Читаем без скачивания Повесть о юности - Григорий Медынский

— Тогда ценное нужно отделить от размахая, — сказала она. — А если нынче играют, завтра играют и ничего не признают, кроме этой вашей ценной игры, что же получается? В русло вводить нужно.

— Вот это правильно, — согласился Александр Михайлович. — Займусь, Полина Антоновна, займусь!

И вот, теперь уже не в шутку, а всерьез, восьмой «В» получил предложение от соседнего восьмого «А» провести товарищескую встречу по футболу.

Восьмой «В» заволновался. Дело не шуточное — на карте честь класса! Нужно было подобрать хорошую команду и прежде всего капитана. Были названы три кандидата — Борис, Игорь Воронов и Сухоручко. На следующем же уроке, на химии, Сухоручко вырвал из тетради лист, разграфил его на три части, над каждой графой написал фамилию кандидата на звание капитана сборной команды и пустил этот лист по классу. Каждый должен был поставить свою подпись под фамилией кандидата, за которого он голосовал.

Большинством голосов был избран Борис. Он понимал всю сложность своей задачи. Нужно было подготовиться, сыграться, а времени для этого не было. Нужно было продумать и состав команды. Просились в нее все, даже те, кто мало и плохо играл: Миша Косолапов, Петя Нестеренко, Федя Половцев. Только Валя Баталин не решился предложить свою кандидатуру.

Борис мысленно перебрал ребят: один «заводится», другой на ногах плохо держится — за одну игру двенадцать раз упал, третий высокие мячи плохо берет — ростом не вытянул, четвертый берет мячи цепко, но труслив, игроков боится. Одних он отвел сразу, о других долго думал, взвешивал их достоинства и недостатки, примерял, кого и куда можно поставить.

Много шуму было в классе, споров, замечаний и соображений, но в конце концов все улаживалось — или ребята соглашались с тем, что говорил капитан, или капитан соглашался с тем, что говорили ребята. Только с Сухоручко у Бориса получилось жестокое столкновение. Он долго и очень тщательно взвешивал его кандидатуру, но ответственность за честь класса взяла верх над дружескими чувствами, и в списке против фамилии Сухоручко Борис поставил знак вопроса.

— И никакого вопроса тут нет: играю — и все! — в ответ на это заявил Сухоручко.

— Ты не обижайся, Эдька! — попробовал объяснить ему Борис. — А только ты часто без толку бегаешь и без толку машешь руками.

— Как это без толку?

— Да очень просто: для вида только. Никакой системы у тебя, никакой устремленности в игре нет.

— Устремленности нет? Ах, ах! — паясничал Сухоручко. — Мистер Твистер, вы, кажется, начинаете высоким штилем изъясняться?

— Никакой я не мистер Твистер, — сказал Борис, — а только в команду я тебя включить не моту… Восьмому «А» хорошо! Они учатся вместе чуть не с первого класса, сыгрались. А мы… Что мы? Нет, Эдька, хочешь — обижайся на меня, хочешь — нет, не могу!

— А еще товарищ! Другом называется! — разобиделся Сухоручко.

Команду в конце концов сколотили, но потренироваться почти не пришлось — нужно было играть.

Играли на стадионе, на котором работала тетя Игоря Воронова.

На игру пришли целиком оба класса, пришел Александр Михайлович и даже Полина Антоновна.

— Ну, игроки! Покажем класс? — улыбаясь, спросила она своих «воробышков».

Через три минуты после начала игры Витя Уваров, поставленный Борисом у ворот, пропустил первый мяч и, по своему обыкновению улыбнувшись, развел руками.

— Счет «один — ноль» в пользу «А»! — объявил Александр Михайлович.

Вскоре был забит и второй гол. Счет «два — ноль»!

Потом Вася Трошкин заработал штрафной, и с близкой дистанции был забит третий гол.

Дело оборачивалось нехорошо, и Витя Уваров уже не улыбался и не разводил руками.

Борис подтянул трусики, окинул подбадривающим взглядом команду: «Ничего, мол! Держись!» — и решил, что пора всерьез браться за дело. Вскоре ему удалось прорваться к правому краю и повести мяч к воротам противника. Впереди никого не было, путь был свободен, только сзади себя он чувствовал чье-то горячее дыхание.

— Не мотай, Боря! Пасуй! — крикнул ему Игорь. Но слишком тяжелы были эти так стремительно полученные три гола, и Борис усомнился в товарищах.

«Еще проведу!» — решил он и, слыша подзадоривающие крики ребят: «Боря, жми! Боря!», «Ножками, ножками!», старался прибавить скорость.

Но противник тоже прибавил скорость, стал обгонять, и когда Борис решил наконец «перепаснуть», было поздно: противник, черноволосый парень с горбатым носом («Прянишников!» — вспомнил вдруг Борис его фамилию), перехватил мяч и повел его в обратную сторону.

Много жестоких схваток пришлось еще пережить Борису в этот тяжелый день.

— Проигрываем! Держись! — крикнул он после четвертого гола. Он дрожал и, подавляя эту дрожь, собирал все свои силы, бегал, прыгал, падал, поднимался и снова падал.

Но ничто не помогало. Борис мечтал теперь об одном — «размочить» счет. Не удалось сделать и этого. Игра была закончена со счетом «пять — ноль» в пользу восьмого класса «А». Ребята из восьмого «В», обескураженные и злые, даже не поприветствовав победителей, переругиваясь между собою, пошли с поля.

Проигрыш ошеломил Бориса. Что проиграть они могли — в этом не было ничего необыкновенного: на то и игра. Но «пять — ноль» — над таким счетом можно только смеяться и отвечать на этот смех нечем.

Весть о результатах игры быстро разнеслась по школе, даже была передана по школьному радио, и за восьмым «В» закрепилась начавшая было забываться кличка «футболисты». Эту кличку приходилось слышать теперь не только от ребят из восьмого «А». Те ходили победителями, ехидно посматривая на побежденных, особенно этот Прянишников, но как победители помалкивали. Остальные же, даже малыши, не давали покоя. Когда восьмой «В» шел строем после общешкольной линейки, из рядов одного из шестых классов послышалось:

— Футболисты пошли!

Оглянувшись, Борис увидел зловредную ухмылку рыжеватого мальчугана с широким приплюснутым носом, и ему захотелось выскочить из строя и еще сильнее приплюснуть тому нос. Но впереди, вскинув бороду, стоял директор и, казалось, смотрел прямо на Бориса. Пришлось стерпеть…

Поражение внесло большой раздор в ряды побежденных. Начав ругаться еще на футбольном поле, они доругивались потом, когда расходились по домам. И на следующий день в школе шумели на всех переменах. Каждый старался вспомнить ошибки другого и в этих ошибках найти причину неудачи, а тем, кто не играл, кто не был включен в команду, казалось, что причина поражения команды — в ее составе.

— Уже что-что, а такой бы сухой не было! Это только «чемпионы» могут!

Полина Антоновна была и довольна, что у ее возомнивших о себе «игроков» сбили спесь, и в то же время ей было немного обидно за своих «воробышков». Она стала болельщиком своего класса, и в глубине души ей уже хотелось, чтобы он со временем взял у восьмого «А» хороший реванш. Поэтому она с удовольствием прослушала анализ игры, который провел Александр Михайлович с побежденной командой. И то, что ее непривычному взгляду представлялось сплошным хаосом, из которого как-то и почему-то, с непонятной закономерностью постепенно вырисовывалась победа одних и поражение других, вдруг в анализе Александра Михайловича начало распадаться на отдельные эпизоды, и из них складывалось поведение того или другого игрока на том или ином этапе борьбы.

— Почему вы проиграли? — говорил Александр Михайлович, обращаясь к притихшим ребятам!. — Причин много, но главная — коллектива не было. Не было сыгранности, слаженности. Капитана не чувствовалось! — Александр Михайлович посмотрел на Бориса. — Капитан должен быть душою, главное — волей команды. А у вас капитан, как мне кажется, сам растерялся. Было это? — Александр Михайлович опять взглянул на Бориса.

— Было, — ответил тот.

— Уйти и не поприветствовать! — продолжал выговаривать Александр Михайлович. — Никуда не годится! «Игра учит уважать противника», — говорил Макаренко. Противника нужно уважать даже при своем проигрыше.

Потом оказалось, что и с чисто физкультурной точки зрения ребята из восьмого «В» играли неважно: один не смог прыгнуть и повернуться в воздухе, другой слабо выкинул мяч из аута, третий плохо работал корпусом.

У Бориса Александр Михайлович отметил недостаточное развитие ног и плохую постановку дыхания.

— Грудь у вас широкая, емкая — и вдруг одышка. Дыхание нужно ставить! Вообще, мальчики, — закончил свой разбор преподаватель, — футбол, как видите, игра сложная. Плохого я про вас не скажу, техника владения мячом у вас чувствуется. Но в игре участвует весь организм. Мало просто ударить мяч, мало хорошо ударить мяч, — надо хорошо бегать, прыгать, работать корпусом, нужны сила, ловкость, выносливость, смелость, находчивость, нужны и крепкие морально-волевые качества. Одним словом, нужно всестороннее развитие всего организма, нужна гимнастика. Вот вы уже улыбаетесь! Это не ново! Игровики всегда против гимнастики. Но ни один спортсмен не может без нее обходиться. Она укрепляет мышцы, суставы, связки, увеличивает гибкость. Это основа всех игр, всех видов спорта.