«…именно в разговорах со мной еще в Канаде, когда я был послом, – уверял позднее Александр Николаевич, – впервые родилась идея перестройки» [107] .
М.С. Горбачев, как и все другие лица, успешно делавшие карьеру, хорошо знал, где и что можно сказать, где слукавить, а где лучше всего промолчать. Поэтому его откровенность с А.Н. Яковлевым требует объяснения.
Можно было бы допустить, что, используя Михаила Сергеевича, Ю.В. Андропов пытался таким образом прощупать А.Н. Яковлева. Однако, во-первых, для этого не требовалось посылать за океан члена Политбюро, а во-вторых, к тому времени Юрий Владимирович обязан был иметь исчерпывающую информации о советском после в Канаде.
В связи с этим заслуживает проверки версия, что, демонстрируя откровенноть, М.С. Горбачев пытался таким образом довести через него свои реформаторские мысли до кого-то еще. Но до кого? Вероятнее всего, до кого-то, с кем Александр Николаевич контактировал за границей.
Широко распространено мнение, согласно которому, вернувшись из Канады, М.С. Горбачев добился возвращения А.Н. Яковлева в Москву и назначения его директором ИМЭМО [108] .
Однако эта версия находится в противоречии с фактами. Из Канады М.С. Горбачев вернулся не ранее 24 мая [109] . Между тем, не позднее 31 мая А.Н. Яковлев уже был избран или, точнее, утвержден Ученым советом ИМЭМО в качестве его директора [110] . При всем влиянии М.С. Горбачева сделать это за неделю он не мог даже технически. Чтобы пройти процедуру выдвижения, согласования, избрания, требовалось не менее месяца.
Это значит, что вопрос о возвращении А.Н. Яковлева в Москву был решен до поездки М.С. Горбачева в Канаду. И действительно, 14 мая 1983 г. А.С. Черняев записал в дневнике свой разговор с Александром Николаевичем, из которого явствует, что к этому времени уже предпринимались усилия по его «вытягиванию» из Канады в Москву, в частности его кандидатура представлялась на пост директора АПН, но не получила поддержки Ю.В. Андропова [111] .
Существует мнение, согласно которому, Ю.В. Андропов относился к А.Н. Яковлеву самым негативным образом и называл его «проходимцем» [112] .
По свидетельству бывшего работника аппарата ЦК КПСС М. И. Кодина (1943–2009), когда в 1983 г. возглавлявший Отделом ЦК КПСС по работе с заграничными кадрами и выездам за границу Степан Васильевич Червоненко представил Ю.В. Андропову документы на награждение А.Н. Яковлева в связи с его 60-летием орденом Ленина, «Юрий Владимирович поднял тяжелый взгляд на Червоненко и глухо проговорил: «Ему не орден Ленина давать надо, а в тюрьму сажать… – И пояснил: – Как председателю КГБ мне не раз поступали оперативные данные, что работает этот деятель не только на наши спецслужбы, ведет, по меньшей мере, двойную игру». – «В таком случае, следует немедленно отзывать посла и освобождать от должности», – резонно заметил Червоненко. «К сожалению, соответствующими документами Комитет не располагает», – признался Ацдропов. Повисла напряженная пауза. «Что там у нас есть пониже для награждения?» – генсек невольно вздохнул. «Орден Знак Почета, но это уже нижний предел», – подсказал заведующий отделом загранкадров. «Может, все-таки орден Дружбы Народов?» [113]
Из этого вытекает: или Ю.В. Андропов зачем-то дурачил подчиненных, или же был не волен в своих действиях.
Вернувшись в Москву и приступив 16 августа 1983 г. к исполнению обязанностей директора ИМЭМО [114] , А.Н. Яковлев, по утверждению В.А. Крючкова, «довольно быстро вошел в неофициальную команду Горбачева» [115] . Этот факт признавал и сам Александр Николаевич. «…За спиной института, – писал он, имея в виду ИМЭМО – стоял Михаил Горбачев» [116] .
Однако за спиной ИМЭМо стоял не только ЦК КПСС, но и КГБ СССР. Поэтому некоторые считали его филиалом КГБ [117] , точнее филиалом Первого главного управления или внешней разведки, возглавляемой В.А. Крючковым.
Как явствует из воспоминаний А.Н. Яковлева, после возвращения в Москву руководитель ПГУ и первый заместитель председателя КГБ СССР В.А. Крючков «возобновил» с ним отношения. Причем теперь они вышли за рамки официальных и приобрели личный характер. В.А. Крючков и А.Н. Яковлев не только стали бывать вместе в сауне, но и вести довольно откровенные разговоры.
«Например, – вспоминал Александр Николаевич, – когда я сказал, что хорошо бы на примере одной области, скажем Ярославской, где крестьян надо искать днем с огнем, проэкспериментировать возможности фермерства, он (т. е. Владимир Александрович. – АО.) отвечал, что это надо делать по всей стране и нечего осторожничать» [118] .
Если верить А.Н. Яковлеву, в своих банных беседах с В.А. Крючковым он затрагивал не только вопросы реформирования экономики. «Когда я говорил о необходимости постепенного введения альтернативных выборов, начиная с партии, он высказывался за повсеместное введении таких выборов» [119] .
Вспоминая о своей деятельности на посту директора ИМЭМО, А.Н.Яковлев писал: «…за спиной института стоял Михаил Сергеевич Горбачев и в то время – второе лицо в партии. Он часто звонил мне, иногда советовался, давал разные поручения» [120] . И далее: «Особенно ладно шла работа с Горбачевым, Он постоянно звонил, иногда просто так – поговорить, чаще – по делу, с поручениями. Писали ему разные записки, включая познавательнопросветительские» [121] .
К сожалению, конкретное представление об этом сотрудничестве М.С. Горбачева и А.Н. Яковлева пока отсутствует. Можно назвать только несколько эпизодов. Так, в 1984 г. Александр Николаевич принял участие в подготовке доклада Михаила Сергеевича на совещании по идеологической работе [122] , в декабре того же года был включен в состав возглавляемой М.С. Горбачевым делегации Верховного Совета СССР в Великобританию [123] , в ночь с 10 на 11 марта 1985 г. М.С. Горбачев привлек его для подготовки своего первого выступления на Пленуме ЦК КПСС, [124] а затем в подготовке его выступления «на траурном митинге по случаю похорон Черненко» [125]
К этому следует добавить, что А.Н. Яковлев был причастен к тем переговорам о взаимных действиях, которые велись накануне смерти К.У. Черненко между М.С. Горбачевм и А.А. Громыко. В переговорах участвовали сын А.А. Громыко Анатолий, Е.М. Примаков, А.Н. Яковлев и, по некоторым данным, В.А. Крючков [126] .
Еще более тесным стало сотрудничество М.С. Горбачева и Я.Н. Яковлева после избрания Михаила Сергеевича генсеком.
В июле 1985 г. А.Н. Яковлев возглавил Отдел пропаганды ЦК КПСС, в марте 1986 г. был избран секретарем ЦК КПСС, в январе 1987 г. стал кандидатом в члены Политбюро, в июне того же года – членом Политбюро, осенью 1988 г. с поста руководителя Отделав пропаганды был переведен на должность руководителя Международной комиссии ЦК КПСС [127] .
Уже 12 марта 1985 г. А.Н. Яковлев по предложению М.С. Горбачева представил ему записку о необходимости пересмотра внешней политики СССР и о подготовке встречи на высшем уровне с американским президентом Р. Рейганом. [128]
Выступая в 1992 г. в Конституционном суде, А.Н. Яковлев заявил, что, он «активно участвовал в международных делах» и «был во всех абсолютно поездках Генерального секретаря и Президента, на встречах, скажем, с Рейганом, с другими лидерами европейского континента, на высшем уровне» [129] .
Действительно А.Н. Яковлев сопровождал М.С. Горбачева во всех его наиболее важных зарубежных поездках: в Женеву (1985 г.) [130] ,в Рейкьявик (1986 г.) [131] , в Вашингтон (1987 г.) [132] , в Нью-Йорк (1988 г.) [133] , на Мальту (1989 г.) [134] , в Японию (1991 г.) [135] .
Ему в обход второго секретаря ЦК КПСС Е.К. Лигачева была доверена подготовка доклада генсека к XXVII съезду КПСС в конце 1985 – начале 1986 г. [136] . Он в 1986 г. руководил работой по подготовке экономической реформы [137] , он принимал участие в подготовке Январского пленума ЦК КПСС 1987 г. [138] . Ему было поручено в начале 1987 г. вести переговоры с прибывшими в Москву представителями Совета по международным отношениям [139] . Он в 1988 г. возглавил Комиссию по реабилитации жертв сталинских репрессий [140] . Под его руководством в том же году были разработаны основы новой советской национальной политики [141] и подготовлен доклад генсека на XIX партийной конференции [142] . Возглавив в 1988 г. Международную комиссию ЦК КПСС, он в январе 1989 г. принимал участие в переговорах с Трехсторонней комиссией и лично с Киссинджером [143] , был причастен к подготовке и осуществлению так называемых «бархатных революций» 1989 г. в странах Центральной Европы [144] . В том же году ему было доверено возглавить Комиссию Верховного Совета СССР по оценке секретного протокола 1939 г., решения которой сыграли важную роль в разрушении СССР [145] . Он был одним из инициаторов избрания М.С. Горбачева президентом СССР и представлял его съезду народных депутатов в марте 1990 г. [146] . Его в том же году М.С. Горбачев собирался провести на должность вице-президента СССР. [147] . Он ездил как личный представитель президента СССР к Г. Колю [148] и Д. Бушу [149] , а 24 декабря 1991 г. присутствовал при передаче дел М.С. Горбачева Б.Н. Ельцину [150] .
