"А еще, – мысленно обратилась Белла к себе, – ты просто не способна опять остаться одна. Когда угодно, только не сейчас".
До прибытия в Киев оставалось еще примерно полтора часа. Она откинулась на спинку кресла и закрыла утомленные глаза. Внутренняя тревога, притаившаяся в укромном уголке ее сердца днем, теперь, с приближением ночи, медленно покидала свое убежище, не позволяя задремать ни на минуту. Белла могла лишь созерцать причудливые узоры, возникающие под опущенными веками, слушая приглушенный гомон человеческих голосов, перестук колесных пар вагона и обрывки фраз из какого-то старого фильма, долетающих с ближайшего конца салона, где висел маленький телевизор.
"Когда угодно… но не теперь…"
Голоса и узоры. Только голоса и узоры.
Третья кровь… – произнес в ее голове незнакомый безликий голос, и Белла вздрогнула.
Пляска теней (Офис)
Сквозь щели в опущенных жалюзи не проникало даже намека на свет. Вера несколько раз нажала кнопку звонка, слыша, как приглушенный бронированной дверью трезвон отражается в темных стенах офиса – с теми особенными интонациями, которые звуки обретают лишь в помещениях, где нет ни одной живой души.
– Никого нет дома, – констатировал Стас, всем видом давая понять, что втянут в происходящее против собственной воли.
– Ничего, как у руководителя отдела у меня есть свой ключ. – Вера полезла в карман джинсов. – А кое-кому действительно стоит заняться поиском нового места. Рубинштейн… – она извлекла связку ключей из кармана, – быстро найдет замену.
В этот момент Стас дернул ручку двери на себя.
– Лучше глянь на это.
Тяжелая дверь распахнулась перед ними медленно и беззвучно.
– Я не понимаю… – с мрачным удивлением пробормотала Вера, помедлила пару мгновений, а затем шагнула в темный проем.
Прежде чем последовать за ней, Стас оглянулся на фонарь. Кажется, он успел заметить что-то – на самой его верхушке, – когда странная тень накрыла улицу. Это длилось всего долю секунды. Возможно, причудливая игра теней в свете луны, не более.
В первый момент им обоим показалось, что внутри офиса воздух еще холоднее, чем на улице. Словно кондиционеры работали на полную мощность, как в самый разгар удушливого лета.
– Ты чувствуешь? – вполголоса спросила Вера.
Стаса передернуло от накатившегося озноба; он мысленно порадовался темноте, благодаря которой его невольная реакция осталась незамеченной.
– Да…
Однако скоро он понял, что этот холод странно обманчив: все его чувства говорили о том, что воздух в помещении, как ему и полагалось, значительно теплее, чем снаружи. Ощущение, охватившее их вначале, исходило изнутри, словно какая-то часть крови обратилась в мельчайшие кристаллики льда, которые затем растаяли в движении по лабиринту вен и артерий, оставив медленно проходящий озноб.
– Где-то здесь должен быть выключатель, – Вера стала шарить рукой по стене рядом с оставшейся открытой входной дверью. Свет далекого фонаря, отраженный мокрым тротуаром, скудно проникал за порог и едва позволял что-нибудь различить хоть на полшага, а мерно помигивающий красный огонек на коробке сигнализации – мог служить лишь маяком для мелких насекомых.
– Он должен быть где-то тут.
– Погоди, я посвечу, – Стас потянулся к тому месту на поясе, где обычно носил мобильный телефон. – Вот черт… Я оставил его дома. Вместе с зажигалкой и сигаретами, – он присоединился к поискам выключателя и принялся шарить по другой стене.
Должно быть, раньше здесь находилась маленькая комната, детская или спальня, которой затем, при перепланировке трех квартир на первом этаже и одной на втором под офис, отвели роль небольшого холла. Далее он переходил в помещение ресепшена (откуда красивая лестница в стиле модерн вела на второй этаж к кабинету руководства), образовывая букву Т в пересечении с длинным коридором, который заканчивался входом в зал презентаций.
При необходимости Вера сумела бы отыскать дверь своего кабинета и в кромешной тьме. Но не испытывала ни малейшего побуждения заняться этим, каковы бы ни были причины, по которым она сейчас находилась здесь в столь необычное время. К тому же оставалось совершенно неясным, куда подевался охранник.
Вера не помнила его имени.
– Эй, ты здесь? – громко спросила она.
Погруженный в чернильную темноту офис был абсолютно безмолвен. Выждав еще несколько секунд, пока Стас продолжал поиски выключателя, она осторожно шагнула вперед и взяла немного левее, где по ее памяти маленький вестибюль сворачивал в длинный коридор, вдоль которого по обе стороны тянулись двери кабинетов, и достала из кармана куртки свой мобильный. Экранчик телефона был невелик, однако его подсветки должно было хватить, чтобы без труда отыскать дверь кабинета. Надеясь, что батарея еще не успела сесть, Вера зажгла экран.
Поворот в длинный коридор находился именно там, где она и полагала. Вера подняла телефон немного выше и сделала один шаг вперед.
– Может, посветишь сначала мне? – саркастичным тоном осведомился Стас.
– Ты меня слышишь? – повторил он, не дождавшись никакой реакции.
Но Вера по-прежнему стояла на месте, глядя куда-то вперед; голубоватый отсвет телефонного экрана выхватывал из темноты ее окаменевший профиль.
– Эй… что такое? – невольно понизив тон, спросил Стас.
Вера снова не ответила. Она продолжала смотреть в противоположный конец коридора. Туда, где находились двустворчатые двери, цвета лакированного дуба, ведущие в зал презентаций. Слабая подсветка телефона туда почти не достигала. Однако на фоне дверей, выделяющихся в почти кромешной темноте чуть более светлым квадратом, угадывались очертания фигуры, напоминающей человеческую. Это могло быть всего лишь игрой теней в случайном соитии с ее собственным воображением. Но Вера вдруг уловила какое-то движение. Что-то приближалось к ней с другого конца коридора. А затем услышала негромкие шаги, смягчаемые ковровой дорожкой.
– Сюда кто-то идет… – ответила она наконец.
Силуэт, становясь все более различимым, двигался в ее сторону, теперь не оставалось никаких сомнений, что в коридоре они находятся не одни.
– Где? – Стас оказался рядом с Верой. Телефон в ее руке дрогнул и погас.
Стас отобрал у нее мобильный и снова включил подсветку.
– Кто здесь?
В трех-четырех шагах от них стоял охранник.
– Что происходит? – осторожно спросила Вера.
Охранник начал медленно раскачиваться из стороны в сторону, будто пытался подражать маятнику.
"Чувак, похоже, набрался в стельку и может смело забыть о подарке к Новому году", – решил Стас. Однако не слишком поверил в свое предположение. Раскачивания охранника мало походили на движения пьяного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
