где им не грозят ловушки демонов. А вот чем они торгуют, я так и не поняла, наверное, везут из одного мира в другой ценные товары. Но что-то они точно в караване перевозят очень важное, потому как в этих мирах их очень ждут, устраивают грандиозные праздники. Хотя как я поняла, караван спускается только на день, а с закатом снова уходит в небо. Они не цыгане, и оставаться на планетах долго не могут.
— И на них все время нападают демоны. — заметила Рита.
— Нет, не все время, а только когда в караване рождается маленький единорожка. — поправила Лейла. — А это похоже бывает довольно редко.
— Парадокс! — воскликнул Макс. — На солнечный караван демоны нападают очень редко, только когда там есть единорожка, а небесных цыган прям пасут и третируют постоянно! Что же такого ценного есть у цыган?
— Согласна, очень странно и непонятно. — согласилась Лейла.
Они еще немного посидели, перекусили, отдохнули, потом тепло попрощались и Хазир отвез Макса и Риту в аэропорт.
Местный табор…
На следующий день пошли на доклад к Герману.
— Поездка ваша оказалась информативной. — похвалил Герман.
— Да, нет. — возразил Макс. — Поездка была интересной, но информации по делу ноль.
— Отчего же! — не согласился Герман. — Во-первых, вы узнали, что в наших научных отделах сильно ошибаются в своих прогнозах, а значит надо копать даже если прогнозы негативные. Но это не главное, а вот то, что цыгане умеют делать не только чудо-ножи, но и светильники и свистки, пожалуй, для нас важно.
Ведь как-то мать Вагны мгновенно связалась с небесной цыганкой. Конечно, можно было предположить, что в ней были редкие способности ведьмы и друида, но этим не объяснишь рассказ Фрая. Небесный цыган пришел слишком быстро на помощь местному табору, как он узнал, что на табор напали волки? Похоже эти свистки и другие безделушки, сделанные небесными цыганами, обладают свойствами тотемов.
— Да. — согласилась Рита. — Нам надо посетить местный табор, о котором рассказывал Фрай. Он навел справки, этот табор сейчас расположился в одной долине в Пиренеях, там они проводят несколько недель, отмечают какой-то свой праздник. Туда съезжаются все, и те кто, как прежде еще кочуют, и те, кто живет нормальной жизнью. Там устраивают большой фестиваль.
— Хороший менеджер у табора! — усмехнулся Герман. — А съездить определенно надо. Отдохните пару дней и собирайтесь.
Когда они вышли из кабинете Германа, Рита сказала:
— Давай заедем к Саше в консерваторию.
— Зачем? — недоумевал Макс. — Саша уж точно о наших делах ничего не знает, и нам ничем не поможет.
— Не скажи! Саша владеет языком музыки, языком самого мироздания. — заметила Рита. — И мне кажется важным услышать в его исполнении мелодию плача небесных цыган, уходящих в небо. Может, он что-то поймет, почувствует.
— Ладно, давай. — не хотя отозвался Макс.
Саша проводил их в маленькую аудиторию, и когда они уселись, Рита попросила:
— Я сейчас тебе скину видение, а ты, пожалуйста, сыграй нам эту мелодию на флейте.
Рита закрыла глаза и представила как она накрывается платком небесной цыганки. Огромное, бесконечное звездное небо упало ей на плечи. Звезды узнают ее, ласково подмигивают ей, и она слышит чудесную, нежнейшую песнь мирозданья, а в нее тонкой болью вплетается зов скрипки, плач небесной цыганки.
Брызнули слезы, Рита открыла глаза. Саша молча взял флейту и заиграл. Казалось, все замерло в мире. Мир прислушивался к каждому звуку, мир вслушивался, вникал, впитывал каждое мгновение небесной музыки. А когда Саша опустил флейту, мир дрожал от удовольствия, каждая пылинка светилась радостью.
— Эта мелодия знает дорогу к Великой Радости. — тихо произнес Саша.
Рита вытерла слезы:
— Саша, у меня к тебе просьба. Ты не мог бы с нами слетать к цыганам, я чувствую, они должны услышать эту музыку.
— Хорошо. — согласился Саша.
И вот вместе с Сашей они приехали на праздник-фестиваль цыганского табора. Живописная горная долина, красивейшее место, яркие цыганские шатры. И множество туристов, фестиваль очень востребован. Тут идет шоу для детей с животными, рядом для самых маленьких кукольный театр, там дальше манеж, где учат кататься на лошадях. А вот и конное шоу. Палатки с едой и с сувенирами. Костер, вокруг костра танцуют и поют. Вообще музыки много, по всем площадкам работают скрипачи, играют и на скрипках и на других инструментах.
— Да, менеджер тут точно шикарный! — обалдело говорит Макс. — В такой толпе мы вообще ничего не поймем. Рита разглядывала сувениры, цыганские украшения, что-то в них напоминало украшения, которые она видела в видениях с небесной цыганкой. В это время к ним подошла цыганка в ярких юбках, Рита поняла, цыганка тот самый менеджер.
— Красавица, давай погадаю, всю правду скажу. — радостно начала она, посмотрела внимательно на Макса, поперхнулась и уже другим тоном произнесла: — Оборотень. Уходите немедленно.
За ее спиной появились цыгане. Рита не могла понять, как эта простая цыганка поняла, что Макс оборотень. Надо было уходить, чтоб не нарываться. Саша тоже что-то почувствовал, и отреагировал по-своему, он достал флейту и стал играть ту самую мелодию пронзительно зовущую. И снова мир и все в мире замерло. А когда Саша остановился, рядом скрипач-цыган продолжил играть.
Рита подошла к нему:
— Откуда Вы знаете эту мелодию? — удивленно спросила она.
— Меня научил наш местный старик. — весело ответил скрипач. — Правда, ваш флейтист играет ее намного лучше, у меня мелодия пустая, я ведь не знаю о чем играю, а в вашей мелодии великая боль и радость, очень красиво.
— Скажи, мы можем увидеть старика, который научил тебя этой мелодии? — спросил Макс, стараясь не смотреть на менеджера.
— Можете, вон он сидит у кибитки. — ответил скрипач.
Рита, Макс и Саша подошли к старику, лицо его было мокрым от слез:
— Как хорошо ты играл! Как хорошо! — шептал он, потом старик снял с шеи грязную подвеску и протянул Рите. Рита не задумываясь взяла, она почувствовала, старик умирает.
— Сыграй еще! — беззвучно попросил старик.
Саша поднял флейту, Рита чувствовала смертельную боль старика, и чтоб хоть как-то заглушить
