– Какого черта ты мне теперь все это рассказываешь! Ведь все равно уже впустил! – почти орал ом на Матиаса. – Раньше надо было думать!
Матиас снова начал что-то шептать ему на ухо. Выражение его лица, угодливо изогнутое в полупоклоне тело – все буквально кричало о том неудобстве, которое он испытывает оттого, что ему вдруг пришлось оказаться в роли мальчика для битья, а не управляющего.
– Да пускай остаются, пускай! – Краснолицый раздраженным взмахом руки отослал управляющего прочь и наконец обратил взгляд своих голубых, все еще сердитых глаз на Блейза и Тони.
– Похоже, вы нас не правильно поняли, Блейз Аренс! – прокричал он, что было совершенно ни к чему в помещении с явно идеальной акустикой. – На ужин ждали только вас. Мы вовсе не собирались приглашать половину населения Квакерских миров!
Блейз улыбнулся, показывая тем самым, что его ничуть не задевают ни сами слова, ни тон, каким они были произнесены.
– Позвольте, – сказал он, – представить вам Антонию Лю. Она всегда сопровождает меня – особенно в таких случаях, как сегодня.
– Какое мне дело, как ее зовут… – снова начал было заводиться толстяк. Лицо его побагровело от прилива крови, но тут его прервал мужчина, сидевший через два кресла от него, на вид – самый молодой из присутствующих.
У этого человека, которому на первый взгляд едва перевалило за двадцать, было то же округлое лицо и голубые глаза, что и у толстяка. Однако он обладал копной светлых волос, а также пропорциональным, изящным телом и сидел в кресле выпрямившись, а не развалясь, как большинство присутствующих.
– Харли, мне кажется, не стоит делать из этого проблему, – негромко заметил он.
Харли открыл было рот, чтобы снова заговорить, но молодой человек спокойно продолжал:
– Я уверен, что леди составит нам не менее приятную компанию, чем сам Блейз Аренс. В самом деле…
На мгновение в его глазах появилось озорное выражение.
– Антония Лю, если вы не против, то прошу вас занять кресло возле меня, а Блейз Аренс сядет по другую сторону от вас. Тогда вы окажетесь всего через кресло от моего дяди Харли Николауса, который только что с вами разговаривал. Надеюсь, после этого нам наконец удастся покончить с формальностями и перейти к делу.
По комнате пронесся легкий гул одобрения. Харли Николаус не сразу пришел в себя. Лицо его начало медленно бледнеть, глубокие складки постепенно разгладились, и через некоторое время он снова стал на вид не то чтобы дружелюбным, но, по крайней мере, спокойным.
– Делай как знаешь! – буркнул он и повернулся к управляющему. – Это все, Матиас.
Матиас вышел. Два кресла отделились от стены и заняли те положения, которые указал молодой человек. Мало того, на боковых столиках обоих кресел уже стояло по стакану оранжевой жидкости.
– Насколько нам известно, вы предпочитаете именно это, – сказал Харли голосом, в котором чувствовалась попытка подавить остатки гнева. – Но если все же пожелаете чего-нибудь другого…
– Нет, это именно то, что нужно. – Блейз взял фужер, сделал небольшой глоток и поставил фужер обратно. Тони попробовала напиток.
– О! Да это же настоящий апельсиновый сок с Ассоциации! – воскликнула она.
– Да, нам иногда его завозят, – отозвался Харли. Все это, подумал Блейз, сплошное лицемерие. Перевозка такой мелочи, как сок местных вариформных апельсинов, с планеты на планету наверняка обошлась невероятно дорого и была явно организована лишь ради того, чтобы произвести на него впечатление.
– Понятно, – кивнул он. – Следовательно, насколько я понимаю, перед нашим прибытием вы позаботились о том, чтобы выяснить наши вкусы?
– Харли, – заметил молодой человек, – всегда обо всех все знает. От него просто нет никаких секретов…
Блейз подумал, что насчет этого «всеведения» Харли следует узнать поподробнее. Разумеется, ни для кого не было тайной, что именно предпочитал пить Блейз. Общеизвестно, что всем другим напиткам он предпочитал фруктовый сок. Молодой человек тем временем продолжал:
– Позвольте представить вам присутствующих. Рядом с вами, Блейз Аренс, сидит мой дядюшка Харли Николаус. Дальше, за Харли, – Норд Пуласки. За ним – Кай Беннен…
Так он постепенно перечислил всех, кто находился в зале. Имена этих людей – руководителей консорциумов могущественных корпораций – Блейз в основном уже знал из полученной им информации о Новой Земле.
– …и наконец, – молодой человек дружелюбно улыбнулся Блейзу, – я сам. Меня зовут Джей Аман, и я являюсь главой всего лишь одной компании, тогда как, например, Харли владеет тысячами.
– Да, одной, зато самой крупной на Новой Земле, – вмешался Харли. – «Дженерал Сервисез».
– Если бы вы знали, как мне тоскливо – один человек во главе целой компании! – улыбнулся Джей Аман, пристально глядя на Тони.
Блейз с интересом наблюдал за ним. Все признаки лидера до этого проявлял Харли Николаус. И тем не менее он позволил племяннику прервать себя на полуслове.
Это никак не согласовывалось с первой реакцией Харли. Если Джей Аман был столь важной шишкой, чтобы присутствовать здесь, вряд ли его следовало считать безответственным молодым человеком, каким он мог бы показаться благодаря явному увлечению Тони.
В это время послышался еще чей-то голос.
– Не думаю, что тебе так уж тоскливо, – произнес сухощавый, средних лет мужчина голосом, соответствующим его кислой физиономии. – Джей почти каждую ночь находит себе новую подругу. Поговаривают даже, что иногда он не брезгует и простушками из служащих.
– В то время как Орвилль Лернер, – парировал Джей, по-прежнему не отрывая взгляда от Тони, – давно уже вообще ни с кем не спит.
Его ремарка сопровождалась широкой улыбкой и была произнесена веселым игривым тоном. Сами же слова явно имели целью уязвить собеседника.
– Ужин, – прервав их обмен любезностями, возвестил Харли.
Как по сигналу, между ними засновали столики-автоматы с различными блюдами и столовыми приборами. Наконец возле каждого из присутствующих оказалось множество самой разной еды.
Внимание присутствующих переключилось на еду.
Разговоры прекратились. Очевидно, подумал Блейз, беря тарелку и накладывая себе понемногу из разных блюд, к еде здесь относятся с необычайным пиететом. Перепалка между Джеем и Орвиллем Лернером прервалась на самом интересном месте. Когда все поели, по какому-то незаметному сигналу, поданному, очевидно, Харли Николаусом, столы с остатками еды и грязной посудой начали один за другим исчезать. Наконец зал опять обрел прежний вид.
Но атмосфера в комнате как-то неуловимо изменилась. Блейз заметил это по чуть иным выражениям лиц и слегка изменившимся позам. Они вдруг стали похожи на стаю волков, которые собираются напасть на очередную жертву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
