Размышление Глэдии прервало появление робота, который поспешно принес ей все необходимое.
– Как он выглядит, Дэниел?
– Обычного роста и сложения, мадам.
– Я имею в виду его лицо.
Глупо было спрашивать. Если бы он имел хоть какое-то сходство с Элайджем Бейли, Дэниел сразу заметил бы это и сказал ей.
– Трудно сказать, мадам. Оно не все видно.
– Что ты имеешь в виду? Не в маске же он?
– В известной степени – да, мадам. Его лицо покрыто волосами.
Она засмеялась:
– Как в исторических фильмах? Борода?
Она сделала жест, означающий волосы на подбородке и под носом.
– Больше, мадам. Половина лица закрыта волосами.
Глэдия широко раскрыла глаза и впервые почувствовала желание увидеть поселенца. Что же это за лицо, наполовину закрытое волосами? У аврориан и вообще у космонитов было очень мало волос на лице; их уничтожали, едва подросток становился юношей. Верхнюю губу никогда не трогали. Глэдия помнила, что ее муж, Сантирикс Гремионис, до женитьбы носил тонкую полоску волос под носом, усы, как он это называл. Они выглядели, как брови, оказавшиеся не на месте, и Глэдия, как только уговорила себя выйти за Гремиониса, сразу же потребовала, чтобы он избавился от них. Он так и сделал почти без возражений – сейчас она впервые подумала, что ему, наверное, было очень жаль усов. В первые годы она замечала, что он часто проводил пальцем по верхней губе, и считала это нервным жестом. Только теперь ей пришло в голову, что он бессознательно искал исчезнувшие навеки усы.
Как выглядит человек с усами по всему лицу? Как медведь? Каково это ощущение? А если бы у женщины были такие же волосы на лице? Она представила себе, как трудно целоваться такой паре, и громко рассмеялась. От раздраженности не осталось и следа, Ей захотелось взглянуть на чудовище – в конце концов, бояться его нечего, даже если он животное как по виду, так и по поведению. С ним нет ни одного робота – поселенцы хотели создать общество без роботов – а вокруг нее их десятки. Монстра тут же схватят, стоит ему сделать неосторожное движение или хотя бы повысить голос. И она сказала:
– Отведи меня к нему, Дэниел.
12
Чудовище встало и сказало что-то вроде: «Добрый вечер, миледи».
– Добрый вечер, – рассеянно ответила Глэдия. Она помнила, как трудно ей было понимать аврорианское произношение галактического стандартного в те давние дни, когда она приехала сюда с Солярии.
Акцент монстра был грубым и неуклюжим, но, может быть, ей так казалось с непривычки. Элайдж тоже, кажется, произносил некоторые буквы чуточку не так, но вообще говорил очень хорошо. Но ведь прошло два столетия, а этот поселенец даже не землянин, а язык, развиваясь в изоляции, очень меняется.
Но языковая проблема мало занимала Глэдию. Она уставилась на бороду.
Во всяком случае, эта борода не похожа на бороды актеров в исторических фильмах. Те были кустистыми – клок тут, клок там – и казались клейкими, глянцевитыми. У поселенца же была совсем иная борода. Она густо покрывала щеки и подбородок: темно-коричневая, чуть светлее волос на голове, и по крайней мере на два дюйма длиннее. Она не покрывала все лицо. Лоб был голым, за исключением бровей, такими же были нос и область под глазами. Верхняя губа тоже была голой, но на ней была тень, словно там начинали расти новые волосы. Волосы отсутствовали и под нижней губой, но там меньше замечалась новая растительность. Поскольку обе губы были голыми, стало ясно, что целовать его, видимо, нетрудно. Сознавая, что невежливо смотреть так пристально, но все-таки не сводя с него глаз, Глэдия сказала:
– Мне кажется, вы убрали волосы вокруг рта.
– Да, миледи.
– Можно спросить почему?
– Можно. Из гигиенических соображений. Я не хочу, чтобы пища застревала в волосах.
– Вы их соскабливаете? Я вижу, они растут вновь.
– Я пользуюсь электробритвой. Это занимает всего пятнадцать секунд утром.
– А почему не депилятором?
– А вдруг я снова захочу отрастить их?
– Зачем?
– Из эстетических соображений, миледи. Глэдия не поняла слово «эстетический» – оно прозвучало как «асидический».
– Простите?
– Иногда мне надоедают усы – вот как сейчас, – а иногда я отращиваю их снова. Некоторым женщинам это нравится. – Поселенец не удержался и похвастался: – А вообще-то у меня роскошные усы.
Глэдия внезапно сообразила, что сказал незнакомец.
– Вы хотели сказать – эстетических соображений?
Он засмеялся, показав красивые белые зубы.
– Вы тоже чудно говорите, миледи.
Глэдия улыбнулась. Правильное произношение – дело местного общественного мнения.
– Вы бы послушали мой бывший солярианский акцент. Тогда я говорила «ессетитсские соопрасения». И все время грассировала.
– Мне приходилось слышать нечто подобное. Забавно звучит. – Поселенец тоже необычно произносил букву «р».
Глэдия хихикнула:
– Это потому, что слова произносят только кончиком языка. Никто, кроме соляриан, не умеет так говорить.
– Может быть, вы меня научите? Торговцы бывают везде, и мне приходилось сталкиваться со всевозможными языковыми искажениями. – И снова это гортанное «р».
– Вряд ли, у вас горло устроено по-другому.
Она все еще смотрела на его бороду и, наконец, не в силах сдержать любопытства, протянула руку. Поселенец едва не отпрянул, но быстро сообразил, чего она хочет. Глэдия легко коснулась его лица и сквозь тонкий пластик перчатки ощутила, что волосы мягкие и упругие.
– Какие приятные, – удивилась она.
– Я польщен. – Поселенец усмехнулся.
– Но я не могу держать вас здесь целый день, – спохватилась Глэдия и, не обращая внимания на его «Ах, не беспокойтесь, пожалуйста», спросила: – Вы сказали моим роботам, чего бы вам хотелось съесть?
– Миледи, я сказал им то же, что говорю сейчас вам: я ем, что дают. В прошлом году я побывал во многих мирах, там везде своя кухня. Торговец умеет есть все, кроме ядовитого. Я предпочту аврорианскую еду всему тому, что вы попытались бы сделать, имитируя еду Бейлимира.
– Бейлимира? – удивленно переспросила Глэдия.
– Он назван так в честь руководителя первой экспедиции Бена Бейли.
– Сына Элайджа Бейли?
– Да, – сказал переселенец и тут же сменил тему разговора. Он оглядел себя и с досадой произнес: – Как ваши люди ухитряются носить такую скользкую одежду? Мечтаю влезть в свою собственную.
– Я уверена, что ваша мечта скоро исполнится, а пока прошу к столу. Мне сказали, что вас зовут Бейли, как и вашу планету.
– Ничего удивительного. Это самое почетное имя на планете. Меня зовут Диджи Бейли.
В сопровождении Жискара и Дэниела они прошли в столовую, и роботы заняли свои места в стенных нишах. Появились два робота-лакея. Комната была залита солнцем, стены оживлены украшениями. Стол был накрыт, и очень вкусно пахло. Поселенец принюхался и удовлетворенно вздохнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
