все же с легкой долей недовольства вынужденно согласилась со словами кузины. Что ни говори, но, как бы она ни старалась держать свою жизнь под собственным контролем, она всегда была под пристальным наблюдением доверенных лиц Лукаса. Даже ее отношения с Марко не усыпили его бдительность. Казалось, ее отец всегда был в курсе всего, что делает его дочь. Пусть даже и никогда не говорил с ней об этом напрямую.
- Иди, одевайся, – приподняв голову, рыжеволосая девушка посмотрела в сторону приоткрытой двери в кабинет отца. – Из-за твоей упертой скрытности мне уже просто не терпится посмотреть, что же ты купила.
Озорно хохотнув, Изабель вновь взялась за ручки картонных пакетов, после чего поспешила к подножию широкой лестницы.
- Я всего лишь воспользовалась твоим советом, сестренка, – поднимаясь вверх, через плечо бросила она.
Задумчиво нахмурив брови, Мике перевела взгляд с отцовского кабинета на только что скрывшуюся в просторах коридора второго этажа спину сестры.
- Что ты имеешь в виду? - без особого интереса буркнула она в пустое пространство, но тут же, забыв о своем вопросе, снова взглянула в сторону кабинета, из которого вышла управляющая всем этим огромным особняком невысокая женщина.
Встав с дивана, Микелина быстро сократила разъединяющее их расстояние, поравнявшись со служанкой на лестничной площадке.
- Марта, - обратившись к ней по имени, тихо спросила она, - мой отец занят?
Кареглазая женщина с собранными на затылке темными волосами, очень гармонирующими с ее серой униформой, согласно кивнула головой.
- Насколько мне известно, синьорина, сейчас он заканчивает беседу с синьором Альфредо, так как с минуты на минуту сюда должен прибыть Серджио Тортора. Хозяин распорядился, чтобы к нему в кабинет как можно скорее подали два кофе.
Отпустив от себя управляющую, Микелина решительным шагом направилась в сторону приоткрытой двери кабинета. Чем ближе она приближалась к намеченной цели, тем все четче раздавался голос финансового советника ее отца.
- Сама судьба предоставляет нам отличный шанс, Лукас. Возможно, сейчас самое время, чтобы раз и навсегда покончить с той давней историей.
- И о какой же именно истории идет речь? – остановившись на пороге просторного кабинета, молодая девушка прислонилась плечом к косяку, машинально крутя в пальцах широкие дужки своих темных очков. Улыбнувшись обратившим на нее внимание мужчинам, она вновь надела летний аксессуар на голову, после чего непринужденной походкой направилась к сидящему в просторном кресле отцу. - Я просто жуть как обожаю давние истории.
Приветствуя дочь поцелуем, Лукас с нежностью заглянул в ее лицо. Ласково проведя ладонью вдоль ее мягкой щеки, он на мгновение посмотрел на выразительный изгиб девичьих губ, затем его взгляд переместился на обрамленные пышными ресницами бездонные глаза изумрудного цвета и в завершение прошелся по ослепляющим диким огнем волосам. Невольно отметив ее красоту, которая точь-в-точь являлась копией ее матери, мужчина слабо улыбнулся. Он мог как угодно ненавидеть свою беспутную жену, но их совместную дочь он любил больше всего на свете.
- Боюсь, эта история слишком скучная для такой прекрасной девушки, как вы, синьорина, – послышался за спиной голос отцовского сотрудника. - Рад снова видеть вас в добром здравии.
- Спасибо, Альфредо, – мягко улыбнувшись невысокому темноволосому мужчине, Микелина, как в далеком детстве, присела на широкий подлокотник отцовского кресла, - мне уже значительно лучше.
Вновь переключив внимание на сидящего рядом отца, девушка с интересом посмотрела в его непроницаемые серые глаза.
- Значит, снова речь о кровавых врагах? Каких-нибудь коварных соперниках и зловещих заговорах? – беззаботно усмехнулась Мике.
- Я бы не стал столь драматизировать, когда речь идет всего лишь об одном человеке, – вновь самоуверенно вмешался стоящий позади собеседник.
- Зато я стал бы, – внезапно грозно произнес отец, - и я сделаю все возможное, чтобы ни один цент моей компании не достался этому сукину сыну!
Глубоко вздохнув, Лукас поспешно взял себя в руки, после чего более сдержанным тоном дал одному из своих самых близких подручных новые распоряжения:
- Альфредо, иди, проверь, все ли готово к намеченной на вечер пресс-конференции?
Невольно отметив леденящий душу презрительный тон своего отца, Мике вздрогнула. В своей жизни она никогда не видела, чтобы он с такой ненавистью отзывался о ком-то из своих подчиненных, даже если по их вине компания несла незначительные убытки вместо должной прибыли. Ее отец был очень сдержанным, мудрым и терпеливым человеком. Он никогда не забывался настолько, чтобы публично демонстрировать свои истинные чувства. Но, похоже, на семейство Моретти это табу не распространялось. Подумав о небольшом списке лютых врагов Лукаса, Микелина с долей радостного облегчения приняла тот факт, что она находится по другую сторону от них. Она не завидовала участи тех несчастных, решивших выступить против ее отца. По крайней мере, она сама на такое никогда бы не решилась.
Неприятно поморщившись от собственных мыслей, рыжеволосая девушка вновь постаралась вернуться в ту непринужденную доброжелательную атмосферу, в которой ещё минуту назад пребывал ее отец.
Слегка улыбнувшись уважительно поклонившемуся Альфредо, она проводила его взглядом до двери, после чего вновь обратила внимание на подергивающие ее вьющийся локон пальцы отца.
- Я очень рад, что ты так быстро пошла на поправку. Я не заметил даже легкого прихрамывания, когда ты зашла в кабинет.
- Я, и, правда, очень хорошо себя чувствую, – улыбнулась она, с нежностью посмотрев в заботливое лицо родителя.
- Что ж, я очень рад, – вновь став серьезным бизнесменом, Лукас перевел взгляд на лежащие перед ним бумаги.
Вспомнив о цели своего визита, Микелина слегка прикусила нижнюю губу. Выбрав самый подходящий момент рассказать отцу о своих планах, девушка невольно набрала в грудь побольше воздуха. Обычно она не нуждалась в разрешении выбраться на вечеринку к друзьям, так как спрашивать было просто не у кого. Из-за бизнеса они с отцом слишком часто жили порознь. Привыкшая к собственным решениям, Мике не сразу нашлась с подходящими словами о своей просьбе. По ее мнению, было бы намного проще не надоедать отцу со столь незначительными делами, но, с другой стороны, как объяснить ему свое отсутствие поздним вечером?
- Пап, я …
Заметив нерешительный тон дочери, Лукас вновь поднял голову.
