не хочу, чтобы о моих отелях ходила слава, где каждый встречный будет путать горничную с девочкой по вызову.
И об этом я, кстати, тоже не подумала. Надо же, а он, оказывается, лучше, чем о нем говорят. И совсем не такой уж напыщенный, как многие думают. Точно, сплетен надо меньше слушать, а то уже записала парня в злодеи и приплела ему все возможные грехи.
– Я не сплю с шефом для того, чтобы удержаться на своем месте, – даю ему четко понять, что кофе железобетонно отменятся.
Как и чай с поздним ужином. Однако в ответ получаю лишь улыбку, блеск в глазах, который даже в полутемном салоне виден невооруженным взглядом, и слишком двусмысленную фразу:
– Это с какой стороны посмотреть.
– Надеюсь, дорогу до отеля найдешь сам, – открываю дверь и выхожу на улицу. – Спокойной ночи, Златан Ладославович!
Вот и отчество резко вспомнила, хотя за целый день так и не смогла его выучить. Но парень лишь громко усмехается, ждет, пока я зайду на тротуар, а после резко срывается с места. Обиделся, значит – ну ничего, будет тебе наукой на будущее.
Провожаю автомобиль взглядом и расплываюсь в улыбке.
– Кто бы сомневался! – мотаю головой из стороны в сторону, так как подтверждение моих недавних мыслей ярко отражено в виде единственного слова… Которое явно кричит о стоимости автомобиля в несколько миллионов.
И московского номера с тремя девятками.
А весь тот романтический бред, который еще каких-то пять минут назад лез мне в голову, мгновенно улетучивается. С такими, как Златан, надо держать ухо востро. Не успеешь и глазом моргнуть, как окажешься в числе очередного трофея в коллекции одного из самых завидных женихов России.
Однако на следующий день Златан включает режим игнора – а что, это тоже довольно часто срабатывает. Я-то настроилась давать отпор навязчивому “ухажеру”, но своим безразличием он слегка вгоняет меня в ступор. По закону жанра девушка должна кинуться с вопросами, а что же случилось, и почему парень со мной не разговаривает, но я молчу, принимая правила игры.
Драгош скрипит зубами, косится в мою сторону, но не произносит ни слова, занимаясь делами и не выпуская телефон из рук.
Если честно, то наблюдаю за ним издалека. Люблю деловых мужчин, которые четко и внятно раздают указания. Прямо как мой отец – я раньше довольно часто бывала у него в офисе, наблюдая, как папа ведет дела. Строгость в голосе, ни грамма эмоций и трезвый расчет – чем-то они со Златаном похожи.
Мазератти больше не появляется по вечерам на горизонте, а впереди маячат три выходных. Отосплюсь хоть, а то уже ни рук, ни ног не чувствую. Немного отдохну, соберусь с мыслями и подумаю, как действовать дальше.
Однако мои планы летят в глубочайшую пропасть, потому что в мой первый же выходной раздается звонок на мобильном. К гадалке не ходи, сейчас чем-то ошарашат.
Ведь не хотела брать трубку, притворившись, что меня нет – кривилась, мысленно взвешивала все “за” и “против”. Даже фыркнула для порядка пару раз, но полусонным голосом ответила:
– Слушаю!
Глава 19
Златан
Она невыносима, эта новенькая – давненько мне никто так смело, а главное слишком нагло и самоуверенно не бросал вызов прямо в лицо. Это надо же, второй раз за день меня посылают! Сейчас, правда, в супермаркет, но с тончайшим намеком – можешь засунуть свои желания куда подальше, красавчик. А я не такая – я просто набиваю себе цену. Как же, так и поверил, что она отличается от большинства остальных.
Красивая, конечно же, с идеальной (по моим меркам) фигурой, шикарной улыбкой и слишком уж длинным язычком. В общем, всё как мне нравится, поэтому теперь уже дело принципа добиться новенькую горничную.
Наслушалась сплетен и решила, что уволю ее. Ага, размечталась, крошка – от меня теперь так просто не отделаешься. Я скорее заставлю тебя работать в две смены, чтобы постоянно перед глазами маячила, чем уволю. И адрес твой, Дашенька, мне тоже известен. Правда, мой намек на кофе был наглым образом проигнорирован – не прокатили намеки, сменим тактику. У меня целый арсенал различных способов, как соблазнить девушку. И Даша никуда от меня не денется – пусть даже не пытается.
Не знаю как, чем и почему, но симпатичная блондинка меня зацепила. Да так крепко, что ни о чем другом теперь думать не могу. Интересно, как долго придется добиваться ее расположения? Сегодняшний отказ, так и быть, прощаю, но с завтрашнего дня мы продолжим игру под названием “укрощение строптивой горничной”.
Теперь ты точно, Дашенька, попадешься, как все остальные девушки – полный игнор с моей стороны, и обязательно полезешь с расспросами, «а не обидела ли я тебя ненароком, Златан?»
Но вопросов нет. Как и намеков, что девушка готова продолжить дальше.
Я разговариваю по телефону со своим другом и по совместительству деловым партнером, поглядывая в сторону блондинки в короткой униформе, пропуская мимо ушей половину информации. Даша наклоняется, чтобы забрать пылесос, а у меня лишь протяжный стон вырывается. Негромкий, но все равно на том конце провода Макс громко кричит:
– Ты чем там занимаешься?
– Да не ори ты, – произношу, когда за смазливой горничной закрывается дверь. – Лучше расскажи, как строительство продвигается, – провожу рукой сначала по волосам, затем по лицу, а после мотаю головой из стороны в сторону, чтобы избавиться от наваждения.
Еле сдержался, чтобы не закрыться с Дашей в номере, выключить телефон и затащить девушку в спальню. А там…
Точно будет сопротивляться, но у меня куча слезливых историй на этот счет заготовлено давным-давно. Еще ни одна не устояла. И эта сдастся обязательно.
– Златан, ты издеваешься надо мной? – фыркает мне в ухо Макс, выводя из мечтаний о прекрасной горничной. – Я тебе двадцать минут только о строительстве и талдычу. Ты в каких облаках витаешь?
– Устал, – спокойно отвечаю, однако Макса так просто не проведешь.
Мы учились с ним в университете, с тех пор дружим. Пожалуй, Максим Ромашов единственный человек на этой планете, кого я смело могу назвать “лучший друг”. А теперь еще и партнер – пусть без капиталовложений с его стороны, но я отдал ему под контроль офис в России, куда входят шесть отелей. А также переложил на плечи Макса часть ответственности за Европейский офис – пусть не отлынивает и отмазывает меня от деда в случае моих загулов. Нечастых, но иногда все же доходящих до ушей старого Милована Драгоша.
– И кто она? – мой друг знает меня лучше всех, поэтому ему не надо ничего объяснять. Но и от правдивого
